Миг бесконечности. Книга 2. Волшебный свет любви - Наталья Батракова

– Это плохо… Послушайся моего совета: если у вас, кроме секса, были романтические отношения, то обязательно покажи.

– Зачем?

– Ну, иногда на мужчин это очень даже действует.

– Зачем? – еще больше удивилась Катя. – Это мой ребенок. И потом, это уже ничего не изменит. А если он узнает, даже наоборот, усугубит, – скользнула тень по ее лицу. – А ты не пошутила? – снова закралось сомнение.

– Катя, я доктор. Разве такими вещами шутят? Я так понимаю…

– Ты правильно понимаешь. Я буду рожать, – предугадала следующий вопрос Проскурина.

– Ну что ж… Я рада, – улыбнулась Ольга. – В таком случае завтра… хотя знаешь… нет, прямо сегодня ляжешь на сохранение ко мне в больницу. Ранний токсикоз, матка в тонусе. Очень опасное время. К тому же поздняя долгожданная беременность. Лучше не рисковать. Тебя с работы отпустят?

– Отпустят, – кивнула Катя и добавила: – Я теперь безработная. Вчера уволилась.

– А как же?.. – снова появилась неуверенность в голосе Ольги.

– Это неважно. Без работы не останусь, – успокоила она. – Не это сейчас главное.

– Ой, Катя!.. А справишься одна?

– Еще как справлюсь! – убежденно заявила та. – Отец сердце подлечит, восстановится – возьму в няньки. Он давно мечтал о внуках. А я пойду работать.

– Ну, если так… Тогда прямо сейчас дуй в больницу, а я позвоню коллеге в отделение. Предупрежу. Завтра утром увидимся! – перешла она в соседний кабинет. – С одной стороны, я за тебя рада, с другой – жаль, что тебя не будет на моей свадьбе.

– А когда свадьба? – застегивая джинсы, уточнила Катя.

– Через неделю.

– Надо же… Я тоже была приглашена на свадьбу на следующей неделе, – вспомнила она.

– А к кому, если не секрет?

– Да так, хорошие люди. Правда, я с ними так и не успела познакомиться. Это друзья… Короче, теперь уже неважно, чьи. Все остальное в сравнении с этим, – с улыбкой кивнула она на фотографию, – не имеет никакого значения.

– Это верно. К тому же, как сказал Саша, холостяков среди его друзей больше нет, – поведала Ольга. – Один объявил, что женится, и второй вот-вот объявит.

– Да не нужен мне теперь никто, кроме моего ребеночка, – приложив ладони к животу, прислушалась к собственным ощущениям Катя. – Оля, ты не представляешь, какая я счастливая!

– Еще как представляю! – точно так же приложила ладонь к животу Ольга. – Не поверишь: вторая беременность, а ощущения – будто в первый раз. Как на крыльях летаю! А ты его любила? Ну, этого… Отца ребенка.

– Очень, – на секунду задумавшись, ответила Катя. – И сейчас люблю. Даже больше. За него, – опустила она взгляд на живот.

– Тогда вдвойне за тебя рада. Ребенок от любимого мужчины – это…

– Это продолжение мига бесконечности любви, – подсказала Катя.

– Точно! – с ходу согласилась Ольга. – Ну что? Ты на машине? – уточнила она. – Тогда тихонько, не торопясь, домой. Собираешь вещи в больницу, вызываешь такси и… В добрый путь! – протянула она бланк с диагнозом. – Тебя там уже будут ждать.

– В добрый, – кивнула Катя. – Спасибо тебе.

– Не меня надо благодарить, – замотала та головой и показала взглядом наверх: – А того, кто услышал твои молитвы, простил тебе твои грехи, если они были.

– Были… Но больше их нет, – подумав о чем-то своем, ответила Катя и направилась к выходу: – А ведь у меня сегодня день рождения! – обернулась она.

– Правда? Поздравляю! Жаль, подарка нет…

– Так ты меня уже поздравила самым дорогим подарком на свете!

– Ну тогда береги его!

Покинув медицинский центр, Катя остановилась на крыльце, еще раз достала листок.

«Беременность 5 недель. Угроза выкидыша», – прочитала она диагноз, спрятала бланк в сумку и опасливо глянула на ступеньки, поблескивающие в лучах опустившегося к горизонту зимнего солнца.

«Самый красивый диагноз в мире: беременность, – осторожно спускаясь вниз, с нежностью подумала она. – Я уже люблю тебя, малыш, – подойдя к машине, она снова провела ладонью вдоль живота и закрыла глаза: – Я все отдам ради тебя, на все готова. Отныне и навсегда мы с тобой вместе, – словно дала она клятву и вдруг… – Так вот почему во сне я слышала колокольный звон! Как благословение», – подумала она, улыбнулась и прошептала: – Спасибо!

«Миг бесконечности любви, – взглядом из окна Ольга проводила машину Кати. – Надо же: столько лет работаю, а никогда об этом не задумывалась. Надо с Сашей вечером поделиться».

– Позови следующий миг бесконечности любви, – попросила она отлучавшуюся из кабинета медсестру и добавила: – Да-да, именно так, – и улыбнулась недоуменно посмотревшей на нее девушке…

Включив настольную лампу, Вадим который час сидел в кабинете отца и пролистывал его дневниковые записи. Он не открывал их много лет. С тех самых пор, как поехал в Германию и познакомился с Флемаксом. И даже в кабинет старался не заглядывать без надобности, как и бывать в родительской квартире.

Сложно сказать, что мешало. То ли чувство вины, которое закостенело в его душе, то ли что другое. Фактически сегодня он впервые решил ночевать здесь по собственной воле. Как и впервые не захотел остаться на Сторожевке. По одной простой причине: настолько пусто и холодно, как сейчас, прежде там никогда не было. Он прочувствовал это сразу, едва переступил порог…

Выехав днем от матери, он все же решился и набрал номер Кати. Телефон был отключен. Значит, она не ждала его звонка или же не хотела. На всякий случай Вадим завернул во двор на Чкалова: знакомой машины не было.

«Может, к отцу поехала?» – подумал он, не догадываясь, что разминулся с Катей буквально на пару минут: когда он поворачивал во двор, она выезжала на Чкалова через другой проезд.

После работы Вадим снова завернул к ее дому. «БМВ» стояла на площадке у подъезда, но в окнах было темно. Он даже поднялся, позвонил в дверь – тишина. Где она могла быть? Или с подружками в кафе, или…

«Снег пошел, – сидя в машине, наблюдал он за крупными снежинками, обгонявшими друг друга в свете близстоящего фонаря. – Как и обещали… А ведь виза открыта, в любой день можно отправиться туда, где тебя любят и ждут. Все-таки, Генрих, – кольнула сердце игла ревности. – Нет… Судя по времени, когда здесь появилась машина, на самолет она не успела бы. Значит, отмечает… Что ж, может, оно и к лучшему, что встретимся завтра. Со всем, что случилось сегодня, надо переспать. Утро вечера мудренее», – решил он и поехал домой.

Переоделся, принял душ, собрал кое-какие вещи, сел в «Range Rover» и поехал к матери. Снег усилился и за какой-то час успел накрыть город пушистым белым покрывалом.

Пытливо заглянув ему в глаза, Нина Георгиевна все поняла без лишних слов: с Катей он не встречался. Поужинали молча, попили чай и разошлись: она к себе в спальню, а он – в кабинет. Присел в отцовское кресло, выдвинул ящик стола, достал потертые временем тетрадки. И стал читать. Запись за записью, страница за страницей. Сопоставлял даты, события, пытался понять, что же такое иногда хотел сказать отец. Останавливался, делал небольшие перекуры, смотрел в окно, за которым начался настоящий снегопад и думал, думал…