Последняя неделя августа - Лана Одарий

– Дядя Витя, не кричите, умоляю вас! Я никого кроме вас не люблю. Хотела, чтобы вы меня приревновали! Клянусь вам!

– Так было или нет, шлюха?

– Ничего у меня с ним не было! Я по глупости сказала, – девушка опустилась на колени и рыдала навзрыд, закрыв лицо руками.

– Может ты ещё и за меня замуж собралась? Хочешь чтобы я, известный в городе ресторатор, женился на такой убогой? На нищенке? Уродине?

– Нет… Я понимаю своё положение в вашем доме и ни на что не претендую.

– Марш в свой номер и не высовывайся оттуда! Нормальных людей лишний раз не пугай! Умойся, приведи себя в порядок. Вечером жду тебя. Уродины тоже в ласке нуждаются.

Оля в слезах побежала в свой номер, упала на кровать лицом в подушку и долго плакала.

***

– Ой не нравится мне этот поляк, сильно не нравится, – делился своими выводами капитан полиции Голобородько с сержантом Уткиным.

– Это вы про Владислава Желенского?

– Про него.

– Если он такая знаменитость, про него в интернете должно быть написано. Можно узнать, какую музыку он пишет.

– Ты что… Брось ерундой страдать… Слушать будешь что он написал? Не дает мне покоя мысль, почему он так быстро поднимался в номер?

– Так он же сам сказал, за презервативами. Ну прижгло мужику.

– Понимаешь, у них номера рядом. Проще тихо друг к другу в гости ходить. Как говорится, по-соседски.

– Это вы точно подметили, шеф.

– И нужно уточнить, кто выезжал из отеля в ту самую ночь. И с Марковым нужно пообщаться. Он сидел в баре и всех видел.

– И с барменом тоже.

Посовещавшись, капитан Голобородько с сержантом отправились на пляж. Они шли по асфальтированной дорожке. Впереди них в том же направлении двигался среднего роста сорокалетний мужчина с небольшой бородкой.

– На пляж? – обратился к мужчине капитан.

– Да.

– А вы Вячеслав Иванович Морозов из шестого номера, – посмотрел в своих записях капитан Голобородько.

– Совершенно верно.

– Давно на отдыхе?

– Да, уже послезавтра уезжаю. Работа зовёт.

– Кем работаете?

– Капитан, мы с вами прям как на допросе, – добродушно произнёс мужчина.

– Ну что вы, на допрос мы вызываем, протокол составляем. А сейчас у нас просто задушевная беседа.

– Ну хорошо, раз у нас задушевная беседа, я отвечу на ваш вопрос: я врач-психиатр. Работаю в психиатрической больнице.

– Так вам лишнее слово сказать страшно, сразу диагноз какой-нибудь поставите, – засмеялся капитан.

– Есть такое, – улыбнулся в ответ доктор. – Но вы не переживайте, я на отдыхе. Обойдёмся, как говорится, без диагнозов.

– Вы тоже в тот вечер были на танцах?

– Нет, упаси Господь! Я уже вышел из танцевального возраста. Точнее был, но недолго. Самый первый танец оттанцевал и ушёл.

– А где вы тогда были?

– Ну, если честно… Я был с дамой. Только это между нами.

– Дама кто, если не секрет?

– Вика… Точнее Виктория Осиповна Коновалова.

– У вас курортный роман?

– Нет… Мы давно знакомы. Ещё с института. В одной группе учились. Она много лет в браке. Вышла в своё время замуж мне назло за человека намного старше. Подружка наболтала, что меня в обнимку с девушкой видела. А сейчас у её мужа рак простаты с метастазами в кости таза. Жить ему осталось недолго. Пусть уже умрёт в семье.

– Удивительными бывают судьбы.

– Честно говоря ничего удивительного не вижу. Всего лишь одно неправильно сказанное слово разрушило судьбы двух людей. А вы знаете, мне очень жалко Алису. Видно хорошая была девушка, красивая, жизнерадостная. Плавала хорошо. Я на пляже недалеко от неё лежал. Смотрю, пошла с мужчиной плавать. Так уверенно, как будто плаваньем занималась. Странно что она утонула.

– А с каким мужчиной она была?

– Он с племянницей отдыхает. Виктор. Мне ещё показалось, он от племянницы скрывает свои отношения с Алисой.

– Почему?

– Ну мало ли… Я обратил внимание, что Ольга часто бросает на дядю такие нежные взгляды. И когда они первый раз пошли плавать, Ольга очень ревностно смотрела, прямо не отрывала от них взгляда. Потом когда племянница ушла в номер, Алиса с Виктором очень долго плавали. Когда вернулись на берег мне сразу стало ясно, что они любовники.

– Как вы это поняли?

– Уж очень нежно он солнцезащитный крем на Алису наносил. А потом, когда они возвращались в отель, я шёл сзади и видел как они целовались. Они договаривались, что Виктор к ней придёт вечером в номер.

– Но странно, почему они от племянницы скрывают свои отношения. Ольга же не может вступить в брак с собственным дядей. Они родственники.

– А вы знаете, в истории существует очень много примеров, когда двоюродные и троюродные братья женились на сёстрах. Князь Потёмкин развлекался со своими племянницами. А испанские короли на них даже женились.

– А вы знаете, в этом что-то есть.

– Кстати, чуть не забыл вам сказать. Я вчера успел потанцевать с Алисой. Она сама меня пригласила. Пока мы с ней танцевали, я пытался увидеть Виктора, она же вполне могла его пригласить. Но, кажется, он отсутствовал. А чтобы у меня с Викой никаких недоразумений из-за Алисы не было, мы сразу после танца ушли в номер.

На пляже капитан Голобородько подошёл к группе водолазов.

– Приветствую, есть что-нибудь?

– Тела нет. Один кроссовок нашли. Видимо с ноги слетел. А может и не её вовсе.

– Чёрт… Не могло же тело унести в море.

– Вы правы. Здесь такая волна… Давно бы к берегу прибило. Может она инсценировала самоубийство?

– Не знаю. Пошли в отель, сержант. И к охраннику подойдём заодно.

Полицейские медленным темпом отправились в сторону отеля.

– Что вы думаете обо всём, шеф?

– Я думаю вот что. У Ольги был мотив убить Алису. Виктор очень даже привлекательный для женского пола мужчина. Если она влюблена в своего дядю, то не удивительно, что убрала соперницу.

– А может она и не толкала её с этой чёртовой горы? Убила где-нибудь в другом месте, тело закопала, а чтобы запутать следствие, скинула свою шаль и сотовый.

– Умно… Но у Ольги есть алиби. Она с поляком была. Ой не нравится мне он… Уж слишком хорошо по-русски разговаривает. Может шпион какой?

– Может… Какие-нибудь пробы почвы делал на горе, а тут Алиса. Он её как свидетеля и столкнул.

– Слушай, что на той горе искать?

– Полезные ископаемые… Нефть… Золото… Алмазы.

– Да ну тебя, – в сердцах бросил капитан, – уводишь следствие в тупик. Там кроме птичьих фекалий никаких других ископаемых быть не может.

Они подошли к воротам. На КПП сидел охранник