Сладкое обещание - Энн Макалистер

— Ну, Стив высокий, темноволосый и очень красивый. Медицинскую степень он получил в Колумбии. Стив — врач-кардиолог, как я уже, кажется, говорила. Последние четыре года он практиковал в Боузмэне и одновременно работал в Ливингстоне. Но Стив любит преподавательскую деятельность, поэтому, когда его попросили занять место заведующего кафедры кардиологии в Денверском университете, он сразу же согласился. Это было в августе. — Она подняла подбородок. — И я перееду туда же этой осенью, после свадьбы.

Чарли сощурился.

— И когда же свадьба?

— Семнадцатого октября. Мы решили пожениться до начала снегопада. Так ты собираешься снимать свои джинсы или нет? — спросила Кейт. Она подбрасывала в руках обернутый в марлю кусок льда.

Все мысли о сопернике вылетели из головы Чарли. Изрядно смущенный, он принялся стягивать джинсы. Когда же он наконец их отбросил, то с вызовом взглянул на Кейт.

— Ужасно, правда? — спросил Чарли, когда она посмотрела в его сторону.

— О Чарли! — в ее голосе послышалось сочувствие, но не оно было нужно Чарли.

Кейт приблизилась к нему.

— А где конкретно болит? — спросила она, прикладывая руку к его ноге.

Чарли чуть не подпрыгнул на месте, такие ледяные были у нее ладони.

— Осторожней, женщина!

Кейт не обратила внимания на его протесты.

— Тише, — сказала она, поглаживая шрам. — Садись на стол.

Он нервно сглотнул, приказав себе молчать, и сделал, как она просила.

Кейт начала аккуратно ощупывать ногу Чарли, пытаясь выявить болезненный участок. Вскоре Чарли успокоился и стал дышать ровнее. Кейт стояла так близко, что он чувствовал ее запах, который за долгие годы успел позабыть. Нежные прикосновения ее рук сводили его с ума.

— Здесь? — Она нащупала больное место. — Я чувствую тут напряжение.

— Ммм, — промычал Чарли.

— Прости. Болит еще где-нибудь? — Кейт провела рукой по его боку, нежно массируя мышцы, потом спустилась чуть ниже.

Он снова издал стон, но стонал уже не от боли, а от наслаждения. Руками он вцепился в края стола и закрыл глаза.

Запах Кейт, казалось, наполнил всю комнату. Она пахла можжевельником и шалфеем и чем-то еще непонятным, может быть, горячими ночами, которые они с Чарли когда-то проводили вместе.

Боже, каким же я был дураком! Как можно было уйти от такой женщины?!

И теперь Чарли хотел наверстать упущенное, ведь еще не слишком поздно. Самое время!

Кажется, Кейт заметила, как отреагировало его тело на ее поглаживания.

— Так. Кажется, будет нужно целых два.

— Два чего? — Чарли очнулся, словно ото сна, и очумело заморгал.

— Два куска льда, — объяснила она, старательно отводя взгляд в сторону.

— Понятно, — пробормотал он севшим голосом. Ты нужна мне, Кейт! Ты, а не этот идиотский лед, пусть он даже снимает боль!

— Держи, — приказала она, затем провела рукой по губе Чарли. — Вымыть по крайней мере надо было!

— Я выпил виски, продезинфицировал, — объяснил он.

Кейт пожала плечами.

— Сиди смирно.

Она обработала все раны и царапины. На сей раз ее движения были быстрыми и точными.

— Эй, — вскрикнул Чарли, когда спирт попал в ранку.

— Не будь ребенком, раны надо обработать. И прекрати стонать!

— Не могу.

— Но я ведь не так сильно нажимаю.

— Ну, так дело и не в этом, — произнес он и заметил, как Кейт покраснела. Она стала тереть сильнее. — Ой! — Теперь он вскрикнул уже от боли.

— Ну, все, — удовлетворенно проговорила Кейт. Чарли подвигал локтем, на котором была ссадина.

— Болит больше, чем до того, как ты начала все эти процедуры. Тогда вообще не болело.

— Но зато теперь инфекция в рану не попадет, — уверила она его.

Заметив, как прямо и напряженно Кейт держит спину, Чарли понял: он ей не безразличен, она тоже испытывает к нему сексуальное влечение.

— Спасибо, Кейт, — вдруг сказал он.

Она пошла мыть руки и, не оборачиваясь, бросила:

— Всегда пожалуйста.

Чарли больше всего на свете хотелось подойти к ней и обнять за плечи, но он не смог сдвинуться с места. Он так и сидел на столе, периодически издавая мычащие звуки и делая вид, что ему больно.

Наконец Кейт обернулась и дала совет:

— Лед надо держать по двадцать минут каждые несколько часов. Конечно, если нога будет болеть. Я привезла достаточно льда, тебе хватит до завтра.

— Хорошо.

— Врач рекомендовал тебе специальные упражнения для тренировки мышц?

— Да.

— И ты их делаешь?

— Пытаюсь.

— Продолжай в том же духе.

— Хорошо.

Кейт подозрительно посмотрела на Чарли. Он ей улыбнулся. Она отвела взгляд и вытерла руки об джинсы.

— Вот и отлично, — бросила она. — Оставляю тебя одного.

Улыбка на его лице погасла.

— И идешь в кино со своим женихом?

— Да.

Он прищурился и спросил:

— Собираешься обниматься в темноте?

— Чарли!

Смущение и злость Кейт лишь позабавили его.

— Прости. Знаю, знаю. Ты никогда не занимаешься подобными глупостями.

Она тут же вспомнила, как они ходили на один документальный фильм о политике, желая побыть вдвоем и всласть пообниматься, сидя в последнем ряду. У них не было выбора, потому что к Чарли приехали в гости друзья-журналисты и остановились в его квартире.

Кейт покраснела, и Чарли понял: она все помнит.

— Пока, Чарли, — процедила она.

— Пока. — Он проводил ее взглядом до двери. — Кейт?

Она повернулась.

— Помни обо мне.

— А сдается мне, любовные треугольники довольно забавны, если наблюдать их со стороны, — говорила на следующий день Мэри Холт, пришедшая на прием к Кейт. — Или даже четырехугольники…

Но Кейт слушала ее в пол уха.

— А? — спросила она.

— Все мужчины полигамны, — радостно продолжила Мэри. — Почти все, но не Гас.

— Да, — машинально ответила Кейт.

— Отношения между мужчиной и женщиной — интересная игра, не находишь? Ты можешь выбрать любую роль, например, быть для своего мужчины заботливой сиделкой.

Кейт отсутствующе кивнула.

— Да.