Рай - Техас! - Сьюзен Элизабет Филлипс

— Ну что вы, сэр, конечно, не должны.

— Бадди ждет не дождется, когда увидит тебя.

— Мне тоже хотелось бы с ним повидаться.

— Вот что, Би Ти. Люди из комитета по подготовке Хэвенского фестиваля немного нервничают. Мы ждали тебя в Теларозе на прошлой неделе и должны быть уверены, что твои друзья явятся на соревнования по гольфу в честь Бобби Тома Дэнтона. Хэвенфест намечен на октябрь, но мы должны заранее позаботиться о рекламе. Было бы неплохо вписать в афиши несколько крупных имен. У тебя есть какие-нибудь новости от Майкла Джордана или Джо Монтаны?

— Я был немного занят, но, думаю, они не подкачают.

— Мы застолбили ближайший уик-энд потому, что ни «Звезды», ни «Ковбои» не играют. А как насчет Эйкмана из «Трои»?

— О, я уверен, что он появится.

— Это хорошо, это просто прекрасно. — Грейси услышала смешок. — Тулли просил меня помалкивать до твоего приезда, но мне не терпится порадовать тебя. — Опять смешок. — Мы отреставрировали тот самый домик и собираемся установить на нем мемориальную доску.

— О-у-у-у… Лютер, идея совершенно дурная! Я не хочу никаких памятных досок в мою честь! Во-первых, я, как и каждый нормальный американец, родился в больнице, а в той развалюхе просто какое-то время жил! Я думал, мы давно поставили крест на этих помпезных замыслах.

— Меня удивляют и обижают эти слова, Би Ти. Люди поговаривали, что рано или поздно слава вскружит тебе голову, но я всегда сомневался в этом. А теперь и сам вижу, что был не прав. Ты же знаешь, в каком плохом состоянии здесь экономика, а с этим прожиточным минимумом нам вовсе грозит катастрофа. У нас только одна надежда — превратить Теларозу в оазис туризма.

— Развешивание табличек на старых домах не сделает Теларозу туристской Меккой! Лютер, я никогда не был президентом Соединенных Штатов, я был обыкновенным футболистом!

— Мне кажется, ты слишком долго пробыл на севере, Би Ти, и это сузило твой кругозор. Ты был самым лучшим принимающим за всю историю футбола. Мы здесь не собираемся забывать об этом.

Бобби Том прикрыл глаза и шумно выпустил воздух. Секунду спустя он заговорил с бесконечным терпением:

— Лютер, я сказал, что помогу организовать соревнования по гольфу, и я это сделаю. Но зарубите себе на носу, что я вовсе не собираюсь участвовать в вашей затее по увековечению места моего рождения.

— Бобби Том, придется. Тулли уже восстанавливает твою детскую спаленку…

— Лютер!..

— Между прочим, вспомогательные службы готовят к выпуску поваренную книгу Бобби Тома, чтобы продавать ее в магазине памятных сувениров. Они хотят включить в издание рецепты от других знаменитостей. Ивона Эмерли рекомендует тебе связаться с Шерон и Кевином Костнерами и некоторыми другими акулами Голливуда из тех, кто славится своими мясными рулетами и всем таким прочим.

Бобби Том отрешенно оглядел плоскую, как сковородка, равнину:

— Лютер, я подъезжаю к тоннелю, и сейчас пропадет сигнал. Вам придется связаться со мной попозже.

— Подожди, Би Ти, мы не догово…

Бобби Том отключил связь. Тяжело вздохнув, он откинулся на спинку сиденья.

Грейси распирало от любопытства, но она не хотела раздражать его и скромно помалкивала. Бобби Том повернулся к ней:

— Ну давай, начинай. Спроси меня, как мне удается существовать среди всех этих сумасшедших.

— Он кажется таким энтузиастом, — осторожно произнесла Грейси.

— Он идиот, и ничего больше. Мэр Теларозы — дипломированный дурак. Весь этот Хэвенфест абсолютно вышел из-под его контроля.

— А что такое Хэвенфест?

— Трехдневное празднество, которое они собираются организовать в октябре. Этот фестиваль — часть дурацкой программы по возвращению экономики Теларозы в нормальное русло путем привлечения туристов. Они навели порядок в центре городка, добавив туда галерею западного искусства и пару ресторашек. Там есть приличный луг для гольфа, пижонское ранчо и отель среднего качества — но это все.

— Вы не упомянули о месте рождения Бобби Тома Дэнтона.

— Киска, ты лучше помолчи.

— Что — это так безнадежно?

— Это безумие. Мне порой кажется, что мои земляки просто свихнулись.

— А почему они называют это Хэвенфестом?

— Хэвен — первоначальное название местечка.

— Похоже, церковные общины хорошо поработали там в прошлом.

Бобби Том засмеялся:

— Ковбои прозвали это местечко Хэвен, потому что там кучковались самые лучшие бордели от Сан-Антонио до Остина. Но в начале нашего века достопочтенные горожане сменили вывеску. Телароза звучит попримитивней, не так ли?

— Понятно.

У Грейси на кончике языка вертелось множество вопросов, но она почувствовала, что он не в настроении продолжать разговор, и, сознавая свое шаткое положение, примолкла. Ей подумалось, что статус знаменитости имеет свои минусы; И если только это утро не являлось чем-то из ряда вон выходящим, то сам собой напрашивался вывод, что огромное множество людей стремилось вонзить в Бобби Тома Дэнтона свои зубы и отхватить лакомый кусочек от его пирога.

Запищал телефон. Бобби Том вздохнул и протер глаза:

— Грейси, ты не могла бы снимать за меня трубку и сообщать всем, что я пошел поиграть в гольф?

Грейси хотела заявить, что не любит попусту врать, но он выглядел сейчас таким измотанным, что она покорно потянулась к аппарату.

Семь часов спустя она обнаружила, что стоит перед обшарпанной красной дверью сомнительного заведения.

— Нам обязательно нужно было сделать крюк в несколько сотен миль, чтобы приехать именно сюда?

— Это вам урок, миз Грейси. Вы бывали когда-нибудь в барах?

— Конечно, бывала.

Она не видела особой нужды говорить ему, что, по ее мнению, такие заведения должны существовать только при хороших ресторанах, а здесь все как-то не так. Неоновое изображение пивной кружки и кособокая буква «М» неровно моргали в грязной витрине. На тротуаре валялся мусор. Но поскольку Бобби Том позволил ей оставаться при нем дольше, чем она ожидала, ей не хотелось сердить его. Однако бремени ответственности с нее пока что никто не снимал.

— Боюсь, что мы окажемся в небольшом цейтноте.

— Грейси, сладкая, с тобой непременно случится сердечный приступ раньше, чем тебе стукнет сорок, если ты не научишься проще смотреть на жизнь.

Она нервно кусала нижнюю губу. Суббота была на исходе, а им предстояло проехать еще семьсот миль. Она прикинула в уме их временные ресурсы. Выходило вообще-то, что времени хватит на все и про все. Если, конечно, Бобби Том не выкинет очередной номер. И все же на сердце ее скребли кошки.

Она подскочила на месте, когда он спокойным тоном сообщил ей, что решил ехать в Теларозу через Мемфис. Она несколько раз напоминала ему, что по карте наикратчайший путь лежит через Сент-Луис. Но он продолжал твердить, что не позволит себе прожить и дня, если она не посетит самое прекрасное кулинарное заведение к востоку от Миссисипи. До сей минуты ей представлялось что-то маленькое, дорогое, возможно, французское.