Голливудские мужья - Джеки Коллинз

– Придется лететь в Аризону, – с отвращением в голосе объявил Хауэрд.

– Зачем? – спросила Поппи.

– Потому что Уитни Валентайн сражается за право называться главной мандой года.

Поппи поджала губы.

– Хауэрд, ты же знаешь, я этого слова терпеть не могу.

– Иногда заменить его просто нечем.

– Поищи, – твердо сказала она.

– Отзынь, Поппи. Нечего мне тут святую святых устраивать.

Поппи прекрасно знала, до каких пределов можно испытать терпение мужа, и когда он говорил ей «отзынь», она немедленно отступалась.

– Сегодня не день, а чистая смерть – от начала до конца, – ворчливо пожаловался он и живописал ей происшествие на съемочной площадке с участием Силвер, Карлоса и Захарии.

Она вытаращила глаза.

– Захария Клингер ударил Карлоса Брента?

– Нокаутировал.

– И что будет?

– Как думаешь, кто весь день разгребал эту помойку?

– Ты, конечно.

– Кто же еще. А заварила эту кашу Силвер. Еще одна манда.

– Хауэрд!

Он поднял руку.

– Ладно, успокойся, больше не буду.

– И что, все подняли хай?

– Не так, чтобы очень. Карлос грозится, что уйдет – и может уйти, сама знаешь, какой у него характерец. Хорошо, что мы нужны ему больше, чем он нам. Какая другая студия даст отпевшему свое горлопану главную роль в фильме на двадцать миллионов долларов?

– Ах, Хауэрд, – воскликнула Поппи, что есть силы изображая из себя маленькую девочку. – Ты такой умный!

Подольститься в нужную минуту – это Поппи умела.

– Короче говоря, – продолжал Хауэрд, – до конца дня съемки пришлось остановить, надеюсь, к завтрашнему дню все успокоится.

– Может, тебе надо быть здесь и проследить за этим лично?

– Клянусь твоей задницей, что надо. Но у нас куда более серьезные проблемы с «Убийством». Если я туда не поеду и не приведу Уитни в чувство, там точно придется все останавливать. Она играет второстепенную роль, но все ее эпизоды снимаются в Аризоне.

– А в чем дело-то?

– Она прикидывается больной – херня собачья. Она оборзела, потому что Мэннон и Кларисса трахаются так, что дым идет по всей Аризоне.

– Разве Чак не с ней?

– Был. Вчера они в очередной раз поцапались, и он слинял. Ну, тут-то эта… она якобы заболела – и слегла.

– Как несправедливо! – взвыла Поппи. – Такие проблемы – и все на твою голову!

– Разберемся, – отважно заявил он, подумав про себя, что ему предоставляется прекрасная возможность перепихнуться с Уитки. Видит Бог, он ждал этого долго.

– Собрать тебе сумку? – спросила Поппи – заботливая женушка.

– Давай. Больше чем на сутки я там не задержусь. Вскоре он уже летел самолетом студии. Предоставленная себе самой, Поппи позвонила Кармел – услышать версию Орвилла. Потом пересказала услышанное Айде, которая уже все знала, но на эту историю ей было плевать.

– Не забудьте, что завтра у нас ленч с Джейд Джонсон, – напомнила она каждой. – «Бистро-гарден», половина первого.

Она задумалась: приглашать Мелани-Шанну или нет? Потом решила – не надо. Ведь скоро Мелани-Шанна станет бывшей миссис Мэннон Кейбл, а притворяться и поддерживать отношения с «бывшей» – что может быть тоскливее? Да и зачем, если знаменитый муж уже с другой?

Но ведь кто-то должен сказать Мелани-Шанне про Мэннона и Клариссу? Разве она не имеет права об этом знать? Если бы Хауэрд стал снимать брюки на стороне, Поппи безусловно хотела бы, чтобы ее предупредили. Ко всему прочему бедняжка вот-вот должна родить… может быть, Мэннон ее не бросит, и она все-таки останется миссис Кейбл?

Поппи вздохнула. Ох, все время принимай решения. Ее рука с идеальным маникюром потянулась к трубке.

Дерк Прейс, автор сценария и режиссер «Убийства» встретил Хауэрда в аэропорту. Это был двадцативосьмилетний длинноволосый выпускник лос-анджелесской киношколы, его послужной список состоял из двух фильмов на молодежную тему (голые девственницы, сексуально озабоченные юнцы и уничтожение общественной собственности), и оба эти фильма принесли бешеные доходы. Это был его первый выход за пределы мира коротких штанишек, и отснятый материал, поступавший к Хауэрду в Голливуд ежедневно, производил вполне благоприятное впечатление. Особое восхищение вызывала игра Мэннона: он был просто великолепен. Кларисса, как всегда, горела ровным и высоким накалом. Уитни выглядела сногсшибательно, зато играла так, будто только вчера окончила школу актерского искусства.

– Я хочу ее заменить, – таковы были первые слова Дерка. – Она губит мой фильм.

– Наш фильм, – поправил его Хауэрд. – К тому же у нас с ней контракт, и мы должны его соблюдать.

– Она-то его не соблюдает, – с жаром возразил Дерк. – Мне пришлось плясать вокруг нее целый день. Если так пойдет дальше, мы вылетим из бюджета.

– За этим я и здесь. Сам с ней поговорю.

– Почему нельзя просто от нее откупиться? – спросил Дерк. Его длинные волосы были подвязаны в конский хвост, в одном ухе кнопкой поблескивала бриллиантовая сережка.

– Потому что, – терпеливо ответил Хауэрд, чувствуя себя восьмидесятилетним старцем, – нельзя. Вот и все объяснение.