Хрупкая осень - Юрий Горюнов

– Степ, у меня плановых операций, как и внеплановых, хватает.

– Андрей, лучше если ты. Найди время.

Андрей задумался. Сегодня у него была операций, но он мог успеть: – Ладно, готовьте ее часам к семи, я приеду.

– Вот спасибо. Операция платная.

– Не это главное сейчас. Это ты решишь все без меня, не первый год работаем вместе. Устал я что-то.

– Да, я не хотел говорить, но вид у тебя уставший. Отдохнуть бы тебе. Наверное, давно не был в отпуске?

– Давно.

– А как дела в личной жизни?

– А что такое личная жизнь?

– Это, что вне работы, Андрюша, – назидательно произнес Степан. – Это когда не только ты для других, но и другие для тебя. Ты так все и один?

– С котом.

– Другого ответа и не ждал. А пора бы уже подумать. Лет пять прошло после развода?

– Пять.

– Ну, вот. Пора.

– Да все некогда, и кандидатуры нет.

– Кандидатура найдется, было бы желание.

– Желание чего?

– Желание всего.

– Вот всего не получается пока. Ладно, пора мне. Готовьте, – и, не прощаясь, вышел.

У себя в клинике он навестил пациентов. Провел плановую операцию. Закрепленных больных за ним не было, уровень уже другой. За время, после развода, он защитил кандидатскую диссертацию. Уже читал лекции в медицинском институте. Для студентов, попасть к Шухову на практику считалось удачей. Он не скрывал своих знаний и умения, рассказывал все, что и как надо делать. Брал студентов на операции. Но в его профессии нужны были не только знания, а еще и руки, а это инструмент индивидуальный, как и чутье врача. Его руки считались легкими.

– Андрей Семенович, – обратилась к нему его помощница медсестра Таня, – так вы когда в отпуск?

– Ну, что ты ко мне пристала? Некогда.

– И что!? Пожалуюсь руководству.

– Ничего. Жалуйся. Ябеда. Давай через месяц вернемся к разговору. А ты подумай, куда мне ехать? Раз взялась обо мне заботиться, то заботься и в этом направлении. Завтра у меня лекция и я буду к обеду.

Домой в тот день Андрей вернулся поздно; операцию начали в семь, и длилась она до одиннадцати. Кот встретил его молчаливым укором.

– Не смотри на меня так. Я же звонил, чтобы тебя покормили. Пошли спать.

Когда он лег, кот разместился у него в ногах.

Так пролетали дни, Андрей жил своей привычной жизнью. Выходные провел с дочерью, как и обещал, сводил ее в клинику. Настя, видя, как относятся к отцу больные и сотрудники, с гордостью сообщила матери:

– Мама, папу на работе так любят.

– Это хорошо. И как можно его не любить, если он всегда с ними.

Андрей посмотрел на Веру с укором, но промолчал.

Еще одна рабочая неделя подходила к концу, похожая на предыдущую, но с той разницей, что муж, Нины Викторовны, приезжал благодарить за удачную операцию. Он был крупным бизнесменом и вхож был во многие кабинеты. Андрей от материальной благодарности отказался:

– Спасибо, но не надо. Я делал свою работу, как вы делаете свою.

– Я навел о вас справки, и думаю, не ошибусь, что если бы не вы, то не известно, как прошла бы операция.

– Вы преувеличиваете. У нас много хороших врачей.

– Верно, но Шухов один.

– Пусть так, но вы не правы.

– Если будут сложности, обращайтесь, помогу, – и он протянул визитку.

Также состоялся разговор с Таней по поводу отпуска.

– Я подумала, – сообщила она Андрею, – санаторий не ваш профиль, там одни пенсионеры, разные базы, дома отдыха тоже не для вас. Вы не любите суету и множество людей. У меня есть родственник и у него в Подмосковье есть охотничьи угодья. Несколько домиков. Хозяйство расположено в лесу, рядом озеро. Тихо. Все удобства для жизни, есть телефон и интернет. Я уже с ним поговорила, он выделит вам лучший номер.

– Уговорила, но недели через две, надо выполнить свои планы.

В пятницу у Андрея было какое-то вдохновение. Он сам не знал почему. Сегодня в нем жило ожидание чего-то нового, не известного, словно он стоял перед дверью, которую необходимо открыть, даже не зная, что за ней, но чувствуя, что там только хорошее. Погода способствовала этому; стояло бабье лето. Дни были еще теплыми и солнечными. После обеда раздался телефонный звонок. Сняв трубку, он услышал голос медсестры с регистратуры:

– Андрей Семенович, вас спрашивает женщина, назвалась Светланой, сказала, что ваша знакомая. Соединять или вас нет?

Андрей вспомнил Светлану и тот вечер. За работой, тот вечер остался где-то в глубокой памяти, а вот звонок вынул его оттуда. «Что ей надо?» – подумал он, но вслух сказал:

– Соедините…Слушаю.

– Андрей, это Светлана, помнишь?

– Помню.

– Ты мне так и не позвонил, вот звоню сама.

– Зачем?

– Хочу предложить встретиться.

Андрей не ожидал такого предложения: – Извини, это глупо звучит, но я повторю вопрос. Зачем? Мне показалось, что ты не нуждаешься в моем обществе в дальнейшем.

– А телефон я тебе, зачем дала?

– Разумно.

– Но не разумно с твоей стороны.

Светлана, когда решила позвонить, еще сама не знала, что скажет, но услышав его голос, решила что надо быть откровенной.

– Я бы хотела встретиться, чтобы разобраться в себе и понять свое отношение к тебе.

Андрей, не мог даже фантазировать на подобную тему, что услышит такое.

– Достаточно откровенно. На такое я не могу, даже не имею права ответить отказом. Попробуем разобраться. Где и когда?

– Вот. Это правильно. Завтра в семь ты сможешь заехать за мной? Помнишь, где живу?

– Помню.

– Тогда до завтра.

Повесив трубку, Андрей задумался и улыбнулся. Такого он представить себе не мог. Он вспомнил ее красивое лицо, фигуру.

«Завтра, так завтра. Встретимся, узнаю, что она имела в виду и что у нее за планы».

До конца рабочего дня он не раз в мыслях возвращался к телефонному разговору. Ему был приятен ее звонок и этого он от себя не скрывал.

Таня заметила радостное, воодушевленное выражение лица шефа, но спрашивать о причине не стала, вежливо промолчав, но некая мысль у нее появилась, когда узнала о звонке ему женщины.

6

Андрей ехал к Светлане с двояким чувством. С одной стороны ему было интересно, как будет проходить встреча, да и симпатична она ему была, а с другой он спрашивал себя. Зачем ему это надо? Его устраивало пока, как он жил. Но меленькая гаденькая мыслишка свербила, что он просто выстраивал защиту от этой женщины, пытаясь загнать поглубже в себя свой интерес. Он не отрицал, что: во-первых она была красивой женщиной,