Семь шагов к счастью - Сандра Мэй

Бриттани позвонила Монике.

— О господи! Бриттани, я чуть с ума не сошла! Курьера посылала — его консьерж к тебе не пустил. Звоню все утро… Что с тобой?

— У меня… нервный срыв.

— Нашла время!

Моника работала с ней в империи Ван Занда все эти восемь лет. Собственно, она и была тем самым помощником, вернее помощницей, которую старый дьявол попросил ввести Бриттани в курс дела. Отношения у них с Моникой наладились очень быстро, вместе они прошли огонь и воду, так что при личном общении Моника субординацию не соблюдала.

Бриттани осторожно села в кресло и поспешно подперла голову свободной рукой.

— Моника, я не шучу. Мне было очень плохо. Я только что проснулась.

— Брит, ты в курсе, что через сорок минут садится самолет Ван Занда?

— В курсе, но я не могу его встретить.

— Не хотела бы я быть тем, кто сообщит ему об этом.

— Поставим перед фактом. Посылай шофера.

— А! Ты хочешь, чтобы первая волна его гнева смыла меня?

— Страшен только девятый вал, а к этому времени я уже буду на месте.

— Ладно. Попробую отвлечь его девицами из пиар-отдела. Там есть парочка в его вкусе — и совершеннейшие блондинки.

— Прекрати, мы с тобой тоже.

— Мы крашеные, а те девки вообще брюнетки, но душа у них блондинистая. Брит, может, вызовешь врача? Что с тобой случилось?

— Меня вчера бросил Пол.

— Чего? Шутишь?

— Нет. Вызвал на свидание и совершенно официально бросил.

— И ты впала в нервный срыв? Не верю. У тебя нет нервов.

Бриттани горько усмехнулась и вдруг подумала с веселым отчаянием человека, пляшущего в зареве последнего сожженного им моста: а, наплевать! Все равно ведь Моника ее увидит и догадается. Да и кто бы не догадался?

— Нервов, может, и нет, но я выпила свою годовую норму алкоголя, и у меня ужасное похмелье.

— Ясно. — Судя по всему, Монику этот факт вовсе не шокировал. — Возьми две таблетки аспирина, запей минералкой. Контрастный душ, лед под глаза, крепкий кофе…

— Меня стошнит от кофе!

— Очень хорошо, пусть тошнит, у тебя же интоксикация. Короче, кофе — и на работу. Трудотерапия — лучшее средство от похмелья. Да, возьми такси. В твоем состоянии лучше не садиться за руль.

— Откуда тебе знать, в каком я состоянии?

— Шутишь? Мой Морис — ирландец. Когда они с друзьями отмечают День святого Патрика, одной годовой нормой дело не обходится. Все, до встречи. Машину в аэропорт я уже послала.

Что бы я без нее делала? — мрачно подумала Бриттани, направляясь в ванную.

Через полчаса очень бледная, неестественно прямо держащая голову женщина в громадных темных очках и дорогом костюме села в такси. Чего стоили Бриттани Кларк двадцать минут поездки — лучше не вспоминать.

— Добрый день, мисс Кларк!..

— Привет, Брит!..

— Мадам, вам уже говорили сегодня, что вы прекрасны?..

Бриттани прорезала толпу подчиненных, словно раскаленный нож — масло. Ворвалась в приемную и рухнула на кожаный диван. Моника, склонившаяся над компьютером, выпрямилась и с укором посмотрела на нее.

— Мисс Кларк, мистер Ван Занд успешно приземлился и уже едет к нам. Легкий завтрак накрывают в зимнем саду, у вас есть минут пятнадцать…

— Если я увижу еду, меня точно стошнит.

— Не выдумывай. Вот, я тебе приготовила. Только не спрашивай, что это, просто пей.

— Оу-у-у-фрхст!!! Мо… ни… ка…

— Ничего страшного. Знаешь, для алкоголички ты на редкость хорошо выглядишь.

— Знаешь, чего мне это стоило? Господи, что за дрянь я пила?

— Говорю же, не спрашивай. Туда входит перец…

— Это я почувствовала. Как ты думаешь, Ван Занд заметит?

— Заметит? Ха! Его папаша торговал самогоном во времена сухого закона, а сам Ван Занд служил в джунглях — там пили все, что горит, чтобы не было дизентерии. Естественно, заметит.

— Ох…

— Вот графики. Вот отчет. Вот предложения по реорганизации, прочитай страницу семь, там мы элегантно переводим стрелки на партнеров…

— Моника?

— Что?

— А почему он не назначил на эту должность тебя?

Моника О'Брайен выпрямилась, усмехнулась — и вдруг погладила Бриттани по голове.

— Второй этап похмелья — вселенское чувство вины и осознание того, как несправедливо устроен мир. Держись, Брит, скоро настанет третий этап, и тебе полегчает.

— Какой еще третий?

— Ненависть ко всему сущему. Тут надо поесть и лечь спать. Работать все равно не сможешь. Слушай, чего ж ты так напилась? Неужели только из-за Пола?

— Ты не ответила на мой вопрос.

— Насчет должности… Видишь ли, я хороший второй. Надежный, исполнительный, решительный — но второй. Брать на себя окончательные решения я не умею и не люблю. Кроме того, я не особенно стервозна и не умею ходить по трупам.

— Браво! Блестящая характеристика для Бриттани Кларк.

В зеленых глазах Моники блеснул чуть заметный ледок.

— А разве это не так? И разве ты этого не знала? Думаю, Ван Занд тебе все внятно объяснил, когда приглашал на должность. Он всегда так делает.

Бриттани закусила губу и уставилась в пол. Вспомнила яркое африканское солнце, смятые шелковые простыни в лучшем номере лучшей гостиницы города, высокого статного старика с мощной волосатой грудью и фигурой тридцатилетнего мужчины… Его насмешливый голос: «В любовницы я тебя не возьму — это дело хлопотное, семья будет против, да и ты, скажем прямо, технична, но не зажигательна. Это не твое, поверь мне… Я хочу предложить тебе пост главного редактора в одном моем издательском доме… Хватка у тебя есть, принципов — ноль, ты цинична, хорошо соображаешь и выросла в провинции. Из таких, как раз и получаются акулы… Если все пойдет гладко, через пару месяцев войдешь в совет директоров. Не думаю, что я в тебе ошибся, так что… Удачи».

Она медленно кивнула:

— Да нет, все правильно. Просто сегодня… я не в форме.

Моника вздохнула.

— Я не имею права давать тебе советы, но… Брит, может, это нечто вроде знака свыше? Ну, насчет того, что пора бы остановиться, передохнуть, взглянуть на свою жизнь и что-то в ней изменить?

Бриттани Кларк подняла голову и посмотрела на свою помощницу спокойным и странным взглядом. Еще вчера на такое предложение она ответила бы резко и холодно, но сегодня… Сегодня с ее уст сорвались совершенно другие слова:

— Возможно, Моника. Все возможно. Ты даже не представляешь, до какой степени…