Отчим 2: с нуля - Ада Цинова

— Как бы я хотел сейчас снять с тебя трусики, — читал он, брызжа слюной. — А я уже без них, что будешь делать дальше? Ебать! Ебать нахуй!

— Да успокойся, я тупо поприкалывалась!

— … я бы встала на колени и провела бы языком от головки к основанию члена, потом снизу вверх. Захватила бы головку губами и ласкала бы языком долго-долго, а затем касалась бы язычком уретры. Еще раз и еще.

Яна только прыскала от смеха, пока Лешу трясло.

— Скинь фотки, где ты без белья, милая. Фотки нахуй⁈

— Да не мои там фотки, сам посмотри! Тупо левых баб похожих нашла! Такие ебланы всегда проверяют в поисковике, надо фотки брать не из общих ресурсов. На маркетплейсах находишь эротическое белье, в комментах столько фоток шлюшьих, что ебануться можно! Телки же тупые, ебать, считают, что только бабы посмотрят! Схема заебись! Он пока на этих телок дрочил, я ему сиськи и пизду скачала из гугла. Когда с хуем надроченным сидишь, уже хуй будешь проверять, чьи там сиськи!

— Блять! Нахуя я вообще эту хуйню слушаю? — листал Леша переписку. — Раком, сверху, буду стоять на коленях, кончи мне в ротик. Ебать! Ебать нахуй! Ты ебанулась⁈ Ты в конец ебанулась⁈

— Я че, блять, дрочила там сидела, думаешь? Мне поебать на этого лоха ебаного, фотки чужие…

— А сообщения, блять⁈ Чьи сообщения⁈

— Мои, так я же просто написала. Я не ебалась с ним и не сосала! Это блядские буквы! Ну сделала пересказ стандартной порнушки, дядька подрочил, заплатил. Все довольны нахуй!

— Спасибо, котик, ты такой милый. Как жаль, что не могу поцеловать тебя. Серьезно, блять? Котик ебучий? Ты, сука, мне хоть раз так сказала⁈ Котик нахуй!

— А ты мне косарь баксов за красивые глазки дал? — скривила губы Яна.

— Сколько? — подавился Леша.

— Косарь ебучих баксов! Я заработала больше, чем ты за два месяца!

— Шлюха ебаная!

Когда Леша схватил нож, Яна даже не успела испугаться. К счастью, он предназначался не ей, а ее телефону. Леша протыкал экран ее айфончика раз за разом, пока не полетели куски стекла и корпуса. Досада Яны щекотала в горле, ей хотелось разреветься, но она держалась.

— Ты что творишь⁈ Что, блять, творишь⁈

— Теперь негде будет котику ебливому любовные письма строчить!

— Ебнутый дебил!

— Блядь тупая! Еще раз попробуй, сука, такое вытворить, я тебе пальцы твои ебучие этим ножом отхуячу!

— Ебанулся⁈ Угрожаешь мне насилием⁈ Пиздец ебнутый! Иди нахуй! Я не сделала ничего такого, чтобы ты на меня орал и портил мое имущество! Гандила! Ненавижу! Я что себе шмоток купила⁈ Я купила всем пожрать и вещи ребенку! Не охуенно я себя чувствовала, когда писала какому-то старому извращенцу! Я, блять, сделала это, чтобы было что жрать!

— Жрать⁈ Ну нажрешься, я тебе такую жратву устрою нахуй!

Оставив нож рядом с трупом айфона, Леша схватил пакеты и стал распихивать по ним еду из холодильника.

— Нахуй на свалку сейчас все увезу!

— Что, блять⁈

— То блять! Мы не будем жрать на бабло какого-то ебаного хуя!

— Положи на место! Оставь! Жрать вообще нечего! Это для Марка и это! Что я ему дам завтра⁈ А мы что будем жрать⁈ Не трогай!

