Возвращение в Чарлстон - Александра Риплей

В девять утра мисс Трейджер обнаружила ее по-прежнему сидящей в кресле у радиоприемника. Гарден велела принести кофе, потом завтрак. После завтрака мисс Трейджер закричала, стараясь перекричать шум в наушниках:

– Миссис Харрис! Теперь много часов не будет никаких известий! Миссис Харрис, вам надо отдохнуть!

Гарден сняла наушники, потерла болевшие уши.

– Вы правы, мисс Трейджер. Иначе я не смогу слушать, когда придет время. – Она потянулась, потерла затылок. – У меня все тело затекло. Пойду прогуляюсь.

Когда она ушла, мисс Трейджер села писать свой еженедельный отчет Вики.

«Миссис Харрис продолжает проводить время в одиночестве. Она каждый вечер читает, а днем много гуляет пешком. На этой неделе она опять не ходила к парикмахеру».

Мисс Трейджер сознательно не упоминала о происходящих в Гарден переменах. О том, что она стала петь, улыбаться, о том, как светятся ее глаза и какой легкой стала походка. Пусть принчипесса считает, что у девочки депрессия. Тогда она оставит ее в покое. Да, мисс Трейджер получает деньги от Вики и обязана выполнять ее распоряжения, но она не обязана помогать ей.

Всю дорогу до реки Гарден шла пешком. У каждого газетного киоска, на каждом углу стояли группки людей, взволнованно обсуждавшие Линдберга, Линдберга, Линдберга. Она перешла на остров Сите и пошла к Нотр-Дам. В соборе множество людей молились за молодого американца. Гарден ненадолго присоединилась к ним. «Сколько лет я не была в церкви, – подумала она, – и только сейчас поняла, как мне этого не хватало». Неожиданно она почувствовала уверенность, что с Линдбергом все в порядке. И с ней тоже.

Она пообедала в тихом ресторанчике на острове Сен-Луи. Здесь тоже все говорили только о Линдберге. Расплатившись, Гарден подошла к стоявшему за стойкой бара хозяину ресторана.

– Месье, я американка, – сказала она. – Окажите мне честь, позвольте заплатить за вино для всех ваших посетителей. Я бы хотела предложить тост за капитана Линдберга.

– Ни в коем случае, мадам. Предложить тост за Линдберга – это честь для нас, французов. Позвольте мне предложить бокал вина вам, американке. – Он постучал по бокалу, чтобы привлечь внимание присутствующих, и провозгласил тост.

Мужчины и женщины встали, подняв бокалы, поклонились Гарден и выпили. Она поклонилась в ответ и приняла их приветствие на счет своей страны, потом предложила тост за сердца французов, их щедрость и великодушие. Она чувствовала себя необыкновенно гордой, счастливой и любящей все человечество.

– Коринна, наполните ванну и приготовьте мне надеть что-нибудь удобное. Туфли на низком каблуке. Я собираюсь на аэродром. Газеты предсказывают, что посадка состоится сегодня вечером, в половине восьмого.

Пока в ванну набиралась вода, Гарден позвонила Элен Лемуан. Да, сказала Элен, она с удовольствием побывала бы там, где свершается история. Гарден велела приготовить корзину с едой для пикника. Она больше не могла сидеть возле радиоприемника. Она должна быть там, где Линдберг завершит свой перелет.

– Мы приедем слишком рано, – сказала Элен. – Но это и хорошо. Сможем найти удобное место, пока не собралась слишком большая толпа. А уж толпа будет обязательно.

Толпа была, уже когда они приехали. Вокруг стояли полицейские и солдаты, удерживавшие людей за металлическими заграждениями. Полиция открыла ворота для большой машины и пропустила их на летное поле.

– Как повезло, – сказала Гарден. – Интересно, с чего это они вдруг?

Лаборд повернул голову. Он широко улыбался.

– Я взял на себя смелость, мадам, и прикрепил на капот американский флаг.

Гарден и Элен издали восторженный вопль.

– Они принимают нас за представителей посольства, – сказала Гарден. – Я напишу послу благодарственное письмо.

В семь прибыли настоящие представители посольства. Их машины поставили рядом с машиной Гарден. Она подняла в знак приветствия бокал вина. В половине седьмого Лаборд поставил стол и стулья для пикника. Они хотели поесть, пока не приземлился Линдберг.

– Вот это да, – услышала Гарден из посольской машины, – да в этой толпе не меньше пятидесяти тысяч человек.

Она перевела эти слова Элен и Лаборду. Он, по настоянию Гарден, ел вместе с ними.

– В конце концов, – сказала она, – вы же мозг нашей делегации, Лаборд. – Ей очень нравилось, что другие американцы с любопытством поглядывали на ее компанию. Она чувствовала себя умной, озорной и радостно-оживленной.

Сцена была впечатляющая. Справа и слева темнеющее небо разрезали огромные столбы света. Вверх взлетали красные, зеленые и белые ракеты, падая вниз дождем разноцветных звезд. Взволнованный гул толпы отчетливо доносился через сто ярдов, отделявших машины от ограды. Было уже семь тридцать.

На летном поле показались три лимузина с развевающимся трехцветным флагом. Прибыла французская делегация. Но Линдберга все не было. Лаборд подошел к ближайшей французской машине и поговорил с шофером. Он вернулся, покачивая головой.

– Нужно подождать. «Дух Сент-Луиса» около часа назад видели над Ирландией. Он не прибудет раньше девяти.

– Придется отпраздновать заранее, – сказала Гарден. – У нас осталось только шампанское. Самое главное, он пересек океан. Все будет в порядке.

Через час они сели в машину. Стемнело. Вспыхнули огромные световые арки – одна, две, три, и море огня заполыхало вокруг летного поля, стало светло, как днем.

– Он летит! – закричала Гарден. Она выскочила из машины и стала смотреть в небо. Звезд не было видно, их затмили огни вокруг летного поля.

Потом звезды вдруг вновь зажглись. Только прожектора продолжали медленно описывать круги в ночном небе. На поле стало темно.

– Что это? – спросила Гарден. Она бросилась к ближайшему автомобилю, умоляя объяснить, что случилось.

– Не знаю, мадам, – ответил сидящий в машине американец. – Может быть, проверяли иллюминацию.

– Сколько сейчас времени?

– Четверть десятого.

Гарден, не забыв поблагодарить, медленно побрела назад к своей машине. Она не хотела верить, что Ла-Манш сделал то, чего не смог сделать Атлантический океан.

Элен похлопала ее по руке:

– Дорогая Гарден, даже в самые отчаянные моменты надо смотреть в лицо фактам. Это единственное, что никогда не подведет. Какие факты мы имеем? Отважный капитан благополучно пересек океан. У него достаточно горючего. Он опытный пилот. Он опаздывает. Это все, что нам известно.

– Но уже темно, а у него нет навигационных приборов, ведь предполагалось, что он прилетит днем.

– Ночью есть звезды. Люди ориентировались по звездам задолго до того, как изобрели приборы. Факты, Гарден, факты!

Они посидели молча. Изредка взлетала и рассыпалась огнями сигнальная ракета. Лаборд накрыл колени Элен пледом, становилось холодно.