(Не) курортный роман - Алекс Коваль

Да нет!

Да ну нет!

Он не поступит со мной так подло, я же девочка! А девочкам надо уступать…

— Не вздумай!

— А то что, Карамелька? Покусаешь?

— Сер-режа…

Секунда…

Две…

Три!

— Кто первый, тот и победил!

Я срываюсь с места, подхватывая на бегу одну из футболок парня, валяющихся на кровати. Вереща, ускоряюсь. За секунду до того, как нос Сережи рисковал быть прищемленным, захлопываю за собой дверь в уборную. Йес!

Щелкаю замком. Стекаю по стеночке, сгибаясь пополам от хохота. Слышу с другой стороны двери ответный раскатистый мужской смех. По рукам хаотично разбегаются мурашки. Сердце колотится. Прижимаю к нему тот самый хлопковый «трофей». Нагорный даже не заметил, что я стащила у него футболку. Хо-хо.

Боже, дети детьми! Ростовцева, не вздумай снова пасть жертвой его очарования…

Не взду-май!

Поднимаюсь на ноги, кидаю футболку на крючок. Следом за ней стягиваю и вешаю свой топ. Тянусь к лямкам бюстика и… подпрыгиваю от неожиданности. За спиной раздается стук. Прикрываюсь руками. Крутанувшись, округляю в ужасе глаза:

— Какого черта?!

Стена за джакузи, она… стеклянная! Стеклянная, мать ее, стена! Во всю ширину и высоту! Открывающая в спальне обзор на всю ванную комнату.

— Надо полагать, эту маленькую деталь ты не заметила, да, Карамелька? — лыбится Нагорный, придерживая рукой прикрывающую стекло легкую занавеску.

— Кыш! — хлопаю полотенцем по стенке. — Исчезни, и не вздумай подглядывать, слышишь?! Это не законно!

Что вообще за извращение?! Никакого личного пространства! Никакого уединения! Отвратительный номер! Как будто молодожены не люди, а кролики!

Нагорный смеется:

— Один-один, Ростовцева.

— Кыш, я сказала! — топаю ногой.

Сережа подмигивает, но занавеску на место возвращает. Гадство!

Душ я принимала так быстро, как никогда в своей жизни…

Глава 8. Партизанская война

Сергей

Пока Карамелька с чистой совестью отмокает в душе, я запрыгиваю в тапки, вооружаюсь шоколадками и шуршу в лобби отеля. Есть у меня там кое-какой должок. Надо бы вернуть.

Двери лифта открываются, при моем приближении Галина и Александра расплываются в улыбках. Мне повезло, что Людвиге удалось достать их номер. И что барышни оказались весьма сговорчивые даже по СМС-переписке.

— Девчонки, от души благодарю, — подмигиваю. — Не представляю, что бы я без вас делал! — выкладываю на стойку два батончика, которые успел прихватить в аэропорту, пока Стеф искала свой чемодан. — Как и обещал, замолвлю за вас словечко перед братом. Как только в сети его отелей на черноморском побережье появятся свободные вакансии — считайте, они ваши.

— Глупости, Сергей Романович, всегда рады помочь, — кокетничает Александра. — Ваша девушка поверила? Надеюсь, мы были убедительны? — очаровательно хлопает ресницами.

Знаком мне этот взгляд. Милая Сашенька была бы рада, если бы никакой девушки не было и в помине. Увы.

— О, еще как поверила! — упираюсь локтями в стойку, расплываясь в заговорщической улыбке. — Бесилась жутко, фурия моя. Чуть со психу «люкс» не разгромила, пришлось успокаивать. В душе сейчас. Примирение вышло бурным. Надеюсь, гости из соседних номеров не успели пожаловаться на шум?

Милая Александра “киснет” на глазах:

— Не успели.

— А можно полюбопытствовать, Сергей Романович? — спрашивает более сдержанная Галчонок. — Почему мы наврали вашей подруге про свободные номера? Девушка, кажется, была искренне уверена, что вы будете жить раздельно. Я немного не поняла, — пугливо озирается на коллегу.

— Резонный вопрос. Не пугайтесь, это просто она у меня так свой протест выражает, девочки. Роспись наша сорвалась, представляете? Стеф на меня психанула, — вру и глазом не моргнув.

Хотя почему вру? Формально ее роспись реально накрылась медным тазом. Из-за меня. И Стеф реально психанула. На меня. Так что — не прикопаешься.

— Ужас какой!

— И не говорите, Галина. Девушка она у меня гордая. Разобиделась, заявила — не буду жить с тобой в одном номере и все тут. Мол, ты меня не ценишь, не любишь, в жены брать не хочешь. Вот и сек…кхм, совместной жизни до свадьбы ни-ни, тогда. Подговорила мою личную помощницу, чтобы та два “стандарта” забронировала, но Людвига на то и моя помощница, чтобы тут же поставить меня в известность. Финт не прокатил, как видите.

— Оу, ну, вашу невесту тоже можно понять, Сергей, — сокрушенно качает головой Александра. — Любой не понравится такое! Для нас — женщин — свадьба едва ли не самое важное событие в жизни. Важнее только рождение детей.

— Не спорю. Тем более она этого дня год, месяц, две недели и один день ждала. А тут на тебе, срочная командировка в Сочи вылезла. И отказаться возможности нет. Вот как бывает.

Галя и Саша поджимают губки, понятливо качая головой:

— Сорванная свадьба — это скверно.

— Плохая примета, говорят.

Плохая примета — то, что надо! В задницу вообще эту свадьбу и этого ее душного Федора. Не понимаю, что она в этой высокой тощей жерди нашла? Ни кожи, ни рожи, не особых талантов, ни бабок, на худой конец. Да и “конец” сто процентов, как и он, худой.

Запуталась моя девочка. Свернула с правильного пути. Пора возвращать, пока не поздно. Штамп в паспорте, конечно, тоже не приговор. Но там уже будет значительно сложнее вести партизанскую войну.

— Я в эти приметы не верю, — отмахиваюсь. — И вам, девчонки, не советую, — распрощавшись со своими невольными “сообщницами”, чешу обратно в номер.

Настроение такое, что хочется скакать вприпрыжку. Иду, улыбаюсь всем подряд, как дебил! Но я не видел эту девчонку год! А двенадцать месяцев — это чертовски много, когда дело касается Стеф. Даже несмотря на то, что за это совместное утро мы уже трижды поцапались, и все диалоги ведем скрипя зубами, я не могу задушить своей радости. А от мысли, что впереди у нас целый месяц, в идеале бок о бок, я уже не просто улыбаюсь, а скалюсь, как идиот.

Почему, раз у меня такая Стефо-зависимость я не вернулся в Москву раньше? Забыться пытался. Все мотался по стране, мотылялся, искал отговорки, надеялся по уши закопаться в работе и… отпустить. Честно пытался ее отпустить. Она с этим своим мудаком финансистом казалась счастлива. Искренне. Вроде как. Тем более он сделал ей предложение. А это капец, какой важный шаг! До сих пор помню тот день, когда Карамелька сообщила мне эту новость по видеосвязи. Я тогда позвонил, чтобы сроки появления эскизов новой коллекции уточнить, а она мне возьми, да выпали ни с того ни с сего:

— Сереж, я выхожу замуж!

Еще и кольцом в объектив камеры помахала. Правда оно почему-то было в бархатной коробке, а не на ее пальце.