Долина Слез - Соня Мармен

– Я поняла.

Хайлендер слегка присвистнул, и на этот звук лошади ответили шумным фырканьем. Он направился к Бонни, по пути задев меня плечом. От него крепко пахло потом, и я поморщилась. Припав к щели, я стала внимательно осматривать двор и попутно размышлять, сумею ли выпутаться из этой переделки живой. Однако очень скоро мое внимание переключилось на хайлендера. Он не терял времени зря. Его жесты были быстрыми и точными, и двигался он очень уверенно, словно на дворе был белый день.

И тут я услышала чьи-то голоса, а потом и смех. Я прижалась к стене и рискнула выглянуть во двор. Из-за южного угла дома вышли двое солдат. Они то и дело прикладывались к фляжке с виски и, наверное, развлекали друг друга пикантными анекдотами. Один солдат споткнулся и схватил за руку своего спутника, чтобы не упасть. Тот пошатнулся под весом товарища. Оба были пьяны. Я облегченно вздохнула, когда они прошли через двор и скрылись за углом здания.

Все это время я чувствовала, что хайлендер наблюдает за мной. Обернувшись, я увидела, что так оно и есть. Он подошел, взял меня за подбородок и повернул к свету, чтобы получше рассмотреть мое лицо в полосе лунного света. Пальцем осторожно коснулся того места, куда пришелся удар Даннинга, поморщился и прищурил глаза.

– Вам больно, женщина?

Челюсть сводило от боли, ожог на плече горел, а между ног, казалось, все превратилось в одну сплошную кровоточащую рану.

– Нет, я в порядке, – соврала я.

Он отпустил мое лицо.

– Это сделал Даннинг?

Я не ответила. Он счел мое молчание знаком согласия.

– Мужчине не пристало бить женщину. Никогда.

– Он больше не сделает этого, – отозвалась я.

– Хм… Конечно, не сделает. Наши лошади готовы. Вы точно уверены, что не ранены? В противном случае поездка верхом только добавит боли.

– Вам мои раны не залечить, – заметила я с горечью. – И вообще, какое вам до них дело? Станет мне хуже или нет, это не помешает вам выкрасть меня, верно?

Он не ответил на мой выпад и только продолжал молча рассматривать меня в слабом свете луны, проникавшем в конюшню.

Я выпрямилась и, не моргая, выдержала этот испытующий взгляд. Хайлендер пробормотал что-то себе под нос и сделал мне знак садиться на лошадь. Мои дрожащие ноги нестерпимо болели, и я неловко уцепилась за луку. В следующее мгновение я почувствовала сильный толчок и тотчас очутилась в седле. Великан пронзил меня взглядом.

– Не знаю, что этот мерзавец с вами сделал, мисс, но он точно заслужил то, что получил. Вы ранены, я знаю. И вам нужна помощь доктора.

Он положил свою большую ладонь мне на бедро. В этом теплом прикосновении было что-то успокаивающее. Удивительное дело, но с каждой минутой я все меньше боялась этого человека. Пару секунд он ждал ответной реплики, но я промолчала. Тогда он передернул плечами и подал мне поводья.

– Я поеду впереди, – сказал он. – Если путь свободен, вы последуете за мной. Согласны?

– Да.

Он осторожно приблизился к двери, ведя за собой черного жеребца. Лошадь фыркнула и толкнула его головой в спину.

– Тише, mo charaid![18]– шепнул он на ухо нетерпеливому животному.

Со двора до нас донеслись крики. У меня замерло сердце. Хайлендер посмотрел на меня и кивнул. Вскочив на коня, он вновь окинул меня взглядом, а затем выехал из конюшни и ударил лошадь пятками, направив ее галопом к лесу. Мне не оставалось ничего, кроме как последовать его примеру.

Я слышала, как Петерсон выкрикивает приказы у нас за спиной. Проскакав через подлесок, мы скоро оказались на дороге.

Хайлендер подождал, пока я его догоню, и поймал Бонни за уздечку.

– Что вы делаете? – спросила я. – Они же нас догонят! Они видели, куда мы ускакали!

Он пронзительно свистнул и, насторожившись, подождал пару минут. В ответ донесся такой же звук. Мужчина сделал мне знак следовать за ним.

Мы пустили лошадей рысью по пыльной дороге, держась бок о бок. Мой спутник все время внимательно поглядывал по сторонам. Не успели мы отъехать и десяток метров, как на дороге перед нами, словно бы из воздуха, появились всадники – бородатые, вооруженные до зубов и одетые в клетчатые юбки. Они поспешно окружили нас. Бонни в испуге отшатнулась, да так резко, что я едва не свалилась в придорожные заросли папоротника. Мой спутник удержал лошадь за повод. Я замерла в седле под взглядами шести пар глаз, рассматривавших меня с крайним удивлением.

– А это еще что такое? – спросил один из мужчин.

Второй ухмыльнулся:

– Старик, это утешительный приз или…

– Заткнись, Исаак! К этой женщине не цепляться, ты меня понял?

– Ты шутишь, верно? Черт побери, да после того, что эти мерзавцы sassannachs с нами сделали, мы должны хоть немного развлечься!

– Нужно забрать наш товар. Но знайте, я своими руками задушу любого, кто тронет ее хотя бы пальцем!

Повисла тишина, но кто-то из мужчин все же буркнул что-то себе под нос. По тону хайлендера я сразу поняла, что он – главарь банды, который, не задумываясь, выполнит свою угрозу. Я уткнулась носом в шаль, втянула голову в плечи. У меня даже мелькнула мысль о том, а не лучше ли было бы, если бы я осталась в поместье? Мужчина, почти такой же высокий и плечистый, как мой спутник, выехал вперед и направился к нам. Его распущенные светлые волосы в свете луны отливали серебром.

– Лиам, mo bhràthair![19]Я знал, что ты выкрутишься! – сказал он, глядя на хайлендера.

Лиам… Так вот, значит, как его зовут! И этот блондин, взглядом раздевающий меня, должно быть, его брат.

– Кто эта… дама? – спросил он, приблизившись ко мне.

Бонни нервно заржала и ударила копытом о землю. Брат Лиама погладил ее между ушей и шепнул несколько ласковых слов, чем моментально усмирил непокорную кобылицу. Он поднял на меня глаза, и Лиам вкратце рассказал о событиях прошедшего дня и нынешней ночи. Шайка грубиянов молча внимала ему.

– А с ней что будем делать? – поинтересовался один из мужчин.

– Пока ничего.

Брат посмотрел на Лиама.

– Это дочка Даннинга?

– Нет! – не сдержалась я. – Я…

Он бросил на меня испытующий взгляд, и я умолкла, рассудив, что не стоит пока распространяться о себе. Однако он явно хотел удовлетворить свое любопытство, а потому спросил:

– Тогда служанка? Ты, Лиам, решил прихватить с собой из усадьбы приз или…

– Колин! – вскипел Лиам.

– А что я такого сказал?

– Она останется с нами, пока… пока мы не заберем наш товар. А потом мы ее освободим и отправим восвояси… целой и невредимой.