Надежда в подарок - Шэрон Кендрик

Ей не надо было смотреть на вторую полоску, чтобы получить подтверждение. Ее сердце уже давно подсказало правильный ответ. Заставив себя сделать чашку горячего сладкого чая, она перешла в гостиную и опустилась на диван. К ней постепенно приходило осознание того, как сильно теперь изменится вся ее жизнь.

Итак, она беременна.

Беременна от шейха.

У нее будет незапланированный ребенок от мужчины, который презирает ее и ее образ жизни. Элла поставила на столик пустую чашку и прикрыла глаза.

В течение последних нескольких недель она старательно врала самой себе. Она притворялась, что ничего не случилось и внутри ее не растет тайна. Она почти убедила себя, что ей это только кажется. Вместе с пониманием алогичности собственного поведения пришло сильнейшее желание поделиться с кем-то гнетущей тайной, с кем-то, кто поддержит ее и поймет.

Она не станет звонить матери. Только не своей слабой, романтичной родительнице. И не станет говорить с сестрами, которые моментально все разболтают. Речи не может быть и об отце. Элла поежилась. Ее папа сойдет с ума, если узнает эту новость.

Остается брат Бен. Сообразительный Бен, который, со своей безупречной репутацией талантливого промышленного магната, всегда выступает в роли защитника женщин своей семьи. Сейчас он живет в великолепном доме на побережье и работает над очередным благотворительным проектом.

— Бен Джексон.

— Бен, это Элла.

— Элла, — пропел он в трубку. — Я тебя все еще не простил за то, что ты в спешке покинула остров после приема. Почему ты не явилась на обед на следующий день? Я очень хотел поболтать с тобой.

— Дело в том, что причина моего отъезда непосредственно связана с причиной моего звонка сейчас.

— Ты хочешь, чтобы я сам догадался, или расскажешь сама?

Элла шумно выдохнула.

— Бен, я беременна.

— Но ведь у тебя нет парня, Эл. По крайней мере, мне ты о нем ничего не рассказывала. Значит, что-то случилось на приеме по случаю обручения? Что произошло? Кто отец?

Элла шумно сглотнула, понимая, что следующая ее новость совсем не порадует брата и моментально свергнет ее с пьедестала любимой маленькой сестренки. Но рассказать кому-то об этом значило признать наконец реальность происходящего, а это сейчас было ей нужнее всего. Она не могла больше прятаться за иллюзиями. Не было смысла лгать Бену или пытаться придать рассказу некий блеск, совершенно неуместный в данных обстоятельствах. Она провела языком по пересохшим губам.

— Его имя Хасан аль-Аббас.

На этот раз голос Бена прозвучал незнакомо серьезно.

— Шейх?

— Именно.

— Ты собираешься родить ребенка от одного из самых влиятельных правителей Ближнего Востока?

Правда оказалась еще более угрожающей, когда прозвучала вслух.

— Похоже на то. — Она едва расслышала, как брат выругался на другом конце трубки. — Бен, не ругайся.

— А чего ты ждала? Ты подумала о том, во что ввязываешься? Ты разве не знаешь, какая у него репутация? Черт, Элла, я даже не знал, что вы встречаетесь.

— Мы не встречаемся! — попыталась защищаться она. — Совсем нет. Мы поспорили, а потом… потом…

— Избавь меня от подробностей, — быстро сказал он. — Вопрос в том, что делать теперь.

Элла положила руку на живот, который пока еще был плоским, зная, что это ненадолго. Глубоко внутри ее рос маленький эмбрион, который был одновременно частью жестокого темноглазого мужчины и ее самой. Наполовину Джексон. Первый внук или первая внучка Бобби и Джулии Джексон. Первый племянник или племянница ее братьев и сестер. Новая жизнь, которая скоро войдет в ее сумасшедшую, неблагополучную семью. Внезапно она ощутила острую необходимость защищать и уберечь от возможных бед только что зародившуюся жизнь, и одновременно к ней пришла уверенность в том, что все непременно закончится хорошо.

— Я буду рожать.

— Хорошо. — Бен издал вздох облегчения. — Это хорошо. А как же аль-Аббас? Что он об этом думает?

— Я ему ничего не сказала. Он не захочет становиться отцом, Бен. — Она вспомнила, как он покинул постель, словно вор под прикрытием ночи. — Я ему даже не нравлюсь!

— Но ты ведь собираешься ему сказать?

Элла снова подумала о Хасане. Не о том мужчине, который соблазнил ее и доставил ей незабываемое удовольствие, а о другой стороне его натуры. Она вспомнила холодную враждебную пустоту его бездонных глаз, и по ее позвоночнику побежали холодные мурашки.

— Даже не знаю, — отчаянно призналась она.

— Ты понимаешь, что от твоего решения зависит будущее, и предполагаешь, что может произойти? Он не только баснословно богат, но и обладает огромной властью. Мужчины очень ревнивы относительно того, что по праву принадлежит им. Он беспощаден, сестренка, не сделай ошибку.

Бен не сказал ей ничего нового, и она была согласна, что объяснение с Хасаном защитит ее саму и их ребенка. Элла почувствовала, как ее сердце учащенно забилось. Если бы это было в ее силах, она взмахнула бы волшебной палочкой и стерла навсегда воспоминания из своей памяти о бездушном шейхе. Но теперь речь шла не только о ее жизни. Речь шла о ребенке, и Хасан имел право знать о его существовании.

— Видимо, у меня нет другого выбора. Я расскажу ему.

— На самом деле выбор есть всегда. И мне очень хочется, чтобы Хасан с уважением отнесся к принятому тобой решению. Дай мне знать, если я смогу тебе помочь. Я говорю серьезно.

— Непременно. Спасибо, Бен. — Элла сглотнула комок непрошеных слез, подступивших к горлу. — И еще, Бен… ты ведь никому не расскажешь?

— Только если ты сама об этом не попросишь.

Положив трубку, Элла подумала, что надо поговорить с Хасаном как можно скорее. Внезапно она осознала, что ничего о нем не знает, кроме того, что он — шейх. Она даже не знает, где он живет! Она нахмурилась. Его помощник упомянул название страны, когда принес ей платье и сексуальные чулки. Каша… и что-то еще… Кашамак?

Она села за компьютер и набрала название в строке поиска. Кашамак оказался небольшой страной в пустыне, а Хасан — ее действующим правителем. Еще у Хасана был младший брат.

Она внимательно посмотрела на фотографию, где Хасан был одет в национальную одежду, в которой выглядел еще более неотразимо. Его густые темные волосы были спрятаны под белоснежным платком, перетянутым черной резинкой, украшенной серебром. Он выглядел совершенно необычно и на этот раз показался ей еще менее досягаемым.

Было очень странно видеть чувственный изгиб его рта и вспоминать, как искусно он ласкал каждый сантиметр ее тела. Она вспомнила, какой силы был испытанный ею оргазм, первый в ее жизни. Интересно, он заставляет дрожать от желания всех знакомых женщин?

Она с трудом отвела взгляд от фотографии и начала читать о Кашамаке. Она обнаружила немало интересных фактов о богатых природных ресурсах его страны и о проблемах с соседними государствами, конфликт с которыми недавно пришлось улаживать Хасану. Ей не надо было читать все это, чтобы убедиться, что для своего народа он был национальным героем. Ей требовалось узнать, где он живет, и она узнала. Но что теперь? Как ей связаться с человеком, который абсолютно недосягаем? Отдаленность его страны полностью лишает его возможности встречаться с такими, как она. Мобильного телефона он ей не оставил, совершенно очевидно уверенный в том, что они никогда не увидятся снова.