Правила нежных предательств - Инга Максимовская

- Я тебя жду.

И вот эти три слова, сказанные мне чужим, посторонним, язвительным козлиной. Вот именно они были мне нужны все эти годы. Вот именно этого мне не хватало – сильного плеча, за которым я могла бы быть слабой женщиной. Не тянуть на себе лямку стервы, способной свернуть горы. Не взваливать на хрупкие плечи целый мир. А просто быть женщиной – взбалмошной, капризной, глупой. А еще, я бы исполнила свою детскую мечту. Но об этом думать уже поздно.

 Я завела «коняшку» и твердой рукой направила ее туда, где меня ждал варвар.

Глава 6

 Макс Буйнов

Обиженная женщина – самая страшная стихия в этом мире (из личных наблюдений)

Феня ввалилась в избушку без стука через три часа после нашего с ней телефонного разговора. Я уж и ждать перестал эту сумасбродку.

Она влетела в комнату и тут же заполнила ее собой всю. Словно рассерженный маленький смерч, способный не оставить камня на камне.

 Молча грохнула на пол цветастый пакет и зыркнув  своими глазищами, кинула в меня пакетом поменьше, в котором оказался гематоген в небесно – синей упаковке и пузырек с солнечно – желтыми аскорбинками, трещащий, будто погремушка.

- Я же говорил, гематоген в желтой упаковке,- пробубнил, прекрасно понимая, что купила она то, что я не люблю, из вредности.- Ну такой, с девочкой на картинке. А тут бык нарисован. А я не люблю быков.

- Странно, что ты так относишься к своим родственникам,- ухмыльнулось исчадье, даже не посмотрев в мою сторону. Ее руки в это время любовно раскладывали на стеклянном столике набор маньяка, от которого у меня на всем теле зашевелились волосы: хирургический скальпель, упаковка одноразовых шприцов для венозных инъекций, моток бечевы, ком ваты, бутылочки со спиртом, перекисью водорода и еще куча мелочовки непонятного предназначения.

- Слышь, отбитая, я на мокруху не подписывался,- прохрипел я, не сводя глаз с блуждающей на лице красотки, ухмылочки. –Ты что задумала?

- Буйнов, не капризничай,- хмыкнула Феня, роясь в кармане своих джинс. Через секунду она бросила в меня гематогеном с «девочкой» на фантике. Вот паршивка. Просто ей нравится выводить меня из себя. – Пальцем не трону Федьку. А вот самой придется ненадолго «умереть». И ты мне в этом будешь помогать. Быковский должен пережить ад, понимаешь?

- Нет,- честно ответил я, просчитывая в уме варианты избавления от сумасшедшей. И как я сразу не догадался, что дамочка с диагнозом? Вечно мне везет на чокнутых.

- Я нормальная,- прочла мои мысли эта поганка. – Устала немного, но это нормально. Если сейчас не посплю – сдохну реально, а не понарошку. Объясню все после.

- Эй, это моя кровать,- гаркнул я. Но, кто бы меня слушал. Мерзавка обвалилась на простыни даже не раздеваясь, и мне показалось, что когда ее голова коснулась подушки, девка уже спала.

 Белокурые волосы водопадом рассыпались по черной шелковой наволочке, делая девку похожей на ангела. Черт. Я приподнял ее за плечи, стянул через голову симпатичный розовый свитерок, потом снял с нее джинсы. Руки действовали автоматически, казалось что я играю в куклу. Такую хрупкую и нежную, что мне было страшно ее сломать. Феня застонала, когда я накрыл ее одеялом и улыбнулась во сне. Черт. Черт, черт, черт. Сегодня на ней простые хлопчато – бумажные трусишки с принтами белоснежных «кисок» на слегка – выпирающем лобке, и бедренные косточки трогательно просвечивают сквозь прозрачную кожу. Мне захотелось пройтись языком по впалому пупку, спуститься ниже, ниже, еще ниже, к улыбающейся нарисованной «киске».

«Беги» - шепнул внутренний голос,- «беги, пока не поздно. Беги, Форест, беги»

 Я сорвался с места и ломанулся на улицу к турнику. Отжимания хорошо помогают выветрить из головы похоть. Жаль, что с глупостью так не проканает.

Когда я весь потный и взмыленный, как абиссинский скакун, спустя час, вернулся домой, пробежав наверное километров пятнадцать, продираясь словно лось сквозь лесную чащу, Феня сидела в кухне в своих чертовых трусах и прозрачной маечке, болтала малюсенькой босой ступней в воздухе, попивая кофе.

И я понял – глупость и кобелизм в моей тупой башке неискоренимы ничем.

- Ты меня раздел? – хихикнула Фекла, - Ты видел мои непарадные трусы, и за это мне придется тебя порешить.

- Оденься,- буркнул я, кинув ей уже знакомый канареечный халат.- И вводи меня в курс дела, пока я не передумал и не дал пинка под твою приключенческую попку, очень неплохую, кстати.

- Ладно, не буду томить,- показала зубки куколка, потом зачерпнула целую ложку шоколадной пасты из банки стоящей на столе, и принялась ее облизывать. Чертова баба, у меня чуть бак не свистанул, пока она расправлялась с приторно сладким лакомством. – И предвосхищая вопрос – не слипнется. Короче, слушай. Конструктивные критика и советы приветствуются. Сегодня ты поможешь мне умереть.

- Не понял.

 Точно чокнутая. Но дослушать я все же решил. Весь обратился в слух. И это было гениально. Чертовски, уродски, ненормально – но гениально. Бедный Федор.

- Ты гребаная маленькая сука,- восторженно присвистнул я, дослушав до конца. Умные бабы меня всегда возбуждали. Но эта... 

- Гениальная сука,- бросила в меня облизанной ложкой адская баба.  Я зарычал, и снова побежал к турнику. Такими темпами скоро я стану похожим на голландского стероидного быка.

                                                                              *****

Когда женщина создает проблемы - это нормально. Ненормально, когда она их решает своими методами.

                                                                             *******

Фекла Быковских

Я зашла в свой дом, который мне показался чужим. Зашла с видом победителя, ну или вражеского захватчика. Федор меня не встретил, что в общем – то не удивило. Он в это время обычно принимает ванную или насилует беговую дорожку в подвальном спортзале. У Федюни все расписано по минутам. Раньше я считала его педантом и умилялась этому факту. Теперь понимаю – конченый придурок, всеми силами выдавливающий из себя происхождение, данное ему по праву рождения в местечке с замечательным названием