Укротить Генерального - Айрин Лакс

Без всякой отработки.

Я добилась своего…

Теперь можно шагать дальше.

Нужно…

Но тоже горько немного!

Потому что я отдала фирме не один год своей жизни. Она стала мне домом.

Еще одна потеря — и по вине Мерзликина.

На глаза навернулись слезинки.

— Раскисла ты, Влада, — сказала самой себе, стоя перед зеркалом.

Черное платье сидело хорошо. На тумбе лежала черная шляпка с траурной вуалью. Я выглядела стильно… Боже, как это гадко — на годовщине думать о том, что выглядишь сексапильно, даже в простом черном платье!

Годовщина.

Думай о годовщине.

Вроде бы все готово! Остались только цветы…

В дверь кто-то позвонил.

Я посмотрела в глазок — там видны только бутоны алых роз.

— Вот и цветы! Но почему алые розы? Я совершенно другие заказывала! — пробормотала я, открывая.

Ни одной задней мысли, клянусь!

Я думала только о текущих делах… Мыслям о боссе не было местечка в моей голове, клянусь!

Но…

Сначала в квартиру вошел огромный букет роз в корзине, а за ним шагнул Мерзликин.

Собственной персоной.

В черных брюках, белой рубашке, расстегнутой на несколько пуговиц. Бабочка распущена.

Образ слегка небрежный, но дико сексуальный.

От босса сногсшибающе пахло вкусным парфюмом.

И не только…

Немного несло виски.

Он будто выпил немного.

Еще утро, а он уже пьет. Хороший же босс теперь стоит во главе фирмы, с неудовольствием подумала я.

— Доброе утро. Что вы здесь делаете? По какому поводу цветы? — спросила строго.

— Пригласить не хочешь? — дыхнул в мою сторону огненно.

— Пригласить? Так вы уже вошли.

— И еще раз… войду, — пригрозил босс и кааак захлопнул дверь!

Жестко!

Буквально бахнул по ней пяткой!

Мое сердце покатилось вниз, до самого желудка, а оттуда скользнуло в пятки.

Темный взгляд босса ничего хорошего не предвещал, клянусь!

Босс поставил корзину с розами на пол.

— От коллектива, — рыкнул. — Там открытка.

Я присела, при этом платье, с запахом на бедрах, немного оголило мои ножки.

Меня опалило жаром…

Действительно, открытка.

От девочек из коллектива, которым посчастливилось через несколько дней отправиться в Доминикану.

“Дорогая Влада!. Очень жаль, что ты решила уволиться. Надеемся, на новом месте тебе будет хорошо. Если нет, возвращайся, мы тебя любим… “P.s. Когда вернемся, ждем, что ты проставишься за прощание с коллективом! С нас — классные истории про горячих пляжных мачо, с тебя — выпивка!”

На глаза навернулись слезы: коллектив у нас… дружный, если не обращать внимания на небольшие козни и сплетни, которыми всегда полнится женский коллектив.

— И вот еще…

Босс достал из кармана брюк листок, сложенный вчетверо.

— Приказ. Все оформлено.

Мерзликин протянул лист в мою сторону и отвел руку в последний момент:

— Что? — нахмурилась я. — Детский сад, дайте сюда приказ.

— Только подписать осталось. С твоей стороны и с моей.

Босс похлопал себя по карманам.

— У тебя есть… ручка? Я пиджак в машине оставил. Ручка там.

— Да, конечно. Есть.

Я прошла в зал, босс двинулся за мной.

На столе стоял канцелярский органайзер. Я крутанула его без задних мыслей, ища хорошо пишущую ручку.

Босс внезапно оказался сзади…

и внезапно толкнул меня вперед.

— Ааа! что вы делаете?

Его ладонь легла на мою спину, продавливая. Мерзликин бодро ткнул меня ботинком в щиколотки, пинком расставил ноги пошире и задрал платье.

— Сейчас я подпишу. Все подпишу! Уволю тебя, как следует! — прохрипел босс, стягивая с меня черные трусики.

Глава 15

Глава 15

Влада

— Прекратите! Вы сошли с ума! — завопила я.

Чуть сама не оглохла, но наглому Мерзликину — хоть бы хны.

Он спустил трусики до колен, оттянул резинку и отпустил пальцы. Я ощутила, как тонкая ткань скользнула вниз, к моим ногам, и осела возле ступней облачком нежнейшего кружева.

— Ох… — выдохнул босс. — Я, конечно, подозревал, что ты жутко горячая коброчка. Но даже не думал, что окажусь прав настолько. Ммм…

Ладонь босса прошлась по моим обнаженным ягодицам, потрепала их по-хозяйски и вдруг… звонко шлепнула.

— Ай-яй!

— Еще как ай-яй-яй, Владислава Алексеевна! — ухмыльнулся босс. — Как нехорошо с твоей стороны было меня обманывать! Я-то думал, что ты честно нафантазировала наш горячий разговор, от сердца, так сказать! А ты… Ты всего лишь романчик мне вслух читала. Я оскорблен.

Его пальцы начали гладить мои складочки, сминая.

— Я сильно… Оскорблен. До глубины души!

— Отпустите!

Ладонь босса надавила на мой затылок, прижав щекой к столу. Я принялась брыкаться.

Это привело лишь к тому, что Мерзликин вжался бедрами в мою задницу.

Бедрами и… горячей сталью раскаленного, толстого члена.

Ширинка безумно топорщилась.

Мужчина сделал толчок снизу-вверх, терзая мои нежные, обнаженные складочки.

— Уууу… Это насилие! — выдохнула. — Отпустите! Я напишу на вас заявление! Ублюдок! Тьфу… Насильник! Мало вам девок на работе? Собирайте вокруг себя цветник и трахайте их…

— Не будешь ты, Алексеевна, на меня заявление писать! — самоуверенно заявил босс. — Знаешь, почему?

— Плевать!

— Потому что я тебя насиловать не стану. Ты сама натолкнешься своей тугой киской на мой член, плавно сядешь на него и будешь двигаться-двигаться… — севшим голосом произнес босс.

— Ублюдок! Ненавижу. Убери свои грязные лапы. У меня важный день.

— Однозначно, важный. Увольнение ценного сотрудника — всегда важное событие. Думаешь, я этого хочу? Ни капельки. Но ты меня вынудила! — рыкнул он, снова толкнувшись в меня своим телом.

Не должна я была вспоминать ничего, не должна.

Но мышечная память тела — предательская штука.

Пульс ускорился, сердце забилось быстрее.

Нет-нет, только не это! Мне принуждение не нравится! Ни капельки…

— Последний шанс! Отпустите…

— Хочешь, я разверну тебя лицом к себе, ты обнимешь меня ножками за торс и будешь балансировать на краю этого чертова стола, пока я вбиваюсь в тебя мощными рывками?

Оооох…

Какая яркая картинка.

Такая живая, настоящая…

Еще бы ей не быть настоящей!

Я помню, как это было.

Вспомнила еще пару дней назад и кончила, лаская себя.

Но сейчас не время растекаться лужицей.

— Я помню, какая ты тесная, узкая, мокрая. Не смогу успокоиться, пока не почувствую это снова, как ты сжимаешь меня