Женщины могут все - Нора Робертс

— Мне еще никогда не делали массаж.

— Ах, вот как? Тебе понравится.

Пилар, смотревшая в сад, рассеянно провела рукой по волосам Мадди, а потом обняла за плечи. Этот простой жест вызвал в девочке ощущение незнакомого тепла. Она тихо вздохнула.

— Что-нибудь не так?

— Нет. — Мадди протянула Пилар бокал. — Все так. Просто я предвкушаю… все на свете.

— Вы блефуете. — Дэвид вынул изо рта сигару и испытующе посмотрел в глаза Эли.

— Ты так думаешь? Ставь деньги, сынок, а там посмотрим.

— Не дрейфь, отец. — Тео тоже держал в зубах сигару — правда, незажженную — и чувствовал себя мужчиной. — Кто не рискует, тот шампанское не пьет.

Дэвид бросил в горшок несколько фишек.

— Ладно, принимаю. Показывайте.

— Три маленькие двоечки… — начал Эли и увидел, что у Дэвида блеснули глаза, — …стоят и смотрят на двух прелестных дам.

— Вот сукин сын!

— Сынок, шотландцы никогда не блефуют, если дело касается денег. — Эли с довольным видом забрал его фишки.

— Этот тип за многие годы столько раз снимал с меня скальп, что теперь я надеваю шлем, когда сажусь играть с ним в карты. — Джеймс поднес к губам бокал. — Ты еще научишься.

Линк поднял голову, услышав стук в дверь.

— Кто-то заказал стриптиз, верно? Ребята, я знал, что вы не дадите мне скучать.

— Это принесли пиццу. — Тео вскочил с места.

— Как пиццу? Тео, неужели ты хочешь еще?

— Конечно, хочу, — не оборачиваясь, бросил тот. — Тай сказал, что можно.

— Я сказал, что он может заказать пиццу для меня. Я не успел и глазом моргнуть, как от прежней не осталось ни кусочка.

Линк бросил на Тайлера скорбный взгляд.

— А ты не мог договориться, чтобы пиццу доставила стриптизерша?

— Невозможно. Профсоюз возражает.

— Жаль… Ну что ж, надеюсь по крайней мере пицца будет с перцем.

— О господи… Софи, идея была просто замечательная.

— Спасибо, тетя Элен. — Они лежали в соседних шезлонгах. Лица женщин покрывала очищающая маска из толстого слоя зелени. — Я хотела, чтобы мама расслабилась и почувствовала себя настоящей женщиной.

— Так оно и будет. Посмотри-ка, Тереза и Мадди о чем-то спорят, пока им делают педикюр.

— Угу… — задумчиво кивнула София. — Они спорят из-за названия косметического крема, которого еще нет в природе. Не знаю, что больше вдохновляет Nonna — то ли эта концепция, то ли сама Мадди, но она в последние дни просто воспряла духом.

— Рада слышать. После нашего последнего разговора я тревожилась за нее и за всех вас. Попытка Рене сделать из Тони героя, а из тебя злодейку довела меня до белого каления.

София инстинктивно напряглась, но заставила себя успокоиться.

— Это было глупо. За спиной Рене стоит Деморне. Он совершил свою первую оплошность. Ему явно изменяет выдержка.

— Может быть. Но это причинило вам новые огорчения. — Она подняла руку. — Все, молчу. Сегодняшний вечер не годится для подобных разговоров. Мы отдыхаем. Где Пилар?

«Не думай об этом, — велела себе София. — Думай о чем-нибудь простом».

— В комнате Б, иначе называемой нижней гостевой ванной. Полный уход за телом. Для этого рядом нужен душ.

— Потрясающе. Я следующая.

— Шампанского?

— Мария… — София приподнялась и села. — Ты здесь не для того, чтобы разносить напитки. Ты гостья.

— Мой маникюр сохнет. — Мария вытянула руку и полюбовалась своими ногтями. — Потом будет педикюр. Тогда идите за шампанским сами. И принесите мне.

— Вот это другое дело.

Мария подняла глаза и увидела, что к ним идет довольная, разнежившаяся Пилар.

— Сегодня вы сделали свою маму счастливой. Теперь все будет в порядке.

— Ты умеешь доставить женщине удовольствие. Джерри погладил зад Рене, обтянутый черными слаксами.

— Ты еще ничего не видела. Эта ночь запомнится надолго. Всем.

Они шли через виноградник. Машину они оставили далеко, и мешок, который нес Джерри, с каждым шагом казался тяжелее. И все же в работе, которую он раньше сам не делал, было нечто щекочущее нервы. Теперь он испытывал не злорадное удовольствие, как прежде, а самое настоящее возбуждение.

Если что-нибудь пойдет не так, он просто принесет в жертву Рене. Но он был уверен, что все пойдет как надо.

Он знал здесь каждую пядь. Рассказы Дона и Крис, а также собственные наблюдения помогли ему изучить здешнюю систему сигнализации и успешно избегать датчиков. Требовались только терпение и осторожность. И, конечно, страстное желание добиться цели.

К концу ночи от Джамбелли останутся одни развалины. Так или иначе.

— Держись ближе, — сказал он Рене.

— Я и так не отхожу ни на шаг. Не хочу портить удовольствие, но мне недостает твоей уверенности в том, что эта штука сработает.

— Передумывать поздно. Я знаю, что делаю. Едва загорится винодельня, они выскочат наружу, как муравьи.

— Я не возражала бы, если бы ты заодно дотла спалил и этот траханый виноградник. — На самом деле эта картина приводила ее в восторг. — Я только не хочу, чтобы меня поймали.

— Если сделаешь то, что тебе говорят, не поймают. Как только они вылезут тушить пожар, мы войдем, оставим сверток в комнате Софии и выйдем. Сядем в машину и через пять минут поедем назад. Из автомата сделаем анонимный звонок копам, вернемся к тебе и откупорим бутылку шампанского еще до того, как рассеется дым.

— Старуха откупится от копов. Она не позволит, чтобы ее драгоценную внучку посадили в тюрьму.

— Может быть. Пусть попробует. Это не главное. Они будут уничтожены. Рано или поздно наступает такой день, когда соломинка ломает спину верблюда. Разве ты не хочешь этого?

Зловещая нотка, прозвучавшая в голосе Джерри, заставила Рене поежиться. И все же она кивнула:

— Именно этого я и хочу.

Добравшись до винодельни, Джерри вынул ключи. Дон был достаточно хитер, чтобы выкрасть их, а сам Джерри достаточно умен, чтобы сделать дубликаты.

— Когда уйдем, выбросим ключи в залив. — Он сунул в скважину первый ключ. — Все равно они нам больше не пригодятся. Им понадобится много времени, чтобы объяснить, как в запертом помещении мог начаться пожар. — С этими словами Джерри открыл дверь.

Женщины сидели в шезлонгах, отдыхая после массажа, и любовались звездами. София взглянула на часы.

— Уже полночь. С днем свадьбы, мама. — Она привстала, прижалась щекой к руке Пилар.

— Что это? Похоже на… О боже! Винодельня! Винодельня горит! Мария, набери девять-один-один. Пожар на винодельне.