Яна всхлипнула, слезы потекли по щекам, она давилась рыданиями. Яна чувствовала, как ее растаптывали, и делал это самый близкий человек. Пачка лучших авокадо сработала, как детонатор. Яне стало так сильно жаль авокадо, что она бросилась на Лешу с ногтями. Она расцарапывала его руки и шею. Он же швырнул ее так, что Яна полетела на стол. Все тарелки с мясом и салатом оказались на полу, сама Яна чудом устояла. Она продолжала реветь, ухватившись за локоть с толстой царапиной.

— Оставь хоть что-нибудь, блять!

— Нихуя не оставлю!

Открыв окно, Леша стал вышвыривать еду прямо туда под усилившиеся всхлипы Яны.

— Значит голодать будем, да, блять⁈

— Лучше голодать, чем блядствовать!

— Нет, — обрубила Яна.

Пауза. Леша замер с пачкой шоколадных эклеров в руке и смотрел на Яну не моргая.

— Что за «нет» нахуй?

— Блядствовать лучше, чем голодать, — с особой экспрессией объявила она и улыбнулась Леше прямо в глаза.

— Да? Да, блять? Ну я тебе поблядствую! Сука, сама напросилась!

Эклеры все же улетели. Леша кинулся из комнаты. Предчувствуя неладное, Яна кинулась следом. Увидела она его в своей спальне. Леша схватил ее макбук и разламывал о колено. Хруст, раздирающий сердце.

— Ебанулся⁈ — завизжала Яна. — Ты ебанулся⁈ Оставишь меня вообще без связи с внешним миром⁈ У меня и так крышак едет к хуям, теперь вообще должна сдохнуть тут с ребенком без социализации⁈ Нахуй мне даже сериал ебучий посмотреть! Последние, сука, радости жизни и то расхуярил! Ты же хуй когда купишь мне телефон новый!

— Ах да, из развлечений у тебя теперь только виртуальная ебля с уебками! Да, блять, посидишь без своих блядских забав!

Леша топтал остатки ноутбука, а уничтожил последние капли самообладания Яны. Новый хруст, и она кинулась на него с кулаками, пытаясь ударить в лицо.

— Ненавижу! Как же я, сука, тебя ненавижу! Жалкий уебок! Это все, на что жопы хватило⁈ Разъебашить мои вещи⁈

— А что, блядина, надо было тебе въебать⁈ — отпихивал Яну Леша.

— Ну въеби! Дохуя сильный, да, блять⁈ Мужиком, блять, себя почувствовал⁈ Уебок, думаешь мужиком становишься, когда бабе ебало подправишь⁈ А может когда твоя семья нахуй не голодает⁈ Что ты, блять, сделал? Что ты сегодня сделал⁈ Разъебашил все мои усилия хоть как-то вылезти из беспросветного дерьма! Выбросил еду, разломал вещи! Что ты нахуй полезного сделал⁈

— Ты зато дохуя сделала!

— Побольше твоего!

— Завали ебало! Реально гордишься тем, что словесно поебалась с каким-то уебаном⁈ — встряхнул Яну за плечи Леша.

— Вирт не секс! Ни с кем я не ебалась!

— Он сидел, блять, и наяривал! Смотрел на фотку с твоим ебалом и представлял, как ты ему отсасываешь! Это же полный пиздец!

— Да похуй! Он кинул дохуя бабла!

— Ты, блять, себя слышишь⁈ Говоришь, как шлюха ебаная! Вообще похуй, что делать за бабло⁈

Руки Яны были заломлены за спиной, она продолжала выкручиваться. Она даже пыталась пробить головой в лицо Леши, но он только сильнее ограничивал ее движения. Запястья ныли, в расцарапанный локоть пекло. Раз она не могла нанести ответную боль, решила ущипнуть словами:

— Уже да. Похуй.

— Тупая блядь!

В приступе ярости Леша так встряхнул Яну, что у нее потемнело в глазах. Толчок в плечи, и она почувствовала, как против своей воли летит назад. Реакция оказалась недостаточно быстрой — Яна оступилась и