Жена по контракту - Виктория Вестич

Лютый ухмыляется и опрокидывает в себя остатки отвратительно горчащего виски. Да черт бы с ней! Что он, бабу себе найти не способен? Любую помани, сама прибежит. Та же вон дочка губернатора — фигуристая, смазливая, в постели хороша. К Лесе, конечно, не особо расположена, но и не строит из себя святую.

— Лютый… — вырывает из мыслей знакомый голос.

Он вскидывает голову и встречается взглядом с мужчиной.

— Сколько тебе раз повторять, не Лютый я уже, а Константин Николаич Исаев, — произносит Лютый с ухмылкой, — Пора отвыкать от криминальных кликух, скоро большими людьми будем. Так что не Бритый ты теперь, а Алексей Федорович Степанцов.

Бритый устало опускается на стул напротив мужчины и брезгливо морщится.

— Мне мое имя-отчество уже вот тут сидит, — чиркает он ребром ладони по кадыку и раздраженно передразнивает, — Алексей Федорыч то, Алексей Федорыч сё. Тьфу ты, черт! И какого тебе захотелось в политику лезть?

— Уже не девяностые, — пожимает плечами Лютый.

— Давно не девяностые. Но нам это не мешало заниматься… гм… делами.

— Ты канючишь хуже Леськи, — фыркает Костя, — Лучше расскажи, что там с заводом, пошел Дёмин на сделку?

— Ага, как же. Этот придурок заграницу слинять решил, чтобы долги не выплачивать. Его чуть люди на вилы не подняли там, ладно хоть мы успели, — хмыкает Бритый.

— Поговорили с ним?

— Поговорили. Обещал в течение недели часть долгов по зарплатам погасить. Да только ты Дёмина знаешь, он такая крыса, сбежит же. Может это… по старинке? Припугнем там слегка, там, чтобы посговорчивее стал.

— Алексе-ей Федорыч, — цокает языком Лютый и осуждающе качает головой, — ты же мой зам, а такие незаконные вещи предлагаешь.

— Издеваешься? — насупившись, бурчит Бритый.

— Есть немного, — ухмыляется Костя. Он отставляет стакан, складывает руки в замок на столе и некоторое время молчит.

— Так что с Дёминым делать-то? Отпустить что ли?

— Пока да.

Бритый едва ли не подпрыгивает на месте и тут же подается вперед, недоверчиво вглядываясь в лицо вице-мэра.

— Ты серьезно что ли? А люди как же? Он месяцев шесть как платить перестал им. Перебиваются, кто чем может, скоро вообще как скот на подножный корм перейдут.

— Пусть летит, — отмахивается Лютый и добавляет, — Отправь парочку парней следом, пусть поболтают с ним заграницей. Здесь нам лишняя шумиха ни к чему, скоро назначение мэром, так что скандалы, даже малейшие, не нужны. Ты знаешь, на что давить.

Бритый ухмыляется и кивает с довольным оскалом.

— О Серове новости есть? — переходит к другому Лютый.

— Нет. Мы следим за ним, но он, как и всегда, ничего необычного не делает. Все еще думаешь, что это он в том похищении замешан?

— Я ничего не исключаю, — качает он головой и задумчиво произносит, — На юбилее у Савицкого был недавно.

— Знаю. Ты же говорил. С Алисой?

— С ней.

— Не думал, что ты так скоро решишь жениться.

— Я тоже не думал.

— Так что? У Савицкого что-то случилось?

— Не совсем. Просто встретил старых друзей, — насмешливо произносит Костя.

— Старых друзей? — уточняет озадаченно Бритый.

— Демид вернулся назад, оказывается. С женой.

— Лютый…

— Собери на них все, что есть, — голос Кости становится привычно холодным, с металлическим отзвуком, — Каждая мелочь важна. Чтобы через два дня папка на столе лежала передо мной, и в ней все было, до мельчайших деталей. Где жили, что делали. Всё.

— Зачем тебе?

— Хочу отплатить за доброту той же монетой.

Бритый молчит недолго с хмурым видом и наконец решается:

— Слушай, Лютый, зачем тебе это? Ну получилось все так, ну и черт с ней, с бабой этой. Тем более ты помолвлен уже.

— Еще нет.

— Все равно это ничего не меняет. У тебя своя жизнь, она там пусть с Демидом этим…

— Бритый, — обрывает Костя и окатывает его ледяным взглядом, — Папку на стол. Послезавтра.

— Понял, — с тяжелым вздохом соглашается Бритый. Знает, что пытаться отговаривать его бесполезно.

Лежащий на столе телефон оживает и по комнате прокатывается стандартная мелодия звонка. Лютый без промедления поднимает трубку.

— Слушаю. Клим? — удивленно вскидывает он брови, — Не ожидал тебя услышать.

Бритый мгновенно подбирается, впивается в лицо Кости внимательным взглядом. Разговор выходит коротким и уже через пару минут он хмуро интересуется:

— Что-то случилось?

— Клим приглашает на ужин сегодня, — пожимает плечами Лютый, откидывая телефон назад на кипу бумаг, — Сказал, разговор есть важный.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- И ты поедешь?

— Почему нет?

— Ну… вы же с ним вроде как не в очень хороших отношениях остались после… ну ты понял.

Лютый невесело хмыкает, поневоле вспоминая о не таких уж давних событиях. Об аварии, об Элле, о том, как Клим сыпал угрозами и проклинал за гибель дочери. Он и сам себя винил. Всегда. За то, что не справился с машиной, что не привез врачей заранее, не уберег.

— Может он ради внучки решил забыть старое? — хмыкает он и поднимается с места, — В любом случае, узнаю сегодня.

— Костя, — серьезно говорит Бритый, поднимаясь следом за ним, — Будь осторожен.

— Бритый, — хохотнув, произносит Костя, — Это же Клим. Я знаю его много лет. Ничего он мне не сделает.

******

В доме Клима Лютый уже бывал, и даже не раз — при жизни Элла сюда часто любила приезжать. И Корнеев, хоть и неприязненно относился к нему, все же при дочери старался сдерживаться. А когда она погибла, Клим вовсе исчез с горизонта, перед этим успев пожелать кучу всего самого скверного и угрожая через каждое слово. Поэтому внезапное гостеприимство несколько настораживало, так что Лютый, хоть и был один, все равно оставался начеку. Навредить ему он не навредит, но кто знает, что у Клима в голове?