Принцесса грез - Светлана Лубенец

На следующее утро за завтраком Кардецкого опять не было. Алена хотела расспросить о нем девочек, но Марианна начала первой:

– И где же ты вчера была? Мы за тобой заходили, как обещали, перед дискотекой, а дверь нам никто не открыл!

– Понимаете… так получилось… В общем, я вышла из номера… по делу… а навстречу – Измайлов… – И Алена принялась рассказывать историю с котенком.

– Будешь утверждать, что с Кардецким не встречалась? – с каким-то змеиным шипением спросила Марианна.

Алена не подала виду, что упоминание фамилии Степана задело ее за живое.

– Не встречалась! – сказала она чистую правду и предложила: – Знаешь что, Марианка, давай-ка объяснимся! Я же вижу, что ты мной очень недовольна. Не из-за дискотеки же! Про котенка я сказала правду, Володя может подтвердить. Да и на котенка можете посмотреть: он теперь будет жить на первом этаже, на вахте. Так в чем все-таки дело, Марианна?

– Ну хорошо… – ответила та, чертя по столу вилкой. – Пожалуй, ты права! Надо, как говорится, расставить точки над «i». Мне нравится Степан, понятно? Мы с ним… дружили… очень… А тут вдруг являешься ты, и все рушится… Его как подменили! А тебе ведь он неприятен! Мне Соня говорила…

Алена машинально посмотрела на Соню. Та пожала плечами и сказала, глядя на Алену честными глазами:

– Но ведь это же так! Ты же сама говорила… Я же не секрет выдала, правда?

Алена кивнула, хотя понимала, что это уже не очень и правда. Ее отношение к Кардецкому странным образом переменилось. Нет, Степан не начал вдруг казаться ей красавцем, но его внешность стала возмущать Алену куда меньше.

– Ага! Молчишь! Значит, Сонька правду говорила! – прервала ее раздумья Марианна и шваркнула вилкой по столу. – Так отстань от него! Вон Измайлов на тебя таращится! С Володькой и закрути роман!

Алена машинально повернула голову в сторону Измайлова. Тот действительно смотрел в их сторону. Он сразу поймал Аленин взгляд, улыбнулся и подмигнул. Алена улыбнулась в ответ, прекрасно понимая, что улыбка получилась несколько вымученной.

– Так что? – не собиралась замолкать Марианна. – Ты можешь мне обещать, что оставишь Кардецкого в покое?

– Я думаю, что дело не только во мне, – отозвалась Алена.

– Конечно, не только! Но ты вполне можешь сказать Степану, что он тебя не интересует!

Алена задумалась. Она не умела изворачиваться. Быть нечестной с Марианной ей тоже не хотелось, а потому она сказала:

– Знаешь, он сумел меня заинтересовать, поэтому я ничего не буду тебе обещать.

– Спасибо за откровенность! – Марианна так громко взвизгнула, что в сторону их столика повернули головы чуть ли не все, кто находился в этот момент в столовой. – Но ты… ты об этом еще пожалеешь! – И, выскочив из-за стола, она побежала к выходу из столовой.

Алена с ужасом смотрела ей вслед.

– Не бери в голову, – сказала Соня. – Вообще-то Марианка – неплохая девчонка. Не думаю, что она станет тебе как-то мстить. Это она от огорчения крикнула. Влюблена очень… а тут ты…

– И что, они действительно дружили? – растерянно спросила Алена.

– Ну уж не знаю, как это правильней назвать: дружили… не дружили… Она-то точно влюбилась. А он выделял ее из всех. Девчонки ей завидовали.

– И ты?

– Не знаю… Мы ведь живем с ней в одном номере. Она со мной делилась. Кардецкий красиво за ней ухаживал. Я уж не буду тебе рассказывать. Это чужая тайна. Конечно, мне хотелось бы, чтобы и за мной кто-нибудь тоже так… Но Степан был увлечен Марианкой, а потому я даже и не мечтала.

– Ты такая правильная, Соня? – удивилась Алена. – Неужели не хотелось обратить его внимание на себя? Или все же дело в том, что он некрасив? Скажи честно!

– Если честно, то я уже не понимаю, красив он или нет. Скорее всего, дело вообще не в красоте. Вот если взять, к примеру, Пушкина… Разве красив он был? Нет! Да еще и ростом мал! А на какой красавице женился! В общем, как говорит моя мама, надо стать личностью, и тогда все получится. Кардецкий – личность. Может, в этом все дело?

– Может… – Алена кивнула, а потом спросила: – Кстати, ты не знаешь, почему эта личность не явилась на завтрак?

– Понятия не имею, – ответила Соня и, посмотрев на настенные часы, сказала: – Давай-ка поторопимся! Через двадцать минут уроки начнутся! Первый – математика! С Надеждой лучше не ссориться! Суровая тетка! Я прямо удивляюсь, как такую здесь держат! Пристает, будто мы не в санатории, а в математической школе! Ну ничего! Ее уроки всегда первыми. Переживем, а потом – сплошная расслабуха!

Надежда Всеволодовна, учительница математики, действительно оказалась суровой. Ее здорово рассердило то, что Алена не привезла с собой ни одной тетрадки.

– Учебник я тебе дам, – сказала она, – а вот на твои тетради мне очень хотелось бы посмотреть. Надо бы знать, что ты можешь.

Алена, которая мало что могла по части математики, сжалась за партой и похвалила себя за то, что тетради не взяла. Зачем Надежде Всеволодовне смотреть на сплошные ее «трояки»! Вдруг тут дело получше пойдет!

Но прямо с этого первого урока стало ясно, что лучше дело не пойдет. Математичка объясняла очень быстро, и Алена с трудом успевала за классом. К концу урока она аж взмокла от напряжения.

– Та-а-ак… – протянула учительница, пристально разглядывая Алену после того, как прозвенел звонок. – Похоже, ты здорово отстаешь от остальных. Придется тебе, девочка, подналечь. – И она записала в ее тетради четыре дополнительных задания, которые Алена должна вечером сделать в качестве тренировки.

– Не переживай, – шепнула ей Соня. – Я тебе помогу. У меня математика с первого класса хорошо идет. А вот сочинения я писать не умею. Тройки ставят только потому, что на математических олимпиадах всегда побеждаю. Если не первое место беру, так уж второе – обязательно! А ты, наверно, наоборот?

– Ага! Наоборот! – согласилась Алена. – Если тут сочинение зададут, я тебе тоже могу помочь.

– Здесь не зададут. Я ж тебе говорила, что тут только одна Надежда зверствует, а остальные училки – просто душки. Вот сейчас придет географичка, Майя Николаевна… – Соня вздохнула. – Я на ее уроке вообще засыпаю…

На перемене в класс зашла медсестра и прочитала список тех, кому после занятий надо пойти к лечащему врачу на очередной прием.