Тост за Кэри Гранта - Элли Блейк

Веранда бального зала была вся уставлена свечами. В такой романтичной обстановке Крис должен встретиться с женщинами, на одной из которых он, возможно, женится. Кара в это время была внутри, в обстановке далеко не столь романтичной. Держа в одной руке бокал шампанского, в другой – тяжелый длинный шлейф своего вечернего платья, она с трудом лавировала между камерами, громоздкими осветительными приборами и толстыми кабелями, тянувшимися по сверкающему паркету.

Адам восседал в кресле режиссера, с которого хорошо просматривалась веранда.

– Я так волнуюсь, будто это мне сейчас идти в кадр, – сказала она, падая на соседний стул.

Но Адам даже не удосужился посмотреть на нее, настолько был сосредоточен на друге. Он был похож на сжатую пружину, которая может вот-вот распрямиться.

Кара чувствовала себя не лучше. Она по-прежнему ощущала напряженность между ними. После разговора в лимузине о том, что Крис может уйти из шоу, камень у нее в груди стал еще тяжелее. Им обоим предстояло провести две недели бок о бок, и если Кара намерена удержаться в проекте, ей нужно найти способ наладить отношения с Адамом.

Она попробовала заговорить с ним снова.

– Все это нервирует, правда?

Ни слова в ответ.

Тогда Кара протянула руку и дотронулась до его колена. Адам вздрогнул так сильно, что и она сама подскочила от испуга. Но то, что она увидела в его глазах, заставило ее забыть про суету съемочной площадки. Это не было упрямство. Это не была игра в мужское превосходство. В его глазах Кара явственно увидела... боль.

Она снова положила руку ему на колено.

– С вами все в порядке?

– Вы не знаете его, – сказал Адам глухим голосом. – Он очень доверчивый и ранимый человек. Эти бабы сожрут его живьем.

Кара перевела взгляд на Криса. Адам Тайлер, убежденный холостяк, плейбой, светский человек, переживал за своего более молодого и не настолько искушенного друга. Они все острили, что Адам ведет себя, как телохранитель Криса, но внезапно Кара поняла, что это было правдой. По каким-то причинам Адам считал, что должен быть рядом со своим другом и защищать его.

Но почему? Насколько Кара могла заметить, женщины, которые участвовали в проекте, нервничали еще больше, чем Крис. И среди них Кара приметила знакомое лицо – это была Мэгги, девушка, которая не могла справиться с ключом. Она была наряжена в довольно симпатичное розовое платье, ее прямые светлые волосы падали длинными прядями на острые плечи и ключицы. Кара тогда подумала, что если Мэгги – участница проекта, то продюсеры выбрали Крису очень хороших невест. Эта девочка вряд ли кого-то могла «сожрать живьем».

– Дайте им шанс, – тихо сказала Кара. – Если я почувствую, что его хотят использовать, я буду защищать его вместе с вами. Хорошо?

Адам повернулся и пристально посмотрел ей в глаза. От его взгляда у Кары перехватило дыхание.

– Не надо играть со мной, Кара.

– Я не играю. У меня и в мыслях не было. Да, я едва знаю Криса, но он мне очень нравится. И я не стану спокойно смотреть на то, как человеку, который мне нравится, причиняют боль.

Адам кивнул. Потом еще раз. И, наконец, шумно выдохнул. Уголок его рта поднялся в слабой улыбке.

– Так мы союзники?

Все у нее внутри отозвалось на это мимолетное движение губ. Только теперь она поняла, каким сокрушительным обаянием обладает этот человек. Но она начала беседу с одной целью – заключить перемирие, и кажется, ей это удалось.

Кара протянула Адаму мизинец.

– Союзники.

Адам растерянно смотрел на ее палец. Кара улыбнулась и подцепила его мизинец своим, почувствовав тепло его кожи. Договор был заключен. И только потом Кара задалась вопросом: не был ли это договор с дьяволом, и что он потребует взамен?

Адам снисходительно разглядывал выставку невест.

Но тут же его взгляд вернулся к самой притягательной, на его вкус, женщине в этом зале. Она казалась то изысканной дамой в роскошных туфлях – с такой женщиной он счастлив был бы провести бурную ночь в шикарном отеле, то соседской девчонкой в линялых джинсах, с которой хотелось гулять по улицам, взявшись за руки.

Кара была подкрашена чуть ярче обычного, губы ее выглядели так, будто она ела землянику, и вся она была... очень сексуальной. Да, Адам признавал это и готов был поклясться, что под вечерним платьем, обтягивавшим ее как вторая кожа, было кое-что пособлазнительней, чем белые хлопковые трусики... Ее зеленые глаза мерцали, и каждый взмах ресниц, казалось, скрывал удивительные истории. Каждая ямочка на ее щеке говорила, что у этой женщины есть, что ему рассказать. И если Кара еще раз, по своей привычке, закусит нижнюю губу, то он может не удержаться и сам попробовать, какова она на вкус...