Злая игра - Кел Карпентер

— Что? — Вопрос сорвался с моих губ, прежде чем я успела себя остановить.

Аллистер улыбнулся, но в этой улыбке не было ничего доброго. Если бы его рука не обвивала мою, я бы до смерти испугалась того злобного выражения, что застыло на его лице.

— Разрыв не важен. Суть в том, что мы с этой женщиной расстались и пошли каждый своей дорогой. Она единственная, с кем я смог сделать это без кровопролития. Ты знаешь, почему?

Я покачала головой, и машина замедлилась, окончательно останавливаясь. Я не узнавала это место, только видела, как фары упираются в пустоту, где царило лишь ночное небо.

— Потому что они были ниже меня. Я был создан, чтобы быть достаточно сильным, чтобы соперничать с тобой, защищать тебя, когда это необходимо. Женщины, демоницы, они были недостаточно сильны, чтобы бороться с этим. Они были ниже меня. То, что мы носим одинаковую форму, этого не меняет. Я не могу извиняться за то, что я такой, каким меня создали, не больше, чем адская гончая может извиняться за верность.

Я начинала точно понимать, к чему он клонит, и как человек, выросший среди людей… Я не знала, что делать с этим.

— Я не могу быть каким-то безмозглым человеком, который просто разгуливает и убивает людей. Это не я, это… — Я остановила себя, чтобы не признать эти темные желания вслух.

— Твоя звериная сущность? — тихо закончил он.

Я прикусила губу, кивая в ответ.

— Ты была создана, чтобы быть непревзойденным хищником. Тем, кто может держать наш вид в узде. — Он сказал это так просто, как будто в этом нет ничего особенного.

— А что, если я не хочу? — Спросила я.

— Не хочешь быть зверем или не хочешь быть суккубом? — возразил он, и на его губах появилась усмешка.

— И то, и другое. — У него действительно хватило наглости рассмеяться. — Я не думаю, что дело в том, что ты не хочешь быть ими. Я думаю, что это твое неправильное представление о том, кто ты есть и кем, по твоему мнению, тебе нужно быть. Я думаю, ты извиняешься за то, что существуешь, потому что думаешь, что без тебя у всех мужчин, которые пересекали твой путь было бы все хорошо.

Спаси меня дьявол. Он был либо блестящим психологом, либо гораздо лучшим манипулятором, чем я думала. Я была почти уверена, что меня обвели вокруг пальца в любом случае.

— И что же ты хочешь, чтобы я сделала?

— Перестань извиняться. Будь той, кто ты есть, и не стыдись. Я знаю, что ты этого хочешь. Я вижу это по твоим глазам. Этот мир ничего не сделал для тебя, и все же ты истекаешь за него кровью. Почему? Тебе не жаль свинью, когда ты ешь бекон. Почему тебе жаль человека, который причинил тебе вред?

Я покачала головой. — Мне жаль не Джоша. — Его рука на мгновение сжала мою, прежде чем он отстранился.

— Пойдем со мной.

Мы открыли наши дверьци и поприветствовали ночь, когда ледяной ветерок обдул меня. Мой конский хвост откинулся с лица, подчиняясь подхватившему его течению. Я обошла машину спереди, глубоко вдыхая воздух. Здесь он был другим на вкус. Чище. Хрустящим. Мои ботинки хрустели по замерзшей траве, когда я последовала за светом фар к краю оврага.

У меня перехватило дыхание, когда я посмотрела вниз. В тот же миг свет выключился.

Темнота возникла из теней, окутав меня ночью. Я не сдвинулась ни на дюйм, обозревая вид с высоты сотен футов. Я не могла разглядеть поверхность под нами, где заканчивался утес и начиналось темное озеро. Я бы вообще не поняла, что это вода, если бы не две луны. Одна высоко в небе, а другая внизу, на горизонте. Рябь на воде рассеивала свет звезд, фрагментируя видение пространства вокруг нас.

— Никогда не видела ничего подобного, — прошептала я.

В пустоте, где звук неистовствует, шепот стал словно криком.

— Я подумал, тебе это может понравиться. У нашего вида есть тяга к красивым вещам, — пробормотал он. Сильные пальцы легли мне на поясницу, и даже через три слоя одежды моя кожа запылала. — Мы также ищем острых ощущений и впечатлений не от мира сего, — продолжил он.

К жару присоединилось ощущение покалывания. Предупреждение?

— Ты мне доверяешь? — Спросил он, его губы коснулись моего уха.

Мое дыхание застряло у меня в горле, а рот приоткрылся. Аллистер придвинулся ко мне сзади и прикусил мочку моего уха, тепло его дыхания покалывало мою кожу. Я ожила как от щелчка выключателя, мгновенно почувствовав ноющую пульсацию между бедрами.

— Ты мне доверяешь? — Повторил он.

Доверяла ли я ему? Здесь? Сейчас? Это была серьезная просьба. Его пальцы сжали ткань моей толстовки, стягивая ее вокруг спины.

Если бы я собиралась сделать плохой выбор, я могла бы с таким же успехом наслаждаться им.

— Да, — прошептала я.

— Не закрывай глаза, — ответил он.

А потом он толкнул меня.

Глава 7

Я падала сквозь звезды, ожидая момента, когда упаду в воду и умру.

Странно быть так близко к смерти. В каком-то смысле странное освобождение, когда неизбежное нахлынуло на меня. Мне, вероятно, оставалось упасть не более чем на сотню футов, и пока я могла задавать себе всевозможные вопросы вроде: Как он мог это сделать? или — Почему я? Единственное, на что я действительно надеялась, так это на то, что Мойра и Бандит позаботятся друг о друге.

Вода приближалась быстрее, и чувство освобождения сжало мою грудь. Разве не было поговорки о том, что смерть легка, а жизнь трудна? Я собиралась это выяснить. Дочь Люцифера или нет, я сомневалась, что после падения с высоты нескольких сотен футов можно выжить.

Ну, вот и все. Твоими знаменитыми последними словами были о доверии к парню, который толкнул тебя.

Надеюсь, Мойра устроит ему ад.

Мое собственное отражение поднялось мне навстречу, и я стала ждать удара.

И ждала.

И…

Мое тело врезалось во что-то другое. От удара у меня затрещали кости, но их сила крепко держала меня, одна рука была зажата под моей ногой, а другая прижата к спине. Я не умерла. Я моргнула, и моя голова повернулась. Полуночное небо было таким же, но там был гребень, точно такой же, как тот, с которого меня столкнули… Я нахмурилась и повернула голову назад, чтобы посмотреть, там ли машина,