(Не)Холостяк - Вийя Шефф

— Цинично...

— Ты сам на это подписался. Они сюда тоже не за тобой пришли, а поднять себя в соцсетях и подписчиков набрать. Давно прошли времена наивных дурочек, которые сюда холостяка охмурить шли. Сейчас всем нужны деньги. Ну и немного секса...

— Любовь для бедных...— произнёс огорчённо Ник.

— Да. Именно. Всё!— похлопала в ладоши.— Все собираемся, грузимся и на яхту. У нас всего шесть часов аренды,— громогласно произнёсла Антипова и покинула кабинет.

— Хочу, чтобы ты со мной в машине поехала,— подошёл ко мне Гас.

— Зачем?

— Нам поговорить надо.

— Ладно. Захвачу вещи и приду,— собрала свои бумаги со стола и прижала к себе.

Там всё самое ценное — мои видения.

Ник ждёт у машины, прислонившись к двери спиной, и листает что-то.

Звездец!

Это мой альбом с зарисовками. Иногда я рисую свои видения, если у меня ощущения, что я что-то упустила или мне хочется это ясно увидеть. А последнее время ловлю себя на том, что рисую чисто интуитивно, почти не смотря на бумагу.

— Где ты его взял?— вырываю из рук свой скетчбук.

— Ты его обронила, когда уходила. Что это? Какие-то странные и очень живые рисунки. В нескольких я узнал себя. Ты нарисовала порно обо мне?— возмущен.

— Теперь ты увидел, как всё это выглядит со стороны.

— Ладно я. Но одна из девушек на рисунке вылитая Солнышко. Откуда ты её знаешь?

— Какое ещё солнышко?

Он отбирает у меня альбом, листает с конца и показывает рисунок.

— Это Солнышко,— тыкает пальцем.— Моя массажистка новая.

— Имя у неё хоть есть? Или как обычно не запомнил?— стараюсь язвить.

— Вика. Так откуда?

— Ниоткуда! Просто пришло в голову, и нарисовала. У художников так бывает. Вдохновение в голову ударило и они рисуют. Мы едем или мне автобус догонять?— сжимаю гневно губы.

Гас отдаёт мне альбом и открывает пассажирскую дверь. Я сажусь в прохладный салон. Это такое удовольствие после жары на улице.

— Странная у тебя фантазия... Или ты любительница хорроров... Нарисовать, как кто-то топит в ванной младенца...

И хлопает дверью.

Мне тоже подобное видеть не в кайф. И это ещё не самое жуткое, что приходилось. Ненавижу этот дар. Ненавижу того ублюдка, который меня сбил, из-за которого он появился.

Я бы с огромным удовольствием скинула этот тяжелый груз с плеч. Он давит, порой прижимает к земле, словно бетонная плита, раздавливая все мои внутренности от боли, жалости или злости.

Но самое обидное, что я не могу увидеть своего прошлого. Не могу вернуться в тот день, когда всё произошло и взглянуть в лицо преступника. А я так этого хочу. Или найти свидетеля, пусть и случайного, который заметил хоть что-нибудь. Но я никого не нашла, а пыталась...

Следствие закрыли, никого не наказали...

Наказана только я... Своим даром...

Едем в тишине. Ник задумчиво смотрит в окно, слегка контролируя руль одной рукой. Второй подпер голову, облокотившись на стекло. Мышцы напряжены и выдают внутреннее давление.

А говорил, что пообщаться надо.

Скольжу украдкой по нему глазами. Белые хлопковые шорты, такая же рубашка, расстегнутая наполовину создают впечатление успешного мужчины. Длинные ноги, обутые в сникерсы, раздвинуты и обнажены до половины бёдер. Хэштэг дорагобогато. И сексуально.

Красивый гад. Не удивительно, что девушки сами на него бросаются.

Похоже, я тоже попала под его очарование. Мы слишком много проводим времени вместе — это неправильно. Заставляет привязаться душевно к пациенту. Немного и ты уже думаешь не объективно, а оправдываешь его поведение и сочувствуешь. Думаешь, как он.

Ох, не дай бог, заразится от этого парня озабоченностью.

Усмехаюсь.

— Что смешного?— бросает на меня быстрый взгляд.

— Ничего. Анекдот вспомнила.

Надо же как-то отмазываться.

— Анекдот? Расскажи, вместе посмеёмся.

— Да не, он не смешной.

— Да ладно! Ты же смеялась.

— Вчера с женой решили поиграть в сексуальную игру "Доктор и пациент"... Пол ночи просидел под дверью: без талончика — не принимала.

— Бедный,— посмеялся.— Вы доктора все такие?

— Ко мне только по записи.

— Можно мне пожизненный абонемент?— лукаво подмигнул и свернул к пирсу.

Глава 11

Почему всё, что проходит на съёмочной площадке, меня так задевает? Мало того — гложет и царапает изнутри, как червяк внутри яблока. Наверное, это видно по моему лицу, если Лиля уже несколько раз бросила на меня тревожный взгляд.

Небольшой перерыв. Нужно подправить грим и у звуковика там какая-то проблема.

— Музыку потише надо. Иначе брак по звуку пойдёт,— бросает на ходу Антипова, хватает меня под локоть и тащит подальше от всех.— Смени кислую рожу на довольную, иначе все догадаются, что ты к нашему Никите неровно дышишь.

— Я? Что за бред!

— Бред? Да тебя просто перекашивает, когда к нему одна из этих девок подходит,— кивает в сторону Гаса.— Алиса, я закрываю глаза на все ваши "шалости" только из-за того, что ты моя племянница.

— Никаких шалостей нет...

— Ты целовалась с ним.

Мои глаза округляются. Откуда знает?

— У него микрофон работал,— поясняет.

— Все знают, да?— возбуждённо.

— Слышала только я, звукачи уже отключились. И стерла запись.

— Это был просто чмок в губы. Быстрый, как у нас с тобой на прощание, когда мы пьём вместе,— оправдываюсь.

— И ему понравилось такое? Не ври!

— Я не вру. Ты знаешь... От тебя у меня секретов нет.

— Кроме того, что ты влюбилась в этого парня. Алиса, для него девушки — скот. Посмотри на него,— поворачивается к Нику.— Ему плевать на всех. У него в голове только одно — как кого по-быстрому трахнуть и всё.

— Ты его не знаешь. Он тоже ранимый.

— Не ранимый, а раненый на всю голову — ты это хотела сказать?

— Нет, я сказала, что хотела,— твёрдо.

— Алиса... Не твой это парень.

— Перестань указывать! Мне надоел твой контроль. Я сама разберусь со своей жизнью,— произношу громко, привлекая всеобщее