Пленница Молота - Чарли Маар

— Меня обвиняют в убийстве, — смотря прямо в глаза Лесе, наконец, начинаю говорить. — Я… боями занимался всю свою жизнь. Сколько себя помню. Рос в детском доме. Тренер у нас был — Николай Павлович. Приходил к нам по средам и пятницам. Пацанов учил боксу. Во мне он сразу разглядел потенциал, поэтому спустя несколько недель предложил мне заниматься с ним индивидуально.

Перчатки, которые ты нашла в сундуке — его подарок, — рассказывая Лесе свою историю, я словно возвращаюсь в прошлое. Воспоминания кажутся чертовски реальными, будто это всё совсем недавно происходило. Ностальгия, мать её.

— Это было хорошее время, хоть и рос я без семьи. Тренер мне отца заменил. Я во всем хотел быть похожим на него. Он даже забирал меня из детского дома по гостевому разрешению. В такие дни мы с ним сюда ездили. В эту хижину. Она ему принадлежала. Мы много тренировались, потом ходили на озеро купаться и ловить рыбу. Озеро здесь недалеко. Когда я вырос, меня затянула жажда денег. Бился я хорошо, поэтому мне в легкую удалось прорваться в мир боев без правил. Это подпольные бои и… за них отлично платили. Был еще один пацан у нас в детском доме. Олег Борзов. Мы называли его Борзый. Тоже боксом занимался, но таких результатов, как я, не давал. Тренер его любил, но понимал, что не потянет он некоторые спарринги. Когда Николай Павлович узнал, что я уличными боями занялся, устроил мне настоящую отцовскую взбучку, — горько усмехаюсь, вспоминая былое. Млять, столько лет прошло, а мне всё ещё больно об этом говорить.

— Тогда Борзый на медаль шел. Отличные результаты показывал. Но после взбучки я бои без правил оставил и стал тоже претендовать на медаль. Выиграл тогда. С тех пор у нас началась негласная война. Точнее, у Борзова со мной началась война, мне-то на него всегда насрать было. Тренер и так им гордился. Мы стали вместе с тренером разъезжать по стране, участвовать в различных официальных спаррингах и боях. Неделю назад должен был состояться бой с одним из прошлогодних чемпионов. Категория в тяжелом весе. Борзый мечтал с ним биться, но тренер допустил меня, потому что Борзый скинул лишние кило и по весу не прошел. Это было разумно — не допускать его, но Олег взбесился. Сказал, что тренер просто не хочет давать ему шанс получить титул чемпиона и выиграть приз в размере ляма.

Обзывал его по-всякому, мудак. И я Борзому врезал пару раз. Он тогда хлопнул дверью и ушел, сказав, что мы оба еще за все ответим. Мы с тренером разошлись поздно в тот вечер. А на утро меня хотели повязать за его убийство. Я, мля, до сих пор не могу понять, как этой гниде удалось меня подставить, но точно знаю, что если меня закроют, то я никогда не смогу до правды докопаться. И я не хочу быть обвиненным в убийстве человека, который мне отца заменил. Я, мля, даже на похороны не смог попасть. И сбежать мне с трудом удалось.

— Ты думаешь, это Борзый убил вашего тренера? — Леся взволнованно смотрит на меня своими огромными карими глазищами.

— Уверен, — киваю, от злости сжимая зубы. — Больше некому. И еще мне известно, что у Борзого подвязки есть с ментами. Думаю, именно поэтому ему так легко поверили. Я был последним, кого видели у дома тренера. Не удивлюсь, что Олег дождался моего ухода, затем пробрался в дом и убил его. А у меня среди ментов нет ни одного близко знакомого, чтобы помощи попросить.

— А адвоката нанять?

— Меня затопчут еще до того, как адвокат успеет хоть что-то нарыть. Этот мудак там такого наплел. Я свою рожу частенько вижу на листовках "разыскивается".

— Ром, ну, ты же не сможешь все время убегать… И как ты сумеешь докопаться до правды и доказать свою невиновность, если ты постоянно в бегах, а полиция у тебя на хвосте?

— Если и не докажу, то хотя бы за убийство почти отца не сяду. И однажды найду способ полностью очистить свое имя.

Леся напряжённо смотрит на меня, то и дело сжимая в кулак тонкие пальцы. И я не понимаю, какого хрена со мной происходит, но её затянувшееся молчание бьёт по моим нервам, как по струнам. Ну же, скажи что-нибудь. Что угодно, только не молчи.

— Я верю тебе, Рома, — выдыхает, накрывая мою руку своей. — Спасибо, что все рассказал мне. Это очень много для меня значит.

Мне кажется, что с моих плеч падает огромный груз, который я носил на себе всё это время. И в этот момент я понимаю, что её слова — это всё, что мне было нужно.

— Спасибо, что не ушла, Олеся, — мягко улыбаюсь, накрывая свободной рукой её ладонью.