Гонки на выживание - Хилари Норман

– Ты его любила.

– Да.

– Это многое объясняет. Да, теперь мне многое стало ясно: и насчет Андреаса, и вашего с ним разрыва, и даже того, через что тебе пришлось пройти, когда ты приехала в Сент-Поль. – Он покачал головой. – Я понятия не имел о таком последствии аварии и об искусственном оплодотворении тоже. Андреас мне ни слова не сказал.

– А ты думал, он скажет? Ты же его хорошо знаешь. Он никому не сказал, даже отцу.

Несколько минут они сидели в молчании. Официант маялся неподалеку, не зная, убирать суповые тарелки или нет.

– После развода прошло больше десяти лет, – наконец заговорил Даниэль. – Ты не пыталась вступить в новый брак, и он тоже.

– Моя жизнь была полна, – возразила она, словно оправдываясь. – Были мужчины…

– Я не сомневаюсь, что были, – улыбнулся он, – но ни один из них, по-видимому, не стал единственным.

– Верно. Но, ты понимаешь, это отчасти из-за того, что я решила жить в Нормандии. Там, как нигде, люди ценят покой и не любят суеты.

– Нет, Али, это не объяснение. Ты же практически жила в двух шагах от Довиля, куда год за годом толпами стекаются в поисках развлечений самые богатые люди планеты! Если бы ты только захотела… стоило тебе высунуть нос из своей башни слоновой кости, как тебя подхватили бы мгновенно.

– Спасибо, – засмеялась Александра.

– Ты все еще его любишь, да?

Вопрос поразил ее.

– Прошло больше десяти лет, Дэн, ты сам так сказал. – Она пожала плечами. – Конечно, я хорошо к нему отношусь… он всегда был мне дорог, но все остальное умерло уже давным-давно.

Даниэль снова взял ее за руку.

– Ели бы я мог в это поверить, Али, – заговорил он, взвешивая каждое слово, – если бы я думал, что между тобой и Андреасом все кончено, ты же знаешь, я бы…

– Дэн, прошу тебя, не надо… – Она отняла руку.

– Прости, – смутился он.

– Не извиняйся, прошу тебя. Я вовсе не хотела… – Она умолкла в растерянности.

– Я знаю, что ты не хотела. Все в порядке. Мне не следовало начинать этот разговор. – Он грустно улыбнулся. – И вообще мы отклонились от темы. Бобби, ты не забыла? Сейчас важнее всего она.

– Надеюсь, я не слишком сильно тебя расстроила, Дэн, дорогой. Ты имеешь полное право меня возненавидеть.

– Господь с тобой! За что?

– За то, что взвалила на тебя такую ношу! И за то, что скрывала от тебя все эти годы.

Даниэль сделал знак официанту убрать суп и заверил его, что повар ни в чем не виноват. Потом он повернулся к Александре.

– Не стану отрицать, я был потрясен, и все же… как я уже говорил, эта мысль пришла мне в голову, когда она родилась, и… – Он вздохнул. – Как оказалось, мне так и не удалось полностью от нее избавиться.

– Мы не должны забывать, – напомнила Александра, – существует пятидесятипроцентная вероятность, что это не так.

– Я бы сказал, что этот процент может быть еще выше, но не думаю, что статистика в данном случае так уж важна. Ты согласна?

Она кивнула.

– Давай посмотрим в лицо фактам: сегодня, в День благодарения 1982 года, я узнал, что у меня, возможно, есть шестнадцатилетняя дочь. Это чудо. Дитя моей мечты. – Его лицо помрачнело. – У меня уже был ребенок, Али, призрачный, как мечта, но ему не суждено было родиться. А это дитя существует. Эта девочка живет и дышит, смеется и плачет, причиняет своей матери боль и дарит радость. – Его глаза заблестели от слез. – И ты думаешь, я должен ненавидеть тебя, Али? За то, что ты подарила мне возможность хоть помечтать о Бобби?

Александра не смогла сразу заговорить. Теперь настал ее черед потянуться через стол и взять его за руку.

– Одно можно сказать точно, – проговорила она наконец, – мне очень приятно думать, что Бобби могла бы быть твоей дочерью. – Она изо всех сил старалась найти верные слова. Честные слова. – Для Андреаса это было ужаснее всего… эта невозможность зачать собственного ребенка…

– Андреас – отец Бобби, – решительно перебил ее Даниэль. – Это факт, и ничто на свете не сможет его изменить. Для них двоих ничто не должно измениться, Али.

– Надеюсь, для них ничего не изменится, – согласилась Александра. – Вот потому-то я и решила обратиться к тебе за помощью. – Ты хочешь, чтобы я за ней приглядывал.

– Я хочу, чтобы ты оберегал ее, Дэн.

– Это будет непросто, раз она не должна знать, почему меня так волнует ее судьба. – Он встревоженно взглянул на Александру. – Мне придется ее обманывать.

– Дэн, дорогой… – Она наклонилась ближе. – Уж теперь-то, когда ты знаешь, почему Андреас так странно себя вел в течение многих лет, почему у него бывают эти приступы гнева…

– Но сейчас он изменился к лучшему, Али. Он осознал свои ошибки, понял, как много потерял…

– Я не хочу, чтобы он еще раз потерял Бобби. Но я волнуюсь… нет, я просто в ужасе при мысли о том, что в один злосчастный день он может хотя бы на минуту утратить с таким трудом обретенную ясность ума, что эмоции опять возьмут верх… – Она закусила губу. – Бобби может пострадать, Дэн. Физически пострадать. Даже погибнуть.

– Я это понимаю, Али, но…

– Я прошу только об одном: держи меня в курсе всего, что происходит. Бобби всегда была правдивой девочкой, но в последнее время она боится мне доверять, боится, что я не одобрю… и в этом она скорее всего права. А сейчас, находясь за тысячи миль от нее, я ужасно боюсь утратить последний контроль над ней.

– Может, тебе следует подумать о переезде в Нью-Йорк? Ну хоть на время?

– Не думаю, что это правильный шаг. С таким же успехом я могла бы открыто заявить, что не доверяю им обоим. Я действительно хочу, чтобы они укрепили свои отношения, Дэн. Я должна сделать для Андреаса хотя бы это.

Он долго обдумывал ее слова, но в конце концов кивнул.

– Хорошо. Я понаблюдаю за ходом дел. Я даже готов, если хочешь, посылать тебе письменные отчеты о ее успехах. Только за рулем, конечно. Я не собираюсь совать нос в их личные отношения.

– Безусловно, – согласилась она. – Мне нужен не частный детектив, а разумный человек с чутким и добрым сердцем. Не могу тебе даже передать, какое это облегчение для меня. – Александра с признательностью посмотрела на него, потом опустила глаза на нетронутые блюда. – Знаешь, я совсем не голодна. Что о нас подумают?

– Спишут со счетов как невежественных американцев.

Александра задумалась, ее губы тронула улыбка.

– Хорошо бы это был уже следующий День благодарения, Бобби вернулась бы домой целая и невредимая, а все тревоги были бы уже позади.

Она опять взглянула на него с тревогой.