Только ты и я - Джил Мансел

Внизу, в гостиной, Макс открыл бутылку красного вина.

— Вот и закончился твой первый день у нас. — Они с Тилли чокнулись. — Пока еще ты не бросилась с воплями бежать в Лондон. Твое здоровье. Значит, не так уж невыносимо?

— Да я почти ничего не делала. Я чувствую себя обманщицей.

— О, это потому, что я еще не начал подгонять тебя кнутом. К концу недели тебя будет тошнить от одного моего вида. Вот, я составил список того, что мне нужно от тебя завтра. Я уеду в Оксфорд, но если возникнут проблемы, можешь мне позвонить.

Макс передал ей лист бумаги, на котором было написано:

«8:00. Отвезти Лу в школу.

Утро. Завезти каталоги с образцами обоев Дервину в Сайренсестер. Купить продукты, приготовить обед, выгулять Бетти, забрать шесть вставленных в рамки принтов из «Уэлш и К°» в Роксборо.

Забрать Лу и Неш из школы в 16:10».

— Все замечательно. — Тилли обнаружила, что ей трудно сосредоточиться: у нее из головы все не выходило то, что она узнала о Джеке, и ей ужасно хотелось задать тысячи вопросов. — Гм, а что тебе приготовить?

— Ой, да бог его знает. У меня голова идет кругом, когда я пытаюсь думать о еде. Зато теперь у нас есть ты, теперь это твоя работа. Но мы не очень разборчивые, так что не дергайся. Я вернусь к шести, — сказал Макс. — А послезавтра можешь поехать со мной — поможешь сделать кое-какие замеры для следующего заказа.

— Фантастика. — Тилли прикидывала, как скоро у нее появится возможность перевести разговор на Джека.

— Ничего фантастичного — это заказ Джека.

То, что надо!

— Между прочим, мы с Лу…

— Вот, я могу показать тебе детали, он оставил мне проспект. — Макс взял со стола папку. — К твоему сведению, Джек покупает дома, чтобы их сдавать. За многие годы у него собрался внушительный портфолио. Он покупает недвижимость на аукционах, ремонтирует, потом я превращаю ее в конфетку, а он сдает. Вот это, например, квартира на втором этаже викторианского дома в Челтнеме, окна гостиной выходят на юг, а…

— Лу рассказала мне, что его девушка умерла, — выпалила Тилли, не удержавшись. — За неделю до свадьбы. Лу сказала, что она утонула.

Макс помолчал, улыбнулся, сделал глоток вина и наконец повернулся к Тилли.

— Все верно. Эх, добро пожаловать в клуб. Вижу это по твоим глазам.

— Что? Не понимаю, что ты имеешь в виду. — Однако Тилли чувствовала, что краснеет, — ведь она все прекрасно понимала.

— Романтизм всего этого. Трагически овдовевший мужчина — только он не вдовец, потому что они не поженились. Сожалею. — Макс покачал головой и сухо добавил: — Джек мой лучший друг, и то, что случилось, было ужасно, но мне забавно видеть, какой эффект это производит на представительниц противоположного пола. Как будто он недостаточно красив, чтобы с ним можно было закрутить роман, недостаточно умен и успешен. Стоит женщинам услышать его историю, как они тут же теряют голову. И жаждут его еще сильнее. Теперь это произошло с тобой.

— Не произошло, — возразила Тилли, становясь пунцовой.

— Не морочь мне голову. — Макс с безнадежным видом произнес: — Знаешь, если Джек соблазнит тебя, а потом бросит и разобьет тебе сердце и ты в отчаянии поймешь, что больше не можешь жить здесь, уволишься и бросишь нас с Лу, клянусь: я лично сверну этому трагичному вдовцу шею, и плевать, что он мне друг.

Тилли все еще горела желанием узнать подробности; Луиза успела рассказать ей только самое основное, прежде чем ее сморил сон.

— Я уже говорила тебе, что не стану чьей-либо зарубкой.

— О, это было до того, как ты услышала историю.

Тилли охватило негодование.

— Я все равно не знаю всех подробностей.

— Ладно. Готова слушать? — Макс наполнил ее бокал и положил ноги на журнальный столик перед диваном. — Приготовь носовой платок, детка. Джек и Роуз были вместе три года. Она была великолепна, на три года младше его. Очаровательнейшее создание. Все ее любили. Они обручились в канун Рождества пять лет назад. Свадьбу назначили на следующий декабрь. Венчаться они собирались в одной деревушке в Пемброкшире, где выросла Роуз. Все было готово. Потом обнаружилось, что Роуз беременна, и это только прибавило радости. Они с нетерпением ждали, когда станут родителями. Роуз обожала кататься верхом, но Джек заставил ее бросить, чтобы она не навредила ребенку. В общем, за неделю до свадьбы Роуз поехала в Уэльс к своим родителям, чтобы закончить приготовления. Джек остался здесь подгребать дела. В воскресенье утром она пошла гулять с родительской собакой по берегу моря. День был ветреным, штормило. Собака погналась за чайкой и попала в прибой. Роуз практически выросла с этой собакой. Вся семья ее обожала. Короче, люди видели, как Роуз звала ее, а она не могла выбраться на берег. Тогда Роуз прыгнула в воду.

У Тилли пересохло во рту; тяжело слушать такую историю, когда знаешь конец.

— Знаешь, что было дальше? — продолжал Макс. — Она ведь спасла собаку. Одному Богу известно, как ей удалось доплыть до нее и подтащить к камням, чтобы она смогла выбраться на безопасное место. Только самой ей спастись не удалось. На нее обрушилась здоровенная волна, и ее ударило о дно, а потом течением уволокло в море. К тому моменту, когда до нее добрались спасатели, было поздно. Она умерла.

— Даже не знаю, что сказать. — Тилли покачала головой, тщетно пытаясь представить весь ужас случившегося. — Бедные родственники.

— Было тяжело, — согласился Макс, отпивая вина. — Родители были раздавлены горем. Они лишились дочери и внука — в общем-то своего будущего. Ну а Джек, естественно, во всем винил себя. Он твердо считал, что, если бы поехал в Пемброкшир, а не остался здесь, ничего бы не случилось. — Помолчав, он вздохнул. — По сути, он в чем-то прав. Вот так. Вместо свадьбы — похороны. Родственники Роуз были в отчаянии. Джек прошел через все хлопоты на автопилоте. А потом с головой погрузился в работу. Примерно через полгода он начал… снова появляться на людях. — Макс опять помолчал. — И с тех пор продолжает этим заниматься, да так, что превратился в легенду. Мы уже подумываем о том, чтобы обратиться в Книгу рекордов Гиннесса. Только ведь они пришлют какую-нибудь невинную девчушку, чтобы она зарегистрировала его рекорд, и всем известно, что будет дальше. Представь, открываешь книгу и читаешь: «Рекорд по соблазнению женщин принадлежит Джеку Лукасу, 33 года, из Роксборо, Котсуолд, который сказал, что позвонит мне, который пообещал, что мы с ним снова увидимся, но который оказался лживым мерзавцем и который думает, будто имеет право обращаться с нами, женщинами, как с мусором… Да кем он себя считает?!»