Чернильные цветы - К.О.В.Ш.

– Прелесть, – хмыкнул парень. – Пошли поедим где-нибудь? Я сейчас сдохну.

Рокса хотела возразить, но ее желудок так жалобно заурчал при мысли о еде, что пришлось согласиться. Булочка, что она съела почти час назад, бесследно растворилась.

– У меня дома есть котлеты, – вздохнула училка, собирая вещи.

Вечер в обнимку с подушкой и кино с Хью переносился на потом.

* * *

Когда они вышли из школы, выяснилось, что Андреев не взял зонт, и пришлось идти под одним. Причем из-за большого количества сумок у обоих было так неудобно идти, что Рокса просто плюнула и убрала ненужную вещь в пакет. Ливень тут же буквально обрушился на голову, но девушка упрямо шла и говорила на французском про то, как омерзительна нынче погода.

Кирилл же больше слушал ее, чем участвовал в беседе, потому что сосредоточенно смотрел под ноги, не желая наступить в лужу.

–Как насчет посидеть тут?– вдруг предложил он, увидев вывеску своего любимого итальянского ресторана.

Рокса скептически посмотрела на вход. Она была в этом заведении всего раз и знала, какие там цены. Стало неловко. Не хотелось бессмысленно отдавать кучу денег за ужин, зная, что дома вкусные котлетки, которые с любовью приготовила младшая сестра. Тем более день рождения Лу и подарок вышли достаточно дорогими, и Рокса не хотела тратить то немногое, что осталось до зарплаты на глупости типа ресторана. Но сказать было стыдно.

–Я угощаю,– спокойно сказал Кир, видя замешательство училки. – Мы можем позаниматься и там.

–Не надо меня угощать,– тут же гордо сказала Рокса. – У меня есть деньги. Просто не хочу туда идти. У меня там было неудачное свидание,– соврала она.

–А сейчас будет крайне удачный ужин со мной. Пошли. – Он хотел взять ее на буксир, но Рокса выдернула руку и продолжила стоять под дождем. – Куколка, мне холодно и голодно, пошли поедим.

–Я не куколка, и я не пойду,– вспыхнула училка, собираясь уходить.

–Что ты как маленькая?– взбесился Андреев, мысленно уже вгрызаясь в сочный стейк, который тут шикарно жарили.

–Это ты маленький и глупый школьник,– разозлилась Рокса и пошла в сторону своего дома.

Кир постоял ровно секунду, прежде чем взорвался окончательно. Достало. Все! Школа, училка, семья, Кропоткин. А больше всего достало, что эта стерва опять назвала его глупым малолеткой! Еще и пошла, гордо виляя своей красивой задницей.

– Сука!

У Андреева даже глаза потемнели от злости. Он в два шага догнал ее и резко развернул к себе. Это было не сложно, учитывая разницу в их росте и телосложении.

–Попробуй еще раз назвать меня мелким школьником!– заорал Кир на французском.

–А как тебя назвать? Имбецилом?– Рокса смотрела, как вода дорожками стекает по лицу Андреева.

Кирилл секунду смотрел на нее. Они оба были без шапок в этом дурацком декабре. В легких пальто, настолько легких, что губы посинели от холода. С мокрыми волосами, которые вымыл ливень, с ледяными руками, потому что оба ненавидели перчатки. И с прожигающей взаимной ненавистью друг к другу. Она всего лишь дурная малолетняя училка, у которой потек карандаш для глаз, у которой прыщ на подбородке и глаза, как васильки. А еще у нее гордости, сарказма и бараньего упрямства больше, чем воды в Тихом океане.

– Ты заебала.

Кирилл с такой злостью поцеловал ее, что искры посыпались из глаз.

Рокса тут же попыталась вырваться, но хватка у Андреева была железной. Он продолжал мучить ее холодные мягкие губы, кусая и углубляя поцелуй, снова и снова впечатывая свои губы в ее. Капли дождя разбивались о лицо, как мелкие камешки, небо было серым от грозовых туч. Рядом горела вывеска любимого ресторанчика, а Кирилл продолжал целовать губы своей училки, проникая языком в ее рот. Рокса была шокирована, мычала и пыталась вырваться, пока теплый язык школьника проводил по ее нёбу и ровным зубам. Он держал ее крепко в своих руках и нагло, как садист, продолжал вырывать поцелуй. И в этом было что-то дикое, странное и будоражащее.

И все же Роксе хватило сил отпихнуть его, или он ей это позволил. Она отстранилась, тяжело дыша.

– Ты офигел?! – заорала она.

Кирилл хотел ответить что-то едкое и емкое, но, когда поднял на нее глаза, то промолчал. Училка казалась такой сексуальной и горячей, что внутри все скрутило от желания ее трахнуть. Либо он сейчас уйдет домой, либо она его добесит до беды.

– Перенесем занятие на завтра, – грубо бросил парень и ушел в противоположную от ее дома сторону.

Рокса осталась стоять перед входом в ресторан, провожая его взглядом. В голове повис вопрос без ответа.

Какого черта произошло?!

Учительница как-то заторможенно потянулась к телефону, чтобы позвонить наглецу и оборать его, но мокрые холодные пальцы случайно ткнули на кнопку проигрывания, и на пол-улицы заиграла песня, стоявшая до этого на паузе:

 Город просто погас, и остался лишь он,Запах тела твоего, тела твоего звон…  

Рокса попыталась выключить песню, но телефон не слушался, словно издеваясь.

 Цветут цветы среди огней, среди чужой большой любви,Цветы-глаза, цветы-слова c холодным запахом зимы[71].  

49. Передо мною бездна, и я стою у края [72]

Рокса остервенело чеканила шаг по мокрому асфальту, цокая каблуками. Мерзкий Андреев. Черт бы побрал его гормоны. Совсем страх потерял! Поцеловал ее прямо на улице.

– Тупой малолетний придурок! – Рокса скинула грязные сапоги и на ходу бросила на пол мокрое пальто. – Лу, ты дома?

Ответа не последовало, тогда Роксана пошла на кухню и схватила холодную котлету прямо со сковородки. Тут же уселась на стул и закурила, прикрыв глаза. Хотелось заглушить чем-то взбудораженные мысли. Самым ужасным было то, что целовался мерзкий Андреев потрясающе. Так потрясающе, что хотелось поскорее забыть это безобразие. Рокса затушила бычок и открыла глаза.

– Какого?..

Она двумя пальцами подняла со стола записку, на которую раньше не обратила внимания, так же, как и не обратила внимания на полупустую бутылку красного вина.

«Рокса, я уехала к Нику, вернусь