Red is my favourite colour - Солодкова

Он вглядывался в узорчатое от мороза окно, а затем неожиданно распахнул дверь и выбежал на улицу, что-то голося.

Мы все кинулись следом: у повозки в объятьях брата в воздухе парила Анна, визжа и отбрыкиваясь. Он поставил её на землю и рассматривал со всех сторон, точно проверяя, не откололся ли от неё по дороге кусочек.

Я, ещё пребывая в полусне, усердно потёрла глаза кулаками. Когда поняла, что всё это взаправду, вприпрыжку оказалась рядом с ними и стиснула Анну в таких же крепких объятьях. Она заливалась смехом от нашего с Себастьяном напора, а я была вне себя от счастья увидеть после долгой разлуки подругу.

Натти, Поппи, Гаррет и Оминис немного смутились, но так же тепло поприветствовали Анну, и она присоединилась к нашему завтраку.

— А Леандер ещё не приехал? — осматривала она дом, дожёвывая бутерброд. Я ошалелыми глазами вперилась в Натти в поисках ответа на её лице: слишком много сюрпризов в такой короткий срок.

— Мы сказали им не приезжать, понимаешь ли… — начала она, но запнулась. Я в растерянности завертела головой.

— Кому «им»?

— Ну… Леандеру и Саманте.

При упоминании последнего имени у меня, казалось, остановилось сердце. Я раздражённо завыла, взывая к совести всех присутствующих:

— Объясните, что здесь происходит!

— А ты что, не знаешь? — подошла ко мне Анна. — Саманта — невеста Леандера, и они должны были тоже приехать сюда на каникулы — Пруэтту не терпится рассказать всем об их помолвке. — Она цокнула и закатила глаза. Взяла из вазы яблоко и смачно его надкусила, прямо как её брат.

***

Разумеется, я не говорил Амелии об этом, зачем вообще говорить с ней о Саманте? Но кто додумался пригласить их сюда? Неужели сестра?!

Амелия встала с дивана, откидывая прочь плед. Стеклянными глазами блуждала по кухонным полкам в поисках чего-то.

— Что ты ищешь? — осторожно спросила Поппи.

— Водка, — бормотала Амелия себе под нос. — Где-то здесь должна быть водка.

Комментарий к 29. Влечение

Ваши «жду продолжения» и особенно комментарии невероятно мотивируют, спасибо! ✨❤️

========== 30. Ничтожество ==========

Комментарий к 30. Ничтожество

Приятного чтения ❤️

Перед глазами мигали мушки, а в ушах звенело так, что казалось, я лечу на своей старенькой метле над Высокогорьем со скоростью снитча, не меньше.

Наш дом гудел и почти подпрыгивал на месте — мы отмечали Новый год. Как выяснилось, в России принято праздновать громко, весело и обязательно хмельно. К середине ночи я уже не чувствовала пол под ногами, а сладкие напитки смешались в желудке в одну сплошную гадость, от одной мысли о которой меня воротило. Лишь Себастьян и Гаррет были слегка угрюмые — они единственные не выпивали.

— Чего сидите тут чернее тучи? — я нависла над ними, опираясь ладонями о стол. На заднем фоне раздавались хохот и визг, и мне хотелось выйти на улицу и вдохнуть тишины, но и там вовсю запускала салюты местная детвора.

— Спать хотим, — в один голос ответили ребята, и я потрепала Гаррета по макушке. Его холодность обезоруживала, и мне было совершенно непонятно, как растопить этот лёд между нами. Себастьян недовольно покосился на нас и отвернулся к окну. За кружевным тюлем мерцали разноцветные искры салюта, и от меня не скрылось восхищение, блеснувшее в зелёных глазах Гаррета.

— Хочешь пойти запустить? — подначивала я его, чтобы хоть чуть-чуть вывести из состояния безразличия. Сначала он отнекивался, но уговаривать пришлось недолго — через несколько минут входная дверь за ним хлопнула и впустила внутрь морозное дыхание зимы.

Я немного покружилась вокруг Сэллоу, но разговор не шёл — тот сидел хмурый и задумчивый, а у меня настроение устремлялось вверх семимильными шагами. Вскоре к нему подсела Анна, и они стали обсуждать её учёбу и подобную скукоту. Побродив по дому и отметив про себя, что все заняты делом, я надела сапоги, тулуп и вышла следом за Гарретом на улицу.

Он возился с порохом и прочими примочками в густой темноте, напевая какие-то рождественские мотивы. Я с жадностью глотнула стылую темень, и голова моя стала совсем пустой.

— Бу! — я хлопнула Гаррета по плечу, и он дёрнулся. Из его рук что-то выпало и со звоном разбилось о лежащие под ногами камни.

— Чёрт! Керосин… — он досадливо всплеснул руками и с завистью посмотрел в сторону соседнего двора: оттуда до нас долетали хлопки и последующие за ними радостные визги, смешанные со встревоженным лаем собак.

Я не сразу сообразила, что испортила Гаррету настолько скрупулёзный процесс. Окутанная с ног до головы весельем и праздничным возбуждением, считала, что все вокруг такие же радостные, а значит, плохому настроению тут делать попросту нечего.

— Не знаю, что сказать, — замямлила я. — Прости? — неловко сморщилась и проникновенно заглянула Гаррету в глаза, переливающиеся изумрудами в разноцветных всплесках фейерверков.

— Забудь. — Он отмахнулся и вознамерился вернуться в дом, но я в последний момент схватила его за локоть.

— Постой. Давай поговорим?

Слова давались непросто, а в сложившейся неловкости язык и вовсе отказывался шевелиться. Однако я знала, что другой возможности всё обсудить может не представиться ещё очень долго, а, может, и никогда.

Гаррет помялся на месте, убрав руки в карманы брюк. Упрямо уводил взгляд и смятенно стрелял им по сторонам.

— Настроение я тебе уже испортила, так что уж, давай до конца? — я попыталась отшутиться, но на его лице не дрогнул ни один мускул. — Почему ты меня избегаешь? Что-то произошло?

Как прежде, я расстегнула нижнюю пуговицу его пальто и обвила его торс двумя руками, прислоняясь щекой к вздымающейся груди. Раньше он в ответ клал свои тёплые большие ладони мне на лопатки, но сейчас даже не вынул рук из карманов. Я стоически молчала и продолжала ждать.

Слышала, как размеренно и спокойно бьётся его сердце, иногда пропуская один-два гулких удара. Чувствовала всем своим существом, как он рвётся оттолкнуть меня, уйти, спрятаться от трудностей разговора. Но я не отпущу, ведь это наш, вероятно, последний шанс оставить в памяти друг о друге теплоту, а не вонзённые в спину острые ножи.

— Ты… — наконец Гаррет нарушил мучительное молчание, но слова так же не желали ему подчиняться, — ты спала с Сэллоу?

Я на секунду замерла и стала пристально вглядываться в черноту виднеющегося вдали леса.

Не моргала очень долго — до такой степени, что глаза стало нестерпимо жечь и щипать. После затянувшейся паузы отпрянув от нагретого щекой места, я посмотрела на него