Музыка любви - Мара Фицчарлз

Он стоял так близко, что было просто невозможно проигнорировать его присутствие, не ощутить уже знакомый терпкий запах сандалового дерева. И не заметить его напряжение.

— Мэтью, это я! — прокричала она, чтобы быть уверенной, что брат слышит ее. — Я хотела сказать, что со мной все в порядке. Я… — Она замолчала, слушая брата. — Да. Да, я хочу извиниться. Я знаю, как вы волновались. Гроза налетела так неожиданно. И у меня сел аккумулятор. — Она снова замолчала. — Да, именно так. Я виновата. Ужасно, что я заставила вас так волноваться. Скажи мне, как… — Ханна рассмеялась, когда он ответил, не дав ей договорить. — Скажи им, что я еду домой.

Прикрыв трубку рукой, она повернулась к Майклу. Казалось, его вовсе не смущал тот факт, что он стоит рядом и слышит каждое слово.

— Ты уверен, что сможешь довезти меня до дома? Это по крайней мере час пути, и…

— Я уже сказал, что сделаю это, Ханна. Мне только нужно знать дорогу.

Несколько секунд она раздумывала, ехать ли ей с ним, потом решительно кивнула:

— О'кей. — И снова повернулась к телефону: — Я еду, Мэт, скоро увидимся.

Положив трубку, она затянула непослушную массу волос в жгут, заправила их под шлем и покорно взглянула на своего спутника.

— Спасибо, Майкл. Не люблю волновать своих. Мэтью уже собирался обратиться в полицию…

Он сдержанно кивнул в ответ.

Меньше чем через час мотоцикл свернул на дорожку, ведущую к дому Ханны. Она была уверена, что Майкл перекрыл все возможные рекорды, с такой невероятной быстротой он доставил ее домой.

Стягивая шлем с головы, она заметила Мэтью, стоящего в дверях. Смутившись, она неловко протянула шлем Майклу и, неуверенно улыбаясь, произнесла:

— Хочу сказать спасибо, что спасли меня от этого ужасного шторма. И что доставили меня домой в целости и сохранности…

— Пустяки, — отрезал он, холодно посмотрев на нее.

Ханну поразил его тон. Но, несмотря на свою растерянность, она продолжала улыбаться. Вежливо кивнув, секунду-другую помедлила, потом, резко повернувшись, пошла к дому.

Как хорошо, думала она, что Мэтью спешит ей навстречу. Это как раз то, что ей нужно в данную минуту. Увидев широкую улыбку брата и раскрытые ей навстречу объятия, она ускорила шаг.

И только он успел обнять ее, как раздался удаляющийся звук мотоцикла.

Почти сразу появилась Эмили и объявила, что готова сопровождать Ханну к брошенному автомобилю. И Ханна не заметила, как сама начала рассказывать кузине свою историю.

— …и он высадил меня на обочине и умчался на своем мотоцикле, — вздохнула она и нахмурилась, пытаясь самой себе объяснить неожиданное поведение Майкла Девлина.

— А мне показалось, он славный парень! И интересный, — заметила Эмили, посмотрев на Ханну. — Почему ты так расстроена? В конце концов каждый может ошибиться..

— Разумеется, — согласилась Ханна, изо всех сил стараясь не выдать своей растерянности. — Каждый может ошибиться. И уж конечно, каждый может забыть выключить фары!

— О, Ханна, ну уж этого я от тебя не ожидала!

— Извини. Я заставила всех волноваться! — с горечью воскликнула она. — Мэтью просто сам не свой… Представляешь, он поехал и купил мне новый аккумулятор. — Она вздохнула. — А ты вызвалась отвезти меня на место…

Эмили прервала ее ироничной улыбкой.

— Успокойся! Разумеется, все были обеспокоены твоим исчезновением. Но не до такой степени.

— Правда? — недоверчиво переспросила Ханна. — Не очень сильно, ты хочешь сказать?

— Не надо усугублять, детка. Вспоминай об этом, как о милом приключении.

— Эмили Джемисон, как ты можешь называть это милым приключением? — вспыхнула Ханна. — О Господи, разве мы ведаем, что творим? — Она помолчала, потом спросила: — Тебе приходилось менять аккумулятор?

— Не беспокойся, благодаря Таннеру я все об этом знаю, так как мне пришлось описывать подобное происшествие в «Смерти на рассвете». Помнишь, там один громила отключил аккумуляторы в двух грузовиках, как раз после пожара, который он устроил?

Ханна кивнула.

— Во всяком случае, я помню, как ты спорила с Таннером по этому поводу.

— Он такой дотошный, когда дело касается деталей. Я все время убеждаю его, что мне вовсе не обязательно убивать кого-то, чтобы потом описать это в своей книге. Но он настаивает, говорит, чем больше подробностей я включаю, тем более естественно выглядит сюжет. — Эмили отбросила волосы со лба и перевела взгляд на кузину. — Итак, вернемся к действительности. Поверь, на любое жизненное приключение можно посмотреть двояко. Про чашку, наполовину наполненную водой, можно сказать: она наполовину пуста или она наполовину наполнена.

— Мне бы твои способности! — прыснула Ханна.

— Послушай! — Голос Эмили зазвучал резче, ее переполняла очередная идея, — Ты подсказала мне прекрасную мысль. Как насчет «Убийства на пустоши»?

Ханна округлила глаза и прикусила губу, стараясь не рассмеяться, — ее забавлял энтузиазм кузины. Она знала привычку Эмили размышлять вслух и, по правде сказать, ничего не имела против. Хотя на этот раз Эмили немножко переигрывала, явно стараясь развеселить ее.

— «Ночь была темной, дул шквальный ветер… — изрекла Эмили. — Женщина тициановской красоты оказалась один на один с неотразимым и таинственным незнакомцем… Посреди безлюдной пустоши, продуваемой всеми возможными ветрами…» Ну как? Он был неотразим, ведь так?

— Да. — Ханна опустила глаза. — Но я не говорила тебе. Как ты… догадалась?

— Женская интуиция, — Она щелкнула пальцами. — И чуть-чуть творческого воображения.

Ханна покачала головой и тихо засмеялась.

— Твоя книга, должно быть, продвигается успешно? Ты никогда не бываешь такой беззаботной, когда у тебя проблемы.

— Я закончила ее как раз во время этого необыкновенного шторма, — гордо сообщила Эмили. — Успела напечатать последнее слово за две секунды до того, как Ребекка ворвалась в мое логово и сообщила, что ты исчезла.

— Прости…

— Не начинай снова, Ханна. Она такая, какая есть. Она подслушала, как мама и отец обсуждали, куда ты могла поехать, и, разумеется, предположила худшее.

— Может, мне надо… — начала Ханна.

— Не надо. Ты увидишь Ребекку сегодня вечером. Позволь маме опекать ее. А сама позаботься о себе и своей машине, — посоветовала Эмили.

— Хорошо, но я расстраиваюсь… когда у нее портится настроение.

— Ты готова броситься на помощь Ребекке? Я угадала?

— Конечно, дурища!

Эмили рассмеялась:

— Сама ты дурища! Ты все время жалуешься, что домашние слишком тебя опекают, и тут же готова мчаться к своей, кузине, потому что она, видите ли, расстроена!