Грусть не для тебя - Эмили Гиффин

— Дарси… ты однажды напугаешь меня до смерти, — сказал Маркус. Он вовсе не испугался и не смутился, как бы мне хотелось. — Консьерж не предупредил нас, что ты здесь.

Я натянула одну из его грязных футболок, наваленных на спинке дивана (но лишь после того, как девица с завистью оглядела меня с головы до ног), и прошипела:

— Думаю, он забыл!

— Я пойду, — сказала блондинка, пятясь, как загнанная лань.

— Конечно, пойдешь, — ответила я, указывая на дверь.

— Пока, Энджи, — сказал Маркус.

— Он позвонит тебе утром, Энджи, — с издевкой процедила я. — Ну, привет…

И, едва дверь закрылась, я бросилась на него с кулаками и воплем:

— Сволочь, обманщик, ты испортил мне помолвку, ты разрушил мою жизнь!

В глубине души я знала, что в общем-то не имею никаких оснований злиться, потому что у меня через несколько недель свадьба с другим мужчиной. И все-таки в ту секунду мне казалось, что я права. И я его беспорядочно колотила, а он пытался защищаться, закрываясь от ударов локтями и плечами, точь-в-точь как мой тренер по кикбоксингу.

Эта потасовка продолжалась еще некоторое время, а потом Маркус разозлился. Он поймал меня за запястья, сильно дернул и крикнул:

— О чем ты вообще думаешь, Дарси?

— Насчет Энджи? — спросила я, надеясь, что он скажет: «Мы с Энджи просто друзья, у нас ровным счетом ничего не было».

— Нет, — с отвращением ответил он. — Что будет после того, как ты выйдешь замуж? Ты когда-нибудь об этом задумывалась?

Конечно, задумывалась. Я внезапно начала оправдываться. Просто не ожидала, что зайдет разговор об этом.

— И что ты думаешь?

— Я даже не уверена, хочу ли замуж.

Разумеется, мне очень хотелось выйти за Декса, но я думала, что если я чуть-чуть солгу, то у меня будет больше прав негодовать.

— Представь, что хочешь, — ответил Маркус. — И ты полагаешь, что у нас все останется как есть?

— Нет, — уверенно сказала я.

— Господи Боже, Дарси! — крикнул он. — То, что я встречаюсь с невестой моего друга уже почти два месяца, — это уже само по себе черт знает что. Но на этом я намерен поставить точку. Спать с его женой я не собираюсь, пусть даже тебе этого и хочется.

— Мне этого не хочется, — сказала я. Если он заговорил о морали, то я последую его примеру — хотя почва уходила у меня из-под ног с огромной скоростью.

— Тогда что? Ты думаешь, что я должен забыть о женщинах, после того как ты выйдешь замуж? До конца дней своих мечтать только о тебе?

Сидеть и все время думать: «Черт возьми, повезло же этому парню, и как это мне только взбрело в голову, что я могу оказаться на его месте?»

— Нет, — сказала я, хотя мне всегда нравилось фантазировать на тему несчастной любви. А кому это не нравится? Именно поэтому сюжет «Ромео и Джульетты» так популярен.

— Тогда, ради Бога, Дарси, чего ты от меня хочешь? — заорал он еще громче и принялся расхаживать по комнате.

Я подумала и сказала тоненьким жалобным голосом, как умирающая птичка:

— Хочу, чтобы ты меня любил.

Он фыркнул и презрительно взглянул на меня. Все оборачивалось не в мою пользу. Почему я вдруг оказалась преступницей?

Я села, натянув футболку на колени. По щекам потекли слезы. С Дексом это всегда срабатывало. Но Маркус не уступил.

— Ой, прекрати реветь! Сейчас же прекрати, — сказал он.

— Так ты меня любишь? — с надеждой спросила я.

Он неопределенно качнул головой.

— Дарси, я не собираюсь тебе подыгрывать. Ты мной манипулируешь.

— И вовсе нет. Почему ты просто не можешь мне ответить?

Странное это было положение.

— А почему ты не можешь ответить мне? А? Скажи, что, к черту, изменилось бы, если бы я действительно тебя любил? Ну, скажи! Что? — Он покраснел и нервно размахивал руками. Прежде, если только речь не шла о футболе, я никогда не видела его в таком волнении, даже когда он злился или огорчался.

Сначала меня увлек этот взрыв эмоций, так же как и слово «любил», сорвавшееся с его уст. Он впервые заговорил о том, что имело хоть какое-то отношение к истинным чувствам. Но затем я вспомнила Энджи и снова начала накаляться.

— Если ты меня любишь, то при чем тут Энджи? — Я указала на дверь, за которой скрылась моя неудачливая соперница. — Что она тут делала? Кто она вообще такая?

— Никто, — сказал он.

— А если она никто, то зачем ты занимался с ней любовью?

Я ожидала, что он будет все отрицать, но Маркус взглянул на меня очень дерзко.

— Ты ведь собирался заниматься с ней любовью? — уточнила я.

Он помолчал, а потом сказал:

— Ну… Если честно, планы были именно таковы.

Я стукнула его в плечо. Кулак заныл от удара, а он даже не вздрогнул.

— Ты просто сволочь, — сказала я. — Ненавижу тебя.

Маркус уставился на меня и сказал:

— Ступай, Дарси. Уходи. Все кончено. Увидимся на твоей свадьбе.

Готова поклясться, именно это он и имел в виду. Я окаменела. Просто не могла поверить, что это все…

— Ты действительно этого хочешь?

Он презрительно усмехнулся:

— Что, впервые не удалось получить то, что тебе хочется?

— Ой, ради Бога, — сказала я. — Как будто тебе самому не нравилось.

— Нравилось. Было забавно, — легкомысленно ответил он.

— И все? Всего лишь забавно?

— Да. Забавно. Настоящее приключение. Взрыв. Хороший кусок жизни, — сказал Маркус. — Что ты еще хочешь от меня услышать? Что ты вообще от меня хочешь?

Я задумалась и ответила честно:

— Чтобы ты меня желал. Чтобы это было больше чем приключение. Даже больше чем просто хороший секс. Я хочу быть по-настоящему нужной тебе.

Он вздохнул, засмеялся и потряс головой.

— Ладно, Дарси. Я тебя желаю. Желаю! Больше всего на свете! Теперь ты довольна?

И прежде чем я ответила, он ушел в ванную и хлопнул дверью. Я подождала минуту, а потом двинулась следом и обнаружила, что дверь не заперта. В потемках он умывался над раковиной. Из коридора падал свет, и мне было видно его лицо в зеркале. Оно было грустное, и это одновременно и удивило, и смягчило меня.

— Да, — тихо сказала я.

— Что?

— Я отвечаю тебе «да». Я довольна тем, что ты меня желаешь. И тоже тебя люблю.

Он обескуражено взглянул на меня. Вот и ответ. Маркус меня любит. Я почувствовала прилив радости — триумф и страсть.