Опасности и правда - Алекс Мирез

28

И одна Идеальная лгунья

Согласна, эта история могла закончиться такими словами: «И вот эта несчастная, жалкая, тощая, но злобная девица осталась без денег и возможности выбраться с острова. Теперь она не могла сбежать. Остаток дней она провела на острове в мечтах, воспоминаниях и раскаянии. В последние минуты жизни она пыталась что-то сказать, но, прежде чем успела произнести хоть слово, смерть настигла ее, лишив возможности устроить спектакль».

И да, мне страшно не повезло, но, по крайней мере, ничего по-настоящему ужасного не случилось. Страшное случилось потом, уже после истории с Кори; тогда у меня от злости чуть печенка не лопнула, но я просто не знала, что делать.

Привет, карма, в который раз ты меня караешь!

Таким образом… план бегства позорно провалился. Денег у меня не было. Кори выгреб все и тем же утром улетел с острова. И вот, поверив, что готова начать все сначала, я снова рухнула в колодец уныния. Я больше никого не ненавидела (за исключением этого гада Кори) и не хотела никому мстить (за исключением гада Кори), но чувствовала себя так же паршиво, как в ту минуту, когда Эган оставил меня здесь одну. Жизнь снова стала пыткой.

Мне пришлось вернуться в чертов магазин. Честно говоря, я бы предпочла помочиться прямо на пол, чем снова войти в это место, но у меня не было еды, а мне совсем не хотелось умирать с голоду.

Едва я переступила порог, как продавец посмотрел на меня, злобно и тупо ухмыльнувшись, словно хотел сказать: «Я знал, что ты вернешься». Я отвернулась и попросила каких-то продуктов, бутылку рома и три пачки сигарет. Он пробил мне все это с раздражающей медлительностью.

В эту минуту в кошмарном магазине мне вдруг показалось, что придется провести здесь всю жизнь, и мне захотелось умереть. Хотя это было несправедливо, ведь я изменилась, стала более зрелой, более понимающей, научилась видеть в происходящем как можно больше хорошего и злилась, что никто этого не заметит, единственное, что мне остается – умереть в одиночестве, тоскующей, печальной и никому не нужной.

Ну что ж, больше мне ничего не оставалось.

Я обреченно забрала покупки. Признаюсь, мне хотелось броситься в реку и утопиться, как дети Плакальщицы (если вы не знаете эту легенду, поищите в интернете, хотя предупреждаю, она страшная), но у меня еще оставались силы, и я решила, что топиться глупо.

Я вышла из магазина, как побитая собака с поджатым хвостом. Я шла, представляя, как расправлюсь с мерзавцем Кори.

Внезапно чья-то тень молча скользнула мне за спину, и мне на голову накинули темный мешок. От неожиданности я выронила покупки. Я не понимала, что происходит, и попыталась сбросить мешок с головы, но кто-то тут же схватил меня обеими руками за шею. Я чуть не задохнулась; все во мне кричало: «Опасность!»

Я включила режим «Защищайся как бешеная» и попыталась сорвать с головы мешок, яростно обороняясь, но похитители тоже были не дураки; я поняла это в тот миг, когда второй тип, достаточно сильный, схватил меня за руки, заломил их за спину и надел наручники.

Хотя это повергло меня в еще больший ужас, я не сдалась. Вдохнула немного воздуха сквозь узенькую щель между краем мешка и шеей и принялась вопить, кричать и возмущаться, требуя ответа, какого черта меня похитили и что со мной теперь намерены делать.

Конечно, никто не ответил. Единственным ответом был сильный толчок в сторону тропинки. Я попыталась бежать, но кто-то ухватил меня за плечо и рванул на себя.

– Или ты пойдешь сама, или мы огреем тебя по башке! – приказал чей-то голос, грубый, злобный и незнакомый.

В панике я поняла, что никогда в жизни не слышала этого голоса. И тогда разум велел мне подчиниться, потому что:

а) быть может, тогда я лучше сумею оценить свои возможности;

б) я не такая дура, чтобы рисковать быть избитой в весьма опасной ситуации.

И я послушно пошла вперед. В то же время постаралась напрячь слух, но до меня доносились лишь какие-то слабые отголоски. Ясно было только одно: бежать я не могла, потому что за спиной слышались шаги похитителей, которые то и дело подталкивали меня в спину. В любом случае я старалась понять, куда меня ведут, но ничего не видела и дрожала от страха.

Так что я не имела права делать глупости.

По моим подсчетам, я шла около пяти минут, как вдруг послышался гул мотора приближающейся машины.

– Садись в машину, – приказал тот же голос.

И тут чья-то огромная рука снова схватила меня за плечо, бесцеремонно встряхнула и толкнула внутрь. Я довольно сильно ударилась, но по звукам поняла, что меня затолкали в кузов грузовика, из тех, в каких перевозят продукты.

Они закрыли дверь и заперли ее, затем кто-то поспешно запрыгнул в кабину, и грузовик тронулся. Пол подо мной вздрагивал всякий раз, как машина подпрыгивала на ухабах грунтовки (других дорог на острове и не было). В мешке я вспотела, дышать становилось все труднее. Я задыхалась в приступе клаустрофобии. Сердце бешено заколотилось от страха. Я ничего не понимала и совершенно не представляла, куда меня везут, кто меня похитил и почему.

Или все-таки представляла?

Внезапно в памяти всплыло знакомое имя: Риган. Потом еще одно: Эдриен.

Самым логичным и страшным было предположение, что Эдриен и Риган послали своих людей отомстить мне за то, что я их разоблачила.

Дело дрянь.

Пока меня везли, я так и сидела на полу, со скованными за спиной руками, хватая открытым ртом спертый воздух. Я пыталась строить планы спасения, но разум разрывался от тысяч идей, предположений и вопросов, почему я оказалась в подобной ситуации.

Как они собираются меня убить? Просто убьют или сначала будут пытать? Увижу ли я Ригана? И Эдриена? Значит, Эган, Адрик и Александр проиграли? Их отца освободили, и он решил отомстить?

От этой мысли у меня закружилась голова и свело живот.

Меня чуть не стошнило на нервной почве, но я сдержалась.

Одна за другой проходили минуты, а возможно, и часы. У меня вспотели лоб, шея и ладони. Мне хотелось кричать, топать ногами, брыкаться и кусаться, но я понимала, что вряд ли это поможет.

Грузовик остановился. Я услышала, как с силой хлопнула водительская дверь. Потом последовала долгая тишина. Затем щелкнули дверные замки, повернулись ручки, и в следующую секунду двери открылись. Сквозь неплотную ткань мешка у себя на