После падения - Анна Тодд

Он опирается о стену в противоположном конце маленькой гостиной.

– Тогда переходи к делу.

– Ты же знаешь, что речь пойдет о Тессе.

– Я догадался. – Он скрещивает на груди покрытые татуировками руки.

– Ты не поедешь в Сиэтл.

Его широкая бровь приподнимается, а на лице появляется улыбка.

– Поеду. Я уже все спланировал.

Что за черт? Зачем ему ехать в Сиэтл? Он все усложняет, и я уже начинаю удивляться собственной тупости. Какого хрена я считал, что этот разговор может закончиться как-то иначе, кроме как тем, что его унесут на носилках.

– Дело в том, что… – Я делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться и следовать первоначальному плану. – Ты не поедешь в Сиэтл.

– Я собираюсь навестить друзей, – с вызовом заявляет он.

– Вот черт. Я же знаю, что ты собираешься там делать, – огрызаюсь я.

– Я собираюсь остановиться в Сиэтле у друзей, но если тебя это так волнует, да, она пригласила меня навестить ее.

Как только он произносит это, я вскакиваю.

– Не выводи меня, я пытаюсь держать себя в руках. У тебя нет совершенно никаких причин навещать ее, она моя!

Он снова поднимает бровь.

– Ты слышишь, как это звучит? Говоришь, что она твоя, как будто она твоя собственность.

– Да мне по хрену, как это звучит. Это правда.

Я делаю шаг к нему. Воздух между нами вибрирует от напряжения. Каждый пытается настоять на своем, но я не отступлю.

– Если она твоя, почему ты не с ней в Сиэтле? – настаивает он.

– Потому что я выпускаюсь в этом семестре, вот почему.

Зачем я вообще отвечаю на его вопросы? Я пришел сюда, чтобы высказаться, а не чтобы выслушать его и позволить «вовлечь меня в диалог», как выражается один наш препод.

– Не имеет значения, там я или нет. Ты не увидишься с ней, пока будешь в Сиэтле.

– Решать ей, разве нет?

– Если бы я так считал, я бы не пришел сюда, разве нет?

Я сжимаю кулаки и перевожу взгляд на стопку научных книг на его кофейном столике.

– Почему бы просто не оставить ее в покое? Или это из-за того, что я…

– Нет… – перебивает он. – Никакой связи. Я всего лишь забочусь о ней, так же, как и ты. Но, в отличие от тебя, обращаюсь с ней так, как она заслуживает.

– Ты ничего не знаешь о том, как я с ней обращаюсь! – рычу я.

– Нет, чувак, знаю. Сколько раз она прибегала ко мне вся в слезах из-за того, что ты сказал или сделал? Слишком много. – Он указывает на меня пальцем. – Ты причиняешь ей боль. И ты это знаешь.

– Во-первых, ты вообще ее не знаешь. А во-вторых, ты просто жалок. Сохнешь по той, которая никогда тебе не принадлежала. Сколько раз я уже это тебе говорил? О скольких девушках?

Он внимательно смотрит на меня и облизывает губы.

– Нет, я не жалок. На самом деле я просто умен. Я буду поблизости, буду ждать, пока ты снова облажаешься, что неизбежно, и тогда я окажусь рядом с ней, чтобы утешить.

– Ты чертов… – Отступаю на шаг, пока я не потерял контроль и не ударил его головой об стену. – Чего ты хочешь? Хочешь, чтобы она сама сказала тебе, что ты ей не нужен? Я думал, она уже это сделала, но ты нарисовался здесь…

– Это ты пришел ко мне.

– Черт побери, Зед! – ору я. – Какого черта тебе просто не прекратить? Ты знаешь, что она для меня значит, и все равно встаешь на пути. Найди себе другое развлечение. Вокруг полно шлюх.

– Шлюх? – повторяет он с издевкой.

– Ты знаешь, что я не имел в виду Тессу. – Я изо всех сил стараюсь не пускать в ход кулаки.

– Если бы она так много значила для тебя, ты бы столько не натворил. Она знает, что ты трахнул Молли, когда уже встречался с ней?

– Знает. Я ей сказал.

– И она не против?

Он – полная противоположность мне. Он собран и спокоен, в то время как я изо всех сил борюсь с закипающим гневом.

– Она ничего для меня не значила. И это случилось намного раньше. – Я пытаюсь собраться. – Но я пришел сюда не для того, чтобы обсуждать с тобой наши отношения.

– Ладно, тогда зачем ты пришел?

Самодовольный ублюдок!

– Сказать тебе, что ты не увидишься с ней в Сиэтле. Я думал, мы сможем обсудить это… – я пытаюсь подобрать слова, – более цивилизованно.

– Цивилизованно? – издевается Зед. – Извини, но мне трудно поверить, что ты пришел сюда с добрыми намерениями.

Он указывает на шишку на его переносице.

Я на мгновение закрываю глаза и вспоминаю, как кровоточил его разбитый нос после того, как я приложил его головой. Эти воспоминания только подстегивают меня, адреналин в моей крови зашкаливает.

– Да, для меня это цивилизованно! Я пришел сюда поговорить, а не драться, но если ты не оставишь ее в покое, у меня просто не останется выхода.

– И что потом? – произносит Зед.

– Что?

– Что потом? Мы это уже проходили. Ты не можешь бесконечно нападать на меня безнаказанно. В этот раз я напишу заявление, и тебя арестуют.

Он делает многозначительную паузу. Это бесит меня еще больше. Я ничего не могу поделать с этим, только в буквальном смысле убить его, что, конечно, не вариант… по крайней мере сейчас.

Глубоко дышу и пытаюсь расслабиться. Мне придется пойти на крайние меры. Я не хотел прибегать к ним, но он не оставляет мне выбора.

– Я пришел сюда, чтобы предложить тебе своеобразный договор, – говорю я.

Он склоняет голову и вызывающе смотрит на меня.

– Какой договор? Еще одно пари?

– Не беси меня… – рычу я сквозь зубы. – Что ты хочешь за то, чтобы оставить нас в покое? Скажи, что ты хочешь за то, что уберешься из нашей жизни, и я дам тебе это.

– Просто позволь нам увидеться еще раз, – отвечает он. – Я буду в Сиэтле в четверг.

– Нет. Только не это.

Он совсем тупой?

– Я не прошу твоего разрешения. Я просто пытаюсь тебе объяснить.

– Этого не будет. Вам незачем встречаться. Она не будет ни с тобой, ни с каким-либо другим мужчиной. Никогда.

– В этом ты весь. Собственник.

Он закатывает глаза, а я думаю, что бы сказала Тесса, если бы увидела его таким? И каким бы я был мужиком, если бы не был собственником по отношению к ней? Если бы был не против поделиться ею с кем-нибудь?

Я прикусываю язык, а Зед пялится в потолок, подбирая слова. Вот же засада! У меня начинает кружиться голова, и я размышляю, как долго еще смогу держать себя в руках.