В постели с дьяволом - Ванесса Марлоу

Я работала допоздна, оттягивая, насколько возможно, встречу со Стивом. Когда я отметилась в журнале прихода-ухода и вышла через заднюю дверь на улицу, он ждал меня на стоянке. Стив стоял, опершись о машину Пэм, подняв воротник и засунув руки в карманы.

Какое-то время мы неотрывно смотрели друг на друга, при этом во взглядах сквозили попеременно и злость, и раскаяние. Мое бешенство наконец-то докатилось до него, и он правильно оценил мой настрой.

— Мне очень жаль, — сказал он.

— Да неужели?

— Я вел себя как последний мудак.

— Да нет, ты не просто мудак. Ты опустился до такого уровня скотства, который мне сложно даже описать.

— Я совершил ошибку.

— Ошибку?

Я подошла к нему вплотную. На улице было темно и туманно, но над нами горел уличный фонарь, и я хотела быть как можно ближе к Стиву, чтобы заглянуть ему в глаза и понять, врет он или нет.

— Я была в гостиной! И я видела, как она у тебя сосет!

— Я не знал, — пробормотал он с виноватым видом.

— Блэр был рад и счастлив рассказать мне о том, как ты трахаешь все, что движется, при каждой удобной возможности. Он заявил, что ты этим хвастал.

Стив вздрогнул, словно от удара. Но несмотря на то, что я очень старалась, я так и не смогла понять, был ли он расстроен из-за того, что Джордан проговорился, или из-за того, что на самом деле ничего подобного он не рассказывал. Хотя с другой стороны, зачем Джордану Блэру выдумывать такую чудовищную небылицу, зная, как сильно это меня заденет?

— Мэг, я тебе не изменяю. Это неправда.

— После того, что я видела, ты думаешь, я тебе поверю?

Я решительно зашагала прочь, гадая, куда же мне идти, и понимая, что есть только одно место — наша квартира. Или можно остаться у Мэри. Наши жизни настолько тесно переплелись, что напоминали две пряди веревки.

— Мэг, — позвал он с отчаянием в голосе, — не бросай меня из-за этого.

Сама того не желая, я остановилась и выпалила:

— А почему бы и нет?

— Потому что я тебя люблю и не перенесу этого.

Он выглядел как побитая собака, такой грустный и несчастный. Мне было сложно продолжать злиться на него. Он всегда был так мил со мной, и сейчас ему было так чертовски жаль. Как же я могла злиться, если он весь сочился раскаянием?

Ах, если бы только я была умнее или мудрее! Такие напасти случаются с женщинами постоянно, и я, помнится, говорила, что, если это случится со мной, я буду непоколебима. Но сейчас не могла решить, как поступить. В свете моих выходок с Джорданом разве я сама не заслуживала порицания? Кто бросит первый камень? Не я.

— Я был пьян, — сказал он.

— Ты думаешь, тебя это извиняет?

— Нет.

— К тому же когда все начиналось, ты был еще трезвый.

— Да, был.

— Тогда… почему?

Он неопределенно пожал плечами, затрудняясь объяснить этот грязный эпизод словами.

— Весь мой здравый смысл куда-то улетучился. В тот момент я не видел никаких причин, почему бы мне не делать всего, что заблагорассудится.

Я развернулась, чтобы идти прочь, как тут он схватил меня за руку.

— Просто приходи домой, — взмолился он. — Приходи домой и немного со мной поговори.

Было девять вечера. Я смотрела на темную улицу, моросящий дождь, несущиеся мимо машины. Я могла пойти с ним или сама, но все равно пришла бы в одно-единственное место.

Наверное, я самая большая дура из всех. В течение некоторого намеренно затянутого промежутка времени я пристально его изучала, после чего потребовала:

— Пообещай мне, что такое больше никогда не повторится.

— Обещаю.

Я ему не поверила.

Такое, значит, у нас будущее? Он рассказывает мне сказки, а я извожу себя сомнениями?

Я чувствовала, что все безвозвратно испорчено, наши отношения будет подтачивать червь обмана и измены.

Я вздохнула и двинулась по направлению к нашему дому. Я позволила ногам самим сделать выбор, так как умом и сердцем я на это решиться не могла. Еле добрела до двери в подъезд, поднялась по лестнице — и сразу в ванную, принять душ и переодеться.

Весь вечер слушала музыку и смотрела телевизор; Стив был предельно осмотрителен, внимателен и… всячески меня избегал. Я была бомбой с часовым механизмом: одно неосторожное движение — и взрыв. Мы кое-как перекантовались эти томительные несколько часов, а потом я улизнула спать, не пожелав спокойной ночи. Он долго выжидал, прежде чем последовать за мной. В конце концов он уснул, зато у меня сна — ни в одном глазу.