Королева сплетен в большом городе - Мэг Кэбот

— Ты думаешь, она шпионит на Мориса? — быстро спрашивает женщина по-французски (после целого семестра занятий и каникул во Франции, я научилась понимать этот язык).

— Наверняка, — тоже по-французски отвечает мужчина, — а иначе зачем бы еще она сюда притащилась?

— Нет, честно, — кричу я. Французский я только понимаю, но не разговариваю. — Я не знаю никакого Мориса, Я пришла сюда потому, что вы — лучший дизайнер-реставратор свадебной одежды в этом городе. А я очень хочу тоже стать реставратором. Речь идет только обо мне. Вот, посмотрите мое портфолио…

— О чем она? — спрашивает мадам Анри (а это наверняка она) у мужа.

— Понятия не имею, — отвечает он. Но берет альбом в руки и начинает листать.

— Это платье от Юбера де Дживанши, которое я нашла на чердаке, — поясняю я, когда они доходят до свадебного наряда Биби де Вильер. — В него было завернуто охотничье ружье. Оно все было в ржавых пятнах. Мне удалось полностью их удалить с помощью соуса «тартар». Потом я вручную восстановила бретели и…

— Зачем вы нам все это показали? — спрашивает месье Анри и отдает мне альбом. Стена за его спиной сплошь увешана фотографиями свадебных платьев до и после реставрации. Это впечатляет. Некоторые из платьев пожелтели от времени и выглядели так, как будто рассыплются в прах при малейшем прикосновении.

Но месье Анри удалось вернуть им первоначальную безупречную белизну. Он действительно умел обращаться с тканями и химией в своей мастерской.

— Видите ли, — медленно начинаю я, — я недавно приехала в Нью-Йорк из Мичигана и ищу работу…

— Но это не Морис вас прислал? — Глаза месье Анри все еще подозрительно сощурены.

— Нет, — отвечаю я. Что вообще здесь происходит? — Я не понимаю, о чем вы говорите.

Мадам Анри, стоящая рядом со своим казавшимся по сравнению с ней высоким мужем, протягивает руку за моим портфолио и окидывает меня с ног до головы цепким взглядом — от моего задорного хвостика (миссис Эриксон посоветовала мне убрать волосы с глаз) до прямого платья от Джозефа Рибкоффа под расшитым бисером винтажным кардиганом (в Нью-Йорке с тех пор, как я приехала, стало прохладней. Лето еще не кончилось, но осень уже витала в воздухе).

— Жан, я верю ей, — по-французски говорит она мужу. — Посмотри на нее. Морис никогда не прислал бы к нам такую дуреху.

Мне хочется истошно закричать «Эй!», затопать ногами, чтобы заставить их замолчать, ведь я прекрасно понимаю, что она назвала меня дурехой.

Но с другой стороны, я вижу, что мадам Анри переворачивает страницу и смотрит на фотографии свадебного платья Вики, кузины Люка, которое мне удалось привести в полуприличное состояние (в конце концов она предпочла ему отбеленное платье от Дживанши). Месье Анри в самом деле заинтересован.

— Я сделала все вручную, — говорю я, указывая на платье Вики. — Я путешествовала, и у меня не было с собой моего «Зингера».

— Это ручная работа? — спрашивает он и, внимательно присматриваясь, достает из кармана рубашки пару бифокальных очков.

— Да, — отвечаю я, изо всех стараясь не смотреть на его жену. Дуреха! Да что она понимает! Она вообще, похоже, читать не умеет. Ведь в моем резюме написано, что у меня есть диплом Мичиганского университета. Вернее, будет в январе. В Мичиганский университет дурех не принимают… даже если их отцы работают научными сотрудниками.

— Вы удалили ржавые пятна, — замечает месье Анри, — не используя химии?

— Просто соусом «тартар», — отвечаю я. — Я замочила в нем платье на ночь.

Месье Анри почему-то с гордостью произносит:

— Мы тоже не используем химии. Именно поэтому нас приняли в Ассоциацию свадебных консультантов и мы стали сертифицированными дизайнерами свадебных платьев.

Я не знаю, как на это ответить. Я даже не знаю, что такое сертифицированный дизайнер свадебных платьев. И все-таки говорю:

— Как мило.

Мадам Анри толкает мужа локтем.

— Скажи ей, — говорит она по-французски, — чего еще мы добились.

Месье Анри косится на меня сквозь линзы своих очков.

— Национальная свадебная служба дает нам самые высокие рекомендации.

— Это гораздо больше того, чего добился эта свинья Морис! — восклицает мадам Анри.

По-моему, называть бедного Мориса — кто бы это ни был — свиньей это перебор.

Тем более что я никогда не слышала о Национальной свадебной службе.

Но мне снова удается чуть ли не впервые в жизни удержать рот на замке. На манекенах в витрине этого маленького магазинчика я вижу две модели. Они отреставрированы и переделаны, судя по стоящим рядом фотографиям. И прекрасны. Одно расшито небольшими жемчужинами, похожими на капельки дождя, поблескивающими на солнце. А другое все состоит из причудливых кружевных оборок. У меня пальцы задрожали, так хотелось их потрогать руками, чтобы понять, как это создано.

Миссис Эриксон права. Месье Анри знает толк в этом деле. Я смогу многому у него научиться — не только шитью, но и тому, как организовать успешный бизнес.

Плохо, что мадам Анри такая…

— Это очень нервная работа, — продолжает месье Анри. — Для женщин, которые приходят к нам… это самый важный момент в жизни. Платья должны быть абсолютно безупречны и сшиты вовремя.

— Я жуткий трудоголик, — заверяю я его. — Я шью свадебные платья ночами напролет, даже когда этого не требуется.

Месье Анри даже не делает вид, что слушает.

— Наши клиентки могут быть очень требовательными. Сегодня они хотят одного, завтра — другого…

— Я очень покладистая, — отвечаю я. — И хорошо умею ладить с людьми, можно даже сказать, что я живу ради них. — Боже! Что я несу? — Но я никогда не стану убеждать клиентку надеть то, что ей не идет.

— У нас семейный бизнес, — говорит месье Анри с внезапной решимостью и с громким стуком захлопывает портфолио. — Я не собираюсь нанимать посторонних.

Но… Нет, он меня не выгонит. Я должна узнать, как сделаны эти оборочки.

— Я понимаю, что не отношусь к вашей семье. Но я хорошо знаю свое дело, а тому, чего не знаю, очень быстро учусь.

— Нет, — непреклонен месье Анри. — Мне это не нужно. Я создал бизнес для своих сыновей…

— Которые о нем и знать не желают, — горько сетует по-французски его жена. — И ты это знаешь, Жан. Эти ленивые свиньи только и хотят, что ходить по дискотекам.

Хм-м-м… Она собственных сыновей тоже называет свиньями? И…. кажется, она сказала… дискотека?

— …Я самостоятельно справляюсь с работой, — высокомерно добавляет месье Анри.

— Правильно, — фыркает мадам Анри. — А на меня у тебя не хватает времени. И на сыновей тоже. Они так распустились, потому что ты вечно торчишь здесь. А ведь у тебя больное сердце. Доктор сказал, что тебе нужно избегать стрессов, чтобы дело не кончилось ударом. Ты все время повторяешь, что тебе хотелось бы работать меньше… оставить на кого-нибудь магазин, чтобы побольше отдыхать, чтобы мы могли проводить больше времени в Провансе. И ты хоть пальцем пошевелил для этого? Нет.