Книга песен Бенни Ламента - Эми Хармон

Мы поехали в Детройт забрать его тело. Чтобы подтвердить родство, Эстер пришлось предъявить удостоверение личности. В ее паспорте значилось «Эстер Ламент», и общей фамилии оказалось достаточно для доказательства. По иронии судьбы, фамилии отца и дочери совпали впервые.

– Это ваш отец? – спросили Эстер.

– Это мой отец, – ответила она.

Мы привезли тело Джонсона в Нью-Йорк и похоронили рядом с Мод Александер на кладбище Вудлон – единственной общей обители, которую они смогли разделить, но уже после смерти.

А в 68-м в Мемфисе был убит Мартин Лютер Кинг. И мы задумались: а сбудется ли когда-нибудь его мечта? Слухи о причастности к мафии, вопросы о политиках, взятках и незаконных махинациях с использованием конфиденциальной информации заполонили эфир – как в 63-м, когда был застрелен Джон Кеннеди. Но я сомневался в том, что нам показывали и говорили правду. Я знал больше. Убийство Кинга тоже повлекло за собой беспорядки. И те города, в которых нас встречали доброжелательно, и те, из которых нам приходилось бежать, забурлили, как кипящие котлы. Это были для меня самые трудные дни, когда казалось, что уродство подавляет красоту, и когда я начинал думать, что отец был прав: выживают только гнилые.

– Его мечта сбудется, – напоминала мне тогда Эстер. – Самые большие мечты всегда сбываются. Я вот мечтала о тебе, не так ли?..

Она мечтала обо мне – сыне гангстера, игравшем на пианино и писавшем песни. И при всех своих ошибках и провалах отец сделал так, чтобы эта мечта сбылась. Ни одного дня, ни одной минуты, ни одного часа я не жалел о том дне, когда пошел с ним в «Шимми» послушать пение Эстер Майн. В горе и в радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии, в черном цвете и в белом – мы смогли создать свою семью… Со всеми осколками и черепками, которые принесли с собой.

Я примирился с отцом и тем выбором, который он сделал. Я больше не держал на него обиды. И может быть, его выбор позволил мне сделать лучший выбор. А это все, что мы можем оставить нашим детям. Лучший выбор.

Ток-шоу Барри Грея

Радио WMCA

Гость: Бенни Ламент

30 декабря 1969 года

– Эй, ребята! Многие из вас наверняка задаются вопросом: а почему сегодня с нами нет Эстер Майн? Мы планировали увидеть ее в нашей студии, надеялись, что она к нам придет. Бенни и Эстер обычно не появляются на шоу друг без друга. Но рождественским утром они снова стали родителями. У вас родилась дочь?

– Да, – подтверждает Бенни. – У нас уже есть двое сыновей – Бо и Джек. И вот теперь появилась дочка. Мы назвали ее Джулианой-Мод – в честь наших матерей.

– Я уже вошел в историю – в историю радиобесед – благодаря интервью, проведенному по телефону, – говорит Барри Грей. – Я держал трубку у микрофона и разговаривал в эфире. С тех пор технологии усовершенствовались. И мне думается, что будет даже знаменательно закончить это десятилетие еще одним телефонным интервью. Эстер, вы нас слышите?

– Да, мистер Грей, я вас слышу, – отвечает Эстер Майн; ее голос на проводе приобретает металлическое звучание, но это точно она.

– Добро пожаловать на шоу Барри Грея, Эстер! Нам очень хотелось бы, чтобы вы были сейчас здесь и пели вместе с Бенни, но я гарантирую, что моя аудитория ловит затаив дыхание каждое ваше слово.

– Мне тоже хотелось бы находиться сейчас в вашей студии, Барри. В память о счастливых моментах в прошлом. Вы поддерживали нас с самого начала, – говорит Эстер Майн.

– К сожалению, Эстер, я могу дать вам лишь несколько минут, а Бенни уже многое нам рассказал…

– Уверена, что он не рассказал вам самого главного, – перебивает ведущего Эстер, и Барри смеется.

– Расскажите нам о своей семье. Где сейчас ваши братья? Чем занимаются? Мы с Бенни практически не поговорили о Ли Отисе, Элвине и Мани.

– У нас такая большая семья! За всеми сразу и не уследишь, – усмехается на другом конце провода Эстер.

– Ли Отис больше не играет на ударных? – спрашивает Барри Грей.

– Играет, но не в группе, а для себя. Он играл с нами только первые пару лет. Он никогда не мечтал о карьере музыканта. И не такой жизни себе желал. Но благодаря нашим концертам он смог оплатить учебу в колледже. И теперь он – профессор Майн.

– Но Мани до сих пор играет соло на гитаре, – вставляет Барри Грей.

– Он играет на гитаре соло и продолжает на меня ворчать. Они с Эстер так и норовят опустить меня с небес на землю, – признается Бенни Ламент.

– А Элвин? Что с Элвином? Я никогда не встречал более приятного и располагающего к себе парня, – признается Барри.

– Элвин стал священником, – отвечает Эстер. – Он уехал в Сельму и учредил там собственную церковь. Баптистскую церковь преображения.

– Никто не молится так, как Элвин, – замечает Бенни.

– И никто не играет так, как Бенни, – говорит Эстер.

– Да, – кивает Барри. – И никто не поет так, как поете вы, Эстер! Мы должны услышать песню в вашем исполнении. Я понимаю, вы не привыкли петь для своей аудитории по телефону, но вы с Бенни каждое шоу заканчиваете одной и той же песней.

– Верно. Мы в шутку называем это «бомбардировкой» сцены, – усмехается Эстер.

– Споете нам несколько строк, Эстер? – спрашивает мистер Грей.

– Только если Бенни будет петь со мной. Ты там, Бенни?

– Я здесь, Эстер.

– Не подведи меня, Бенни Ламент! – говорит Эстер и тихо запевает. – Его зовут Бомбой, не зная, когда он взорвется.

– Его зовут Бомбой, он в Гарлеме круче всех бьется, – подхватывает Бенни, как всегда, понижая октаву на последней ноте.

– Его зовут Бомбой, потому что большой он и громкий. Его зовут Бомбой – берегите свои перепонки! – поет Эстер.

– Можно мир обойти, но такого бойца не найти. – На последнем слове голос Бенни понижается так, что звучит под стать альпийскому рогу.

– Если жизнь дорога, не вставай у него на пути! – вместе заканчивают припев Бенни и Эстер.

Барри Грей хлопает в ладоши, и все смеются.

– Запомните, ребята! – обращается к своим слушателям Барри Грей. – Вы еще не раз услышите этот дуэт! Бенни Ламент и Эстер Майн, спасибо вам за то, что были с нами этой ночью. И спасибо за то, что показали нам, что значат перемены и как они случаются. Я лично вам за это очень благодарен.

– Спасибо вам, Барри, – говорит Эстер.

– Спасибо вам, Барри, – вторит Бенни. – За все.

– Эй, Бенни! – восклицает Эстер, словно собирается закончить свой выход в эфир веселой шуткой.