Отчаянные - С. Стивенс

Келлан закрыл глаза:

– Скандалом является то, что ты делала с самого первого дня. – Он снова распахнул их. – А теперь ты спрашиваешь, нравится ли мне это? Нет, никогда не нравилось!

– Ты сам согласился, Келлан, – ответила Сиенна уже деловым тоном. – Никто тебя не заставлял.

Он разинул рот. Я тоже. «Никто нас не заставлял?» Нас запугивали, нами манипулировали на каждом шагу! Келлан, как мог, убеждал публику, но в этой схватке он проиграл.

– Никто не заставлял… – Келлан даже не сумел закончить фразу.

Сиенна раздраженно выдохнула, как будто мы пролились дождем на ее радостный новостной парад:

– Послушай, я лишь сказала, что нельзя раскрывать правду. Я не говорила, что нельзя покончить с парой Келл-Секс. Если тебя так корежит, что даже вершина мира тебе не мила, то после турне мы «расстанемся». У меня будет разбито сердце, но я быстро утешусь, а когда все увидят, как мне классно с новым кавалером, вы с женой будете свободны и заживете спокойно. Проблема решена.

Мои мысли настолько смешались, что я не сразу сумела изложить их внятно.

– Где же она решена? Я останусь женщиной со стороны, которая разбила тебе жизнь.

– Мы скоро будем на месте, – вздохнула Сиенна. – Я просто хотела позвонить и… поздравить вас с успехом.

С очередным потерянным вздохом она отключилась.

Все молча таращились на телефон. Первой очнулась Анна:

– Похоже, ребята, она не собирается вам помогать?

– Нет, и никогда не собиралась, – покачал головой Келлан. – Мы должны исправить это самостоятельно.

Анна поймала мою руку и стиснула ее. Она воочию видела, как со мной обращались.

Гриффин с Гибсон наконец присоединился к нам. Эван и Мэтт недоуменно переглядывались: вне нашей драмы успех команды был оглушителен.

– Что рожи-то такие? У всех запор? Кофе плохой? – Гриффин сунул нос в мою полупустую чашку.

Эван принялся его просвещать, Келлан был погружен в раздумья. Гриффин захлопал глазами, как только услышал о втором месте у «Чудил». Испугавшись, что он от полноты чувств уронит дочку, я быстро встала и выхватила у него Гибсон. От нее пахло детской присыпкой.

– Ур-р-ра!.. – запрыгал Гриффин, воздев руки. – Второе место, малышка!

Он с воплями побежал по проходу. Если кто-то из «Крутого поворота» еще и спал, теперь все точно проснулись. Водитель со смехом качал головой.

Не заразиться ликованием Гриффина было трудно. Эван и Мэтт присоединились к нему в середине автобуса, а Келлан встал и направился ко мне с абсолютно беззаботной улыбкой. Наши проблемы подождут, ребята нуждались в минуте славы.

Они резвились, толкая друг друга. Мэтт оглянулся на Келлана:

– Второе место, Келл! Мы на второй строчке!

Келлан, с виду успокоившийся, рассмеялся и забрал у меня Гибсон:

– Ясное дело, старик. Просто чума!

Улыбаясь товарищам, он начал раскачиваться с Гибсон на пару, и та – клянусь! – отвечала ему улыбкой.

– Второе место… – ошеломленно тряс головой Эван. – Сразу после Сиенны Секстон. Полгода назад мне бы такое и не приснилось!

Гриффин принялся всхрапывать и непристойно двигать тазом, так что мне захотелось прикрыть Гибсон глазки.

– Только не мне! Я всегда знал, что в один прекрасный день заправлю Сиенне с тыла…

Пока Гриффин изображал секс с Сиенной, в общий отсек потянулись ребята из «Крутого поворота». Прежде чем сесть, они едва взглянули на Гриффина, так как привыкли к его клоунаде. Когда он начал «кончать», я быстро заткнула уши. Мне хватило раза, когда я подслушала это дело по-настоящему: Анна и Гриффин были шумными любовниками.

Басист закончил свое эротическое шоу и раскланялся. Мне осталось лишь посмеяться вместе с сестрой и ребятами. Анна рукоплескала. Грубость Гриффина начинала мне нравиться, но я не призналась бы ему в этом ни за какие коврижки. Он только расстарался бы, пока меня бы не затошнило.

Качая головой, Мэтт хлопнул Гриффина по спине:

– Славно, братуха, что ты теперь муж и отец, а не изменился ни капли…

– А ты чего ожидал? – фыркнул Гриффин, заправив за уши светлые патлы.

Когда смех сошел на нет, Келлан поочередно взглянул на членов группы. Эван и Мэтт оценили выражение его лица и сосредоточились. Мэтт наподдал Гриффину, чтобы тот прекратил валять дурака. Когда все уставились на Келлана, тот произнес:

– Завтра утром мы выступаем на радиостанции. Играем две песни, пиарим альбом и концерт, дальше уходим. Я не хочу петь. – Продолжая баюкать Гибсон, он посмотрел на меня. – Я хочу рассказать им все.

Я сглотнула, тут же чрезвычайно встревожившись.

– Ты собираешься без ведома Сиенны и Ника поведать миру о том, что они сделали? Как манипулировали тобой?

– А также о том, кто такая ты, – кивнул Келлан.

Мои губы дрогнули в улыбке, а к горлу одновременно с этим подступил ком.

– Тогда я тоже. Дадим совместное интервью.

– Уверена? – вскинул брови Келлан. – Это же чуть ли не крупнейшая станция на Восточном побережье.

Я перестала улыбаться и помрачнела, представив, как говорю в микрофон перед тысячами людей.

– Да, уверена. Если ты затеешь еще что-нибудь отчаянное: швырнешь псу под хвост и фирму твою, и величайшую на планете поп-звезду, я все равно буду рядом. – Я вскинула руку и показала ему татуировку на запястье. – Хватит прятаться. А теперь позволь отлучиться, иначе в штаны наложу.

Келлан со смехом поцеловал меня, потом повернулся к ребятам:

– Это и вас касается. Если я выложу всем и каждому, что мы сделали ради продаж, нам это может повредить. Сиенна верно сказала, клеймо останется на многие годы. Что скажете, парни?

Я пристально следила за ними. Келлан был прав, пострадает вся группа. Это была одна из причин, по которым Келлан тянул время.

Эван подошел и стиснул меня так, что я едва не задохнулась.

– Меня давно бесил этот бред про парочку Келл-Секс, и я буду счастлив с ним покончить.

Келлан кивнул и посмотрел на Мэтта. Тот был менее сговорчив и крайне серьезно относился к карьере «Чудил». Как ни тяжело признавать, мы с Келланом намеревались устроить скандал, который и вправду мог причинить вред группе.

Мэтт выдержал взгляд Келлана, но промолчал.

– Прости, Мэтт… – пожал плечами Келлан, ощутив напряжение. – Я честно не ожидал ничего подобного… и совесть не будет чиста, если мы все не договоримся.

Мэтт улыбнулся и хлопнул его по плечу:

– Ты правильно поступаешь, старина. Не парься. – Он поочередно указал на каждого из «Чудил». – Все, что нам нужно, – забацать второй альбом, настолько крутой, чтобы вся эта фигня не стоила выеденного яйца.