А если это любовь? - Юлия Резник

– Ну, и какого черта это сейчас было?

– А что не так? – Родион отвернулся к бару, прикидывая, выпить ему прямо сейчас или дождаться вечера? Или, может, вообще завязывать с этим делом? А то ведь так недолго и спиться. Но чертову горечь во рту хотелось смыть, несмотря на все доводы разума. Чем-нибудь ядреным…

– Зачем это шоу? Чего ты добивался, унижая эту дурочку? – Бэлла взмахнула рукой в сторону захлопнувшейся за девицей двери.

– Унижал? Ну, что ты. Я просто хотел убедиться, что плачу за стоящий товар.

А товар был действительно неплохим. Это уж точно. Бэлла не ошиблась, когда сказала, что девчонка в его вкусе. Увидев ее голую, Мурадов в этом доподлинно убедился. У него, вон, до сих пор стояли… И член. И она перед глазами.

Красивая. Сочная. Нежная. Продажная… Как и все бабы. Именно это его и взбесило. Непонятно, конечно, почему так сильно. И в то же время понятно. Ей сколько? Хорошо, если двадцать есть. В планах его, двадцатилетнего, значилось спасение мира. В ее планах... подороже себя продать.

Да и плевать ему на это, казалось бы. Но почему-то ведь не было… плевать.

Злясь на девчонку, Родион думал, мол, какого черта? Что не так с этими бабами? Куда катится этот мир? Вот ради этого он, получается, положил лучшие годы своей жизни? Свою молодость и здоровье? Пройдя через такой ад, какой никому и не снился?

Да, наверное, Бэлла права. Он действительно хотел унизить дурочку. Не для того, чтобы самоутвердиться, нет. Себе-то он цену знал. А чтобы встряхнуть! Вставить ей на место мозги, если уж кроме него это больше некому было сделать. Чтобы у нее проснулось чувство собственного достоинства, мать его! Или, на худой конец, самосохранения. Но её чувства, похоже, находились в глубокой коме.

– Ты вел себя, как…

– Потребитель?

Нет, к черту. Он все же выпьет. Родион открыл бар, свинтил крышку и плеснул себе виски в стакан.

– Как мудак.

– Осторожнее, Бэлла. Ты рискуешь потерять выгодного клиента.

– А ты, значит, решил и дальше прибегать к услугам моего агентства?

– Почему нет?

– Потому что вокруг тебя вьются десятки женщин, которым не нужно платить за секс.

– Черта с два. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Просто цена у тех, что, как ты говоришь, вокруг меня вьются, не навешана крикливым ярким ценником на товар. Но, поверь, она всегда есть. Эта самая цена. В случае девочки она мне, по крайней мере, известна.

– Это очень циничный подход, – вздохнула Бэлла.

– Ну, так и мы с тобой не романтики, правда?

Мурадов отсалютовал стаканом и пригубил. Подумав, что это действительно может стать для него выходом. Отношения купи-продай. В современном мире это были, наверное, самые честные и прозрачные отношения, на которые только можно рассчитывать. Когда все всё понимают. Когда рамки очерчены. Роли распределены. А чувства полностью исключаются.

– И это наша беда.

– Или нет. А впрочем, у меня нет времени с тобой спорить. – Родион бросил очередной взгляд на часы. – Лучше скажи, что я должен знать.

– О чем?

– О работе твоих девочек. Никогда не имел дела с… – наверное, он все же не был таким мудаком, как Бэлла думала, потому что осекся там, где хотел сказать «шлюхами». Не желая ее обидеть.

– Не забывай про резинки, а деньги плати вперед.

– Это очень циничный подход, – перекривлял Родион Бэллу.

–  Ну, так и мы с тобой не романтики, правда? – вернула подачу та. Мурадов хохотнул.

– Кстати, чуть не забыла! – спохватилась Бэлла. – Карточку давай…

Родион послушно достал из кармана визитницу, протянул Бэлле банковскую карту и только потом поинтересовался:

– А это зачем?

– Ты же сам сказал – здесь сбрить, тут оставить. Думаешь, я за свой счет девочку буду готовить?

– Выходит, я плачу шесть с половиной тысяч и еще в девочку вкладываюсь?

– Само собой. Тебя что-то не устраивает?

А хрен его знает. Не хотел бы он, чтобы его вложениями кто-то другой потом пользовался. Все же любой нормальный мужик – ужасный собственник. Не желая это анализировать, Мурадов подхватил небрежно брошенный пиджак и поплелся к выходу.

Мурадов подхватил небрежно брошенный пиджак и поплелся к выходу. Но практически дойдя до двери, снова вернулся:

– Слушай, а что ты говоришь им?

– Кому?

– Своим девочкам. Есть же какой-то инструктаж?

– Конечно. И не какой-то, а очень подробный. Мои девочки тратят на обучение не один день, прежде чем я их допускаю к работе. Это ты влез и все перевернул с ног на голову.

– Да-да, я понимаю. И все же. Что ты им говоришь? Как напутствуешь?

– То же самое, что и тебе. Не забывай про резинки, деньги бери вперед и никогда не оставляй клиента одного в комнате.

– А это еще почему?

– Потому что обворуют.

– Серьезно? Ну и ну. А я-то думал, у тебя в клиентах приличные люди.

– Только потому, что они богатые? Да брось. В моем случае это такой же плюс, так и минус.

– А минус-то почему?

– Потому что богатый наделенный властью мужик обычно считает, что покупает не услугу, а человека, который ее предоставляет. Кстати, это довольно распространённая ошибка. Не вздумай ее повторить. Девочка не обучена, – напомнила Бэлла в который раз.

Мурадов кивнул и, отсекая от себя и этот разговор, и все другие события этого странного утра, пошел прочь. Впрочем, не думать о случившемся не получалось.

Девочка не обучена... Так ведь для него это был скорей даже плюс. Он, может, только поэтому и решился. Какой-нибудь другой, прожженной, наверняка побрезговал бы. Как бы хорошо она ни выглядела стараниями дорогих косметологов. И каких бы чудес в постели ни вытворяла. Вряд ли бы он смог получить удовольствие от процесса, понимая, на скольких мужиках до него прелестница оттачивала свои навыки.

Словом, свежесть девочки его притягивала с той же силой, что и отталкивала. С одной стороны, было бы, конечно, лучше, если бы она одумалась. Сбежала в последний момент, остановилась бы в шаге от падения. С другой… ну, вы понимаете.

Отругав себя за то, что уделяет этому пустяковому вопросу больше времени, чем он того стоит, Родион все же сосредоточился на работе. Да так она его закрутила, что Мурадов только ближе к семи заметил сообщения из банка и от Бэллы… Прокрутил ленту. Присвистнул. И приложил телефон к уху.