Свой собственный рай - Эми Фрейзер

— У вас есть какая-нибудь рабочая одежда? — поинтересовался Хенк, скользнув взглядом по ее фигуре. — Та, что вы носите на службу, не годится.

Он легонько провел пальцами по ее руке выше локтя, и легкий, сладкий холодок пронизал ее от головы до пят.

— Что-нибудь найду, — сказала она, стараясь совладать с волнением в голосе.

Из двери показалась голова Ребы.

— Вилли говорит, что сам покатает Криса и Кейси на тракторе, а потом отвезет их в Холи-Маунт. — Она одарила молодых людей сердечной улыбкой. — А ты можешь отвезти мисс Нису.

— В этом нет необходимости, — поспешно заявила Ниса.

— Вы же не хотите пропустить завтра рабочий день, — с нажимом произнесла домоправительница.

— Я осмотрел ногу, Реба. — В голосе Хэнка зазвучали металлические нотки. — Она выглядит нормально. И Ниса говорит, что все в порядке. Я посажу ее в машину, а потом повезу ребят за сеном.

— Спасибо за обед, Реба, он был бесподобен. — Потом Ниса отважилась поглядеть на Хэнка. — Спасибо за то, что согласились поддержать наш проект.

— Нет проблем. — На лицо его вернулось непроницаемое выражение.

Через несколько минут Ниса уже бодро спускалась по ступеням веранды, стараясь ступать твердо.

Она удачно преодолела путь до машины, всем видом демонстрируя уверенность и спокойствие. Включила зажигание. Хэнк и Реба с веранды смотрели ей вслед. Осторожно надавив педаль сцепления, сменила передачу и дала задний ход.

Предательская лодыжка не преминула заявить, что слишком слаба для автомобиля со стандартной трансмиссией. Нога соскочила с педали, Ниса резко выжала сцепление, и ее маленький «родстер» позорно застопорился.

— Какая удача, что Хэнк не уехал с детьми! — воскликнула Реба.

Надвинув шляпу на самые глаза и держась неестественно прямо, Хэнк пружинящей походкой сошел с крыльца.

— Я отвезу вас.

Он открыл дверцу и занял освободившееся место водителя. Судя по виду, радости от этого он не испытывал. И дело было вовсе не в том, что он с трудом уместился в салоне машины. И даже не в пресловутом стремлении Ребы его сосватать. Нет, Хэнк испытывал такую скованность, потому что внезапно понял: ему очень нравится Ниса Литл.

Это открытие стало для него неожиданностью.

Несмотря на то, что она втерлась к нему в доверие обманным путем, все равно она ему нравилась.

Нравилась ее жизнерадостная натура… Прямой взгляд ее голубых глаз. Тонкий и изысканный запах ее духов. Но больше всего его подкупило то, что она любит детей.

Он тоже любил детей. Даже очень.

А вот его бывшая невеста Элен — нет.

— Руль туговат, — предупредила Ниса. — Ой, берегите шляпу! — в следующее мгновение воскликнула она, прижав рукой его тулью.

Ей бы следовало сказать: «Берегите сердце».

Она нравилась ему несмотря на все доводы разума, несмотря на довольный смех Ребы за спиной.

— Что так насмешило вашу домоправительницу?

— Мое холостяцкое положение, — пробормотал Хэнк.

— Что вы имеете в виду?

— Вилли и Реба решили, что, раз у меня есть гнездо, туда надо непременно заманить птичку-маму. Так понятнее?

— О!

Хэнк метнул на нее быстрый взгляд.

— Не принимайте это всерьез.

— Конечно, мы ведь едва знакомы.

Почему он почувствовал разочарование оттого, что она с такой готовностью согласилась?

— Значит, вы ищете себе жену? — Это прозвучало доброжелательно, но в то же время слишком откровенно. И совершенно неожиданно.

Застигнутый врасплох, он почувствовал раздражение.

— Почему вы не были так прямодушны в пятницу, когда собрались просить меня об одолжении?

— Тогда я еще не думала об этом…

— Ниса… — начал он. Произносить это имя было очень приятно, оно было каким-то необъяснимо интимным. — Если мы собираемся сотрудничать, лучше вам сразу понять, что я тот человек, который стоит за полную честность во всем.

— Я понимаю… и еще раз прошу извинить меня за то, что пыталась привлечь ваше внимание окольными путями. — Она вздохнула. — Дети, для которых я работаю, имеют так мало. И если открывается возможность дать им хоть немного той радости, какую имеют, например, Крис и Кейси… я, кажется, готова на все.

Его тронула ее страстная преданность детям, но одновременно больно укололо понимание того, что она видела в нем только спонсора — не больше, не меньше.

И все-таки она ему нравилась.

Нравилось ее отзывчивое сердце. Нравилось, как страстно борется она за брошенных детей, упорно не желая видеть в них неудачников. Нравился расцветавший на щеках румянец и огонь, загоравшийся в глазах всякий раз, когда она говорила о «своих» детях. Решимость, какую излучало нежное лицо этой хрупкой девушки.

— Вы вряд ли представляете себе, во что втянули своих подопечных. Работа на ранчо включает чистку конюшен, погрузку и разгрузку мешков с кормом и провизией и бесконечные сражения с мухами в полуденную жару.

Она негромко хмыкнула.

— Что тут смешного?

— Если таков ваш способ завлекать женщин, Ребе есть отчего беспокоиться.

— Я люблю романтику не меньше любого другого парня, — заметил Хэнк, не понимая, что заставляет его исповедоваться перед малознакомым человеком. — Но каждой женщине, с которой у меня завязывались серьезные отношения — личные или профессиональные, — рано или поздно приходилось столкнуться с реалиями моей жизни. Я держу ранчо, а ранчо — это тяжелый труд.

— Может, и так, — произнесла Ниса. — Но интуиция подсказывает мне, что женщина, которая проникнется к вам серьезными чувствами, должна, на ваш взгляд, быть непременно согласна иметь большую семью. А это мягко говоря, не совсем обычно в наше время.

Ее проницательность застала Хэнка врасплох, лишив на миг дара речи.

— Я ведь не ошиблась? — продолжала она. — Вы действительно хотите иметь большую семью?

— Да, я мечтаю о большой семье, — задумчиво проговорил он после долгого молчания. — Семья… кровные узы всегда значили для меня очень много. И еще — земля. Эти две вещи дают человеку опору в жизни.

— Вы сами из большой семьи?

— Не очень большой… Но дружной. У меня два родных брата и куча двоюродных.

— Родная кровь… — тихо проговорила она. — Вам, наверно, интересно, почему я трачу столько времени и сил на чужих детей.

— Это вызывает у меня восхищение. — Он покачал головой. — Хотя многим мужчинам действительно трудно понять стремление женщины заботиться о брошенных детях.

— Думаю, в этом проявляется человеческий эгоизм. Мужчины обычно мечтают о наследниках. Продолжение рода они ставят превыше всего… — На этих словах она замолчала.