Дом горячих сердец - Оливия Вильденштейн

Двое грузных мужчин с чёрными полосами на лицах и небольшим пером, вытатуированным на щеках, превращаются в птиц.

— Фэл.

Маттиа и Рикио приподнимают два пальца к своим лбам, салютуя мне, после чего забираются на своих пернатых скакунов. Поднявшись в воздух, Маттиа широко улыбается, а на щеках Риккио проступает румянец.

Сиб и Джиа садятся на спины сестёр-оборотней.

Сиб несколько раз переводит взгляд с меня на люк.

— Мне лучше остаться.

Я качаю головой.

— Я обещаю, что буду вести себя хорошо.

— И что будешь носить нормальную одежду?

Она кивает на мой наряд.

— Когда она вернётся из стирки.

— Я имела в виду…

Ворон-Имоген — или это Ифа? — взмахивает крыльями, прервав речь моей подруги и заставив её затаить дыхание, но лишь на мгновение.

— Я имела в виду одежду из твоего шкафа! Люблю тебя, Фэл! — кричит Сиб прямо перед тем, как исчезнуть в отверстии люка.

Антони осмеливается подойти ко мне. Я решаю, что он собирается меня обнять, но, бросив взгляд мне за спину — видимо, на Лоркана — он останавливается. Неужели таким будет моё будущее? Ни один мужчина не сможет теперь меня обнять? Ну, кроме Фибуса.

Антони протягивает мне руку. Поскольку мы с ним никогда не пожимали друг другу руки, я смотрю на неё слишком долго. Наконец, я протягиваю руку и беру его ладонь, которая кажется очень сухой, словно…

О…

Мои глаза округляются, когда я понимаю, что я касаюсь не его кожи.

— Скоро увидимся, Фэл.

И хотя он даже не моргает, я считываю его предостережение о том, что мне стоит молчать о записке, которую он мне только что передал.

Я высвобождаю ладонь из руки Антони и сжимаю её в кулак. Завитки дыма Лоркана закручиваются вокруг моей шеи и ключиц.

«Не трогай меня».

Свободной рукой я отмахиваюсь от паутины его магии, но готова поклясться, что всё ещё чувствую её прикосновение к своей коже.

«Мои руки при мне, Behach Éan».

Я поворачиваюсь и сердито смотрю на него.

«Никакой частью своего тела».

«Тогда не трогай других мужчин».

Несмотря на то, что я хочу разорвать эту мысленную связь как можно скорее, мои зубы и губы так плотно сжаты, что я не в силах вымолвить ни слова.

«Кого я трогаю — тебя не касается. К тому же это было рукопожатие. Вряд ли это стоило того, чтобы распушать перья».

Золотые глаза Лора осматривают Антони с ног до головы, но его внимание приковано к моей спине, что заставляет меня распрямить плечи.

— Твоё золото и поместье ждут тебя, Греко.

— Поместье? — восклицаю я.

— В Тарекуори.

Антони бросает долгий взгляд на короля, которого он помог воскресить.

Интересно, жалеет ли он об этом?

«Вероятно, да, но я сомневаюсь, что он жалеет о своём новообретенном богатстве».

Когда Антони забирается на гигантскую птицу, Лоркан говорит:

— Имоген будет у тебя дома завтра вечером, чтобы обсудить твой визит в Ракс. Я так же наказал ей свести тебя с Вансом.

— Кто такой Ванс?

— Негласный лидер ракоккинцев, — объясняет Лоркан, а ворон тем временем поднимает Антони в воздух.

— Счастливо добраться, Антони! — кричу я, когда ещё один мой друг улетает прочь.

Как только движение в воздухе прекращается, и я оказываюсь наедине с Лорканом, Кианом и Бронвен, я прохожусь взглядом по их лицам.

— Что конкретно вы запланировали?

— Союз, — говорит Лоркан.

— Вы решили заключить союз с людьми? — спрашиваю я.

— Им не помешал бы друг в этом мире фейри, не находишь? — голос Киана не такой низкий, как у моего отца, но он точно так же гремит и грохочет.

Прежде, чем я успеваю ответить на его вопрос, который, конечно, был риторическим, Бронвен испускает резкий вздох.

— Что такое, ah’khar? — Киан разворачивается в её сторону.

— Пьер Рой направляется сюда.

ГЛАВА 7

— Пьер Рой, король Неббы? — спрашиваю я Бронвен, веки которой широко раскрыты.

— Или палач Неббы. У этого мужчины много имён.

Лор придвигается так близко, что тепло его кожи и мрачное настроение передаются моему телу.

Я смотрю на резкие очертания его лица, которые кажутся ещё резче из-за чёрных полос, которые его украшают.

— Это уже становится тенденцией среди королей.

Лор улыбается, хотя в этой маленькой шутке нет ничего смешного, а после спрашивает у Бронвен:

— Он едет за своей дочерью?

— Нет.

Капельки пота покрывают светло-коричневые и розоватые пятна на лице Бронвен.

— Он едет на свадьбу своей дочери.

Губы Лора вытягиваются в линию.

— Поправь меня, если я не прав, Бронвен, но я отчетливо помню, как оторвал голову её жениху.

Желчь подступает к моему горлу, потому что я тоже это помню.

— Эпонина выйдет за Данте.

Мои пальцы разжимаются, и маленькая записка, которую передал мне Антони, падает на пол.

— Данте?

Белые глаза Бронвен сияют, как две луны.

— Да.

Мой пульс ускоряется… пошатывается… спотыкается.

Данте женится на Эпонине?

Несмотря на то, что моя любовь к королю фейри прошла, мысль о том, что он женится на женщине, которая должна была стать его снохой, кажется мне нелепой.

— Подозреваю, что Король Глэйса, Владимир, не будет слишком рад этому развитию событий.

Комментарий Лора возвращает меня обратно в глубокий каменный колодец, куда проникает солнечный свет, но не его тепло.

— Учитывая послужной список Бронвен с её предсказаниями, — бормочу я, — этого может и не случиться.

Несмотря на то, что Бронвен слепая, она поворачивает ко мне свое лицо.

— Все мои предсказания сбылись, девочка.

— Но вот же я стою перед вами — без короны и без страны.

Бронвен открывает свой уродливый рот — видимо для того, чтобы меня осадить — но вместо этого её резкий вздох сотрясает воздух.

— Ah’khar?

Киан обхватывает её лицо руками, напоминающими лапы.

— Они всё видели.

Она проводит кончиками пальцев по лбу, коснувшись мелких тёмных волос, которые начинают отрастать на её побритой голове.

Её слова заставляют меня вспомнить о том, что случайно рассказал мне Лоркан во время нашего путешествия. Он рассказал мне, что Бронвен заключила сделку с шаббианцами: они используют её глаза в обмен на её способность видеть будущее.

Мысль о том, что какой-нибудь житель розового острова может следить сейчас за нами, заставляет всё моё тело покрыться мурашками.

— А вы знаете, кто наблюдал за нами? — спрашиваю я.

Она устремляет взгляд на Киана, и, хотя я могу ошибаться, но мне кажется, что они разговаривают без слов. После почти целой минуты, она отвечает:

— Нет.

Мне это только кажется, или она действительно слишком долго молчала?

Киан проводит