Призрак прошлого - Людмила Королева

— Про сон можешь забыть, — прошептал он мне на ухо, толкаясь в мое тело с неистовой силой и страстью. Меня закружил водоворот наслаждения, эмоции захлестнули, унесли куда-то за грань.

Изнеможенные мы уснули только на рассвете.

Свадебное путешествие решили перенести на август, как раз у нас совпал отпуск. Хотели посетить Грецию. Жизнь после свадьбы напоминала рай. Мы просыпались в объятиях друг друга, готовили завтрак, а потом вместе шли на стоянку, где страстно целуясь, пытались попрощаться до вечера. Садились каждый в свою машину и спешили на работу, а вечером ужинали, делились тем, как прошел день и занимались умопомрачительным сексом. На выходных ездили в гости то к друзьям, то к родственникам, а как только потеплело, ночевали в лесу в палатке. Жизнь била ключом, мы оторваться друг от друга не могли. Часто лежали посреди леса на матрасе и смотрели на звезды, мечтая о предстоящем путешествии, а еще просили вселенную подарить нам ребенка. Все вокруг нас беременели или рожали. Катюшка подарила Роме четырех килограммового богатыря. Кристина носила под сердцем детей от Андрея. Калинин с нетерпением ждал появления сыновей-близнецов.

Муж, замечая мой грустный взгляд, старался развеселить, поддержать, уверял, что и у нас обязательно будут карапузы.

Летом в один из самых жарких дней любимый уехал в командировку на два дня, а я, чтобы не скучать дома, отправилась вечером к Леше и Оле. Решила погостить у них. Мы сидели на кухне, пили чай, общались. Когда раздался звонок в дверь, все удивленно переглянулись. Брат пошел открывать. На пороге появилась Оксана. По ее припухшим глазам и искусанным губам поняла, что она плакала. Сердце сильно защемило. Неужели, Макар обидел? Оля обняла подругу и усадила за стол. Васильева всхлипывала, а потом не удержала слез и разрыдалась.

— Господи! Оксана, что случилось? — с беспокойством спросили мы с Олей в один голос.

— Я сегодня тест сделала, а там две полосы, — выдохнула она, сжимая пальцами волосы. — Мы с Макаром поругались очень сильно, он психанул и из дома ушел.

— Он не рад ребенку? — насторожилась Оля, а у меня душу в клочья разрывало.

— Рад, — всхлипывая, ответила она. — Я сказала ему, что не оставлю малыша, что на аборт пойду, а он так кричал на меня, чуть не убил.

— Оксана, зачем ты ему это сказала? — нахмурилась я, глядя с непониманием на Васильеву.

Она бросила на меня такой ненавистный взгляд, что стало дурно. Мы ведь дружили, общались с детства…

— Потому что Макар тебя любит, — процедила она сквозь стиснутые зубы. — Что я только не делала, он меня в упор не замечает, физически со мной, а вот душой с тобой. Я надеялась, что после твоей свадьбы он смирится, отпустит прошлое и обратит на меня внимание, но стало только хуже. Я уйти от него решила, а тут беременность эта. Я не хочу рожать. Зачем? Устала от всего. Мне так плохо, — разрыдалась она. Я чувствовала себя очень виноватой. Хотя в чем моя вина?

— Оксана, не делай этого, — прошептала Оля. — Я тоже когда-то собиралась сделать аборт, а теперь с ужасом вспоминаю тот момент, ведь Ванечку люблю больше жизни. Макар же не отказался от ребенка, он не бросит тебя, поможет растить и воспитывать.

— Я ему сказала, что оставлю малыша только в одном случае… — прошептала она, потупив взгляд. — Если он прекратит свое общение с Викой. Чтобы перестал искать с ней встреч. Оля, можно я у вас останусь? Завтра уйду. Не хочу домой.

— Оксана, мы с ним редко видимся, а в последнее время даже не созваниваемся. У меня есть Максим, — уверила я Васильеву.

Однако она ничего слушать не хотела, судя по всему во всех своих бедах винила меня. Оля заварила ей успокаивающий чай, а я отправилась в спальню, чтобы посмотреть, кто же мне названивал в десятый раз подряд. Сердце ушло в пятки, когда увидела на экране сотового номер Макара. Выскочила на балкон, чтобы никто не услышал мой разговор.

— Да, — прошептала, гадая, зачем он мне позвонил.

— Вик, умоляю… Нам надо увидеться. Пожалуйста, — с мольбой проговорил. — Мне помощь твоя нужна.

Я замерла, сердце гулко забилось о ребра. Я ведь обещала, что не брошу его в беде, но и встречи эти были не правильными. Особенно учитывая сложившуюся ситуацию.

— Где ты? — спросила, искусав губу от волнения.

— В автосервисе, — ответил он безжизненным тоном.

— Жди, скоро буду, — ответила и повесила трубку. Зажмурилась на миг, отгоняя от себя ненужные мысли.

Вернулась в комнату, подхватила сумку и выскочила в коридор.

— Ты куда собралась? — удивился Леша.

— Домой. Не хочу своим присутствием нервировать Оксану, — прошептала, чтобы Васильева не услышала. — Я потом тебе позвоню.

— За рулем будь осторожна, — сказал брат и обнял меня. Знал, что если я что-то решила, уже не переубедить, поэтому не настаивал на том, чтобы я осталась. Я лишь кивнула и выскочила на улицу.

Села в машину и направилась в автосервис Полякова. Как раз собиралась проверить тормоза, а то в последнее время как-то странно вести себя стали, да и стук какой-то появился. Решила совместить сразу два дела. Добралась очень быстро. Заехала на территорию сервиса. Макар стоял на улице и курил. Я кивнула ему в знак приветствия.

Поляков крепко обнял меня и тяжело вздохнул. Услышав мою просьбу начет машины, попросил механика проверить мой автомобиль. Мы вошли к Полякову в кабинет. Он опустился на кожаный диван и схватился руками за голову.

— Слышала последние новости? — поинтересовался он, не поднимая на меня взгляд.

— Да. Оксана сейчас у Оли и Леши. Она напугана, растеряна и расстроена, — выдохнула я, переплела пальцы. Было невыносимо видеть как он страдал.

— Она хочет убить моего ребенка. А еще взбесила меня своим заявлением о том, что оставит его только если я тебя вычеркну из своей жизни, — горько усмехнулся Макар и схватил со стола пачку сигарет. Его руки дрожали, но он старался не показывать, как ему плохо. Вот только я все чувствовала. Выдернула у него из рук сигареты и покачала головой.

— Макар, соберись! — зарычала я. — Ты должен сейчас не здесь быть, а с Оксаной. Уверить ее в том, что не бросишь малыша, что станешь для нее опорой, любящим мужем. У нее под сердцем твой ребенок. Если она хочет, чтобы ты вычеркнул меня, то сделай это. Даже если прекратим общаться, все равно останемся родными друг для друга. Так что поднимайся и поехали к Леше. Тебе надо успокоить свою девушку и сделать ей предложение руки и сердца.

— Мне страшно, — признался он, потупив взгляд. — Я боюсь становится отцом. Всегда мечтал о том, что мы с тобой будем растить детей. Не жизнь, а черт знает что.

Я села рядом с Поляковым и крепко обняла его.

— Ты нужен ей и своему малышу, — выдохнула, взъерошив его волосы. — Уверена, что и Сергею Ивановичу было страшно становится отцом, однако он был для тебя наставником, научил тому, что знал.