Дорога цариц - Александр Прозоров

Борис, удерживая сестренку за ладошку, пошел было к калитке, однако стоящий справа стражник опустил бердыш, почти коснувшись стальным полумесяцем груди паренька:

— Куда это ты собрался, бродяжка?

— Мы пришли к боярину Годунову, мы его родственники.

— Идите вон, детки. Чужим в крепость нельзя.

— Мы не чужие! Мы племянники царского постельничего!

— Никого чужого! — повторил стрелец и легонько стукнул бердышом гостю по груди. — Убирайтесь.

— Дяденьки, вы просто позовите Дмитрия Ивановича, он нас узнает.

— Ага, мальчиков на побегушках нашли! — громко хмыкнул воин у самой калитки.

— Хотя бы передайте, что к нему племянники приходили!

— Либо уходите по-доброму, либо получите плетью по заднице, — зевнул остановивший их стрелец. — Или ремнем… Эй, плеть у кого-нибудь с собой есть?

Борис понял: скучающий привратник говорит совершенно серьезно — и предпочел отступить. Повел сестру дальше, поглядывая на свежевыбеленную кирпичную стену.

— Даже не думай, Боря! — мотнула головой девочка. — Коли внутрь полезешь, могут и вовсе в крамоле обвинить!

— Как тогда дядюшку о нашем приезде известить?

— Я так мыслю, нужно у ворот посидеть. Он же должен иногда в город выходить? Тут мы ему и поклонимся!

— Ты его узнаешь, Иришка?

— А-а-а-а… — Девочка растерялась.

— Вот и я его никогда в жизни не видывал, — кивнул паренек. — Как же нам тогда его караулить?

— Но если не караулить, так мы и вовсе никогда никого не найдем!

— Надобно токмо подальше от привратников спрятаться, — после короткой заминки решил Боря. — А то как бы опять не погнали.

По счастью, на триста шагов по сторонам от прямоугольной крепости стрельцы вычистили зону обстрела, убрав все строения, деревья и кустарник. Однако по самому краю этой поляны в нескольких местах то ли вырос, то ли каким-то чудом уцелел высокий бурьян. В сих зарослях сироты и затаились. Их углядеть от ворот было невозможно, они же видели все как на ладони.

Солнце медленно катилось через зенит, город наполнял летний зной. Детям очень хотелось пить. А еще пуще — кушать. Однако надежда на скорое свидание с дядюшкой придавала брату с сестрой силы, и даже малышка не жаловалась на голод.

Вот только час проходил за часом, стража поменялась, а затем еще раз, — а из Александровской слободы так никто не выходил. То есть вовсе никто.

— Может, дядя опять в Москву отправился? — внезапно предположил Боря, и от этой мысли пареньку стало как-то совсем нехорошо.

— Смотри! — Сестра толкнула его локтем в бок и указала на ворота. Там величаво шествовала невысокая и упитанная женщина в богатых одеждах: кокошник с белыми сверкающими жемчугами, платок шелковый, сарафан бархатный, с бобровой оторочкой, пояс наборный, из янтаря да с самоцветами. В руках — корзинка.

— Да-а, жарко ей, наверное, — посочувствовал Борис.

— Пошли! — Не дожидаясь ответа, Ирина устремилась вперед. — Давай проследим!

Паренек, ничего не понимая, побежал следом, таясь в полусотне шагов от боярыни. Шепотом спросил:

— Почто?

— Авось, свезет, братик, — так же тихо ответила девочка. — Коли с лукошком идет, так ей, вестимо, нечто надобно? Добудет да назад вернется…

Женщина неровной походкой свернула в проулок, вошла в какой-то дом, окруженный тыном из тонких, с руку, жердей. Судя по мясным ароматам, веявшим наружу, это был постоялый двор. От густых запахов у сирот свело судорогой пустые животы. Однако они все равно мужественно прятались в глубине проулка и вскоре были вознаграждены удачей: богатая незнакомка вышла обратно. Теперь корзинка, накрытая набивным платком, заметно оттягивала ей руку.

— Да! — Ирина сглотнула, хищно устремилась вперед, в паре шагов от женщины низко склонилась и махнула рукой почти по самой земле: — Прими почтение наше и уважение, прекрасная княгиня! Сделай милость, дозволь нам с братом хоть немного рядом с тобой пройти! Дозволь хоть тени знатности твоей на сирот малых упасть! Коли люди нас рядом со столь великой княгиней увидят, так помыслят верно, что знакомы мы. И нам с того великое облегчение выйдет.

— Дозволь помочь тебе, прекрасная княгиня! — спешно включился в уговоры паренек. — Невместно руки столь нежные тяжестью марать.

— Нам и платы никакой за сию помощь не надобно! — умоляюще сложила руки на груди Ира. — Токмо бы рядом с тобою, княгиня, хоть немного покрасоваться!

— Сие для нас за честь великую выйдет! — поддакнул Боря.

Женщина зарделась, расплылась в горделивой улыбке, и корзинка незаметно, словно сама по себе, перекочевала в руки паренька, булькнув невидимыми под платком жидкостями. И только слабый запах хмельной кислинки намекнул, что «княгиня» бегала на постоялый двор не просто так.

С общего молчаливого согласия женщина вышла на улицу. Поворачивая, ощутимо оперлась на плечо паренька. Потом ее качнуло влево — и Ира поспешила схватить обеими ладошками ее руку, помогая удержать равновесие. «Княгиня» хмыкнула, выправилась, ускорила шаг и, словно пущенная из лука стрела, по прямой устремилась к белеющим вдалеке воротам.

Сторожащие заветную калитку стрельцы при виде женщины прервали беседу, развернулись, разобрали прислоненные к стене бердыши — однако это «княгиню» ничуть не смутило.

— Чё пялитесь, служивые? — громко рявкнула она. — Открывайте!

Стражники с подозрением оглядели странную компанию из знатной царедворки, держащей за руку маленькую крестьянскую девочку, и оборванного мальчишку с тяжелой корзинкой в руках. Однако особой опасности не увидели. Стукнул засов, скрипнули железные петли — и юные путники наконец-то перешагнули порог неприступной Александровской слободы.

Женщина сразу повернула налево, вдоль стены дошла до длинного каменного дома с двумя рядами забранных слюдой окон, прошла дальше, к небольшой избушке, из которой доносились песни и крики, поднялась на крыльцо. Остановилась. Задумчиво покачалась. Подняла палец:

— Здесь обождите, малышня. Я вам сейчас чего-нибудь вкусненького вынесу.

— Не беспокойся о сем, княгиня. — Борис поставил корзинку на лавку у перил. — Подскажи токмо, как нам боярина Дмитрия Годунова найти?

— На шо вам сие? — вскинула брови женщина.

— Мы его родичи, княгинюшка.

— Вы?! — Женщина посмотрела на Иру, на Бориса. Хмыкнула. Вскинула кулак и громко, пьяно в него заржала. Потом вскинула палец, поманила детей за собой. Снова прошла мимо торца каменного дома и указала вперед: — Туда идите до самого конца. Крыльцо там увидите с резными столбами. По нему поднимайтесь да стучите. Там боярин Годунов с супругою ныне и обитают. Токмо: тсс!!! Я вам сего не сказывала!

— А как зовут супругу Дмитрия Ивановича? — торопливо спросила Ира.