Ориентирование - К. М. Станич

— Именно так, — Рейнджер делает шаг вперёд и обхватывает меня за талию, притягивая прямо к своей груди и прижимаясь губами так близко к моим, что я могу чувствовать слова, которые он произносит, так же сильно, как и слышать их. — Когда ты наряжаешься, делаешь причёску, макияж… ты милая, Шарлотта. Чертовски симпатичная. Но вот так… — Рейнджер проводит языком по моей нижней губе. — Ты само совершенство.

Он кладёт руку мне на затылок и притягивает меня ближе, проводя языком по уголку моего рта и заставляя меня непроизвольно застонать. Как только мои губы приоткрываются, он пользуется этим, погружаясь во вкус темного шоколада и угроз. Да, угроз. Потому что Рейнджер ворчливый, топающий ногами и раздражающий, он кричит на людей и отправляет друзьям сообщения типа «Иди сюда сейчас же или я трахну твою девушку».

Имею в виду, я была той девушкой, так что…

— Лучше? — спрашивает он, отстраняясь после двухсекундного поцелуя, который по праву должен длиться несколько часов. Всё, что я хочу сейчас сделать, это раздеться; я едва могу даже вспомнить, где нахожусь и что здесь делаю.

Университет? Кто сказал, что я хочу поступить в университет?

Э… Эм.

Я оборачиваюсь и вижу, что Марни и её подруга Миранда смотрят на меня, и обе улыбаются.

— Он… — начинаю я, замахиваясь руками на Рейнджера. Он хватает меня за концы рукавов толстовки и оттаскивает назад, чтобы обнять. Он даже меняет местами рукава так, что мой правый оказывается в его левой руке, и наоборот, укутывая меня в дополнительную ткань, как будто я в смирительной рубашке. Подбородок Рейнджера опускается мне на плечо, и его взгляд проходит мимо меня, чтобы вонзиться в парней Марни. — Он слетает с катушек. Он коллекционирует единорогов, печёт в обнажённом виде и поклоняется музыке хэви-метал.

Сейчас я извиваюсь, но вырваться из хватки Рейнджера — это не тот навык, которым я владею сейчас и которого никогда не достигну в будущем.

— Веди себя прилично, — он внезапно отпускает меня, и я, спотыкаясь, разворачиваюсь, чтобы показать ему двойной фак.

— Он милый, — уклоняется Миранда, поглядывая на Рейнджера так, как кто-то мог бы улыбнуться анютиным глазкам или цветущему розовому кусту. Приятно посмотреть. Но определённо не для того, чтобы трахнуть.

— Милый? — я бросаю на него пренебрежительный взгляд через плечо и показываю язык. — Вряд ли. Больше похоже на то, что он идёт в комплекте, и мне не разрешается обменять его, — я подхожу к девушкам, когда Рейнджер поднимает свой ремешок и скалит на меня зубы.

— Ни у кого из нас нет такого же имени парня, как у тебя, Чак. Ты сама по себе, — Рейнджер приподнимает бровь, и я чувствую лёгкий укол страха при мысли о том, что останусь одна в кампусе. Последние два года я почти каждую минуту проводила с парнями. Иногда — один на один. В основном, как группа. Какое-то время это был в буквальном смысле сценарий жизни или смерти.

Теперь нет причин, по которым я не могла бы обрести немного независимости… за исключением, может быть, того факта, что я этого не хочу.

— Повеселись с новыми друзьями, — поддразнивает Тобиас, проносясь мимо меня и оттягивая нижнее веко средним пальцем. Он ещё и показывает мне язык, и я хватаю пригоршню мокрых листьев с ближайшего столба забора, чтобы швырнуть в него.

— Не делай ничего такого, чего не сделал бы Спенсер, — соглашается Мика, ухмыляясь, когда ком из мокрых листьев попадает его брату прямо в промежность. Может, и не сильно больно, но будет выглядеть так, будто он обоссался, и на какое-то время это отпугнет других студенток. Если мне повезёт, это испортит его репутацию здесь, в этом прекрасном заведении, на долгие годы.

— Если я тебе понадоблюсь, я всего в нескольких сообщениях, — Спенсер показывает мне телефон для пущей убедительности, а затем уходит с Микой. Затем Рейнджер присоединяется к Черчу в составе другой туристической группы, и… остаюсь только я.

Ну, и мои новые друзья (надеюсь, оптимистично настроенные).

— Марни только что сказала мне, что ты… тоже встречаешься с пятью парнями? — девушка-модель — Миранда Кэбот — явно пребывает в состоянии неверия. Не то чтобы я могла её винить. Такие девушки, как моя подруга детства Моника, относятся к тому типу женщин, за которыми бегают толпы парней. Я не отвратительная или что-то в этом роде, но я ещё и в некотором роде придурок. — В этих элитных средних школах что-то подмешано в воду?

Я не уверена, как объяснить ей это, не объясняя также всю ту культовую штуку, поэтому я просто пожимаю плечами.

— Я выхожу замуж в следующую субботу, — обозначаю я, как раз в тот момент, когда экскурсовод хлопает в ладоши и начинает собирать группу студентов в беспорядочную кучку.

— Но ты же так молода… — это Марни, частично из недоверия, частично из любопытства.

— По крайней мере, если мы разведёмся, я смогу забрать половину его денег, я права? — это должно было быть шуткой, но смеёмся только мы с Мирандой. Марни выглядит… задумчивой.

— Это предложение, которое я делал много раз, да, миледи? — Виндзор Йорк — он немного напоминает мне близнецов, не буду врать — стоит позади Марни. Когда он улыбается, то чертовски обаятелен, но в его взгляде мелькает что-то такое, что определённо заставило бы меня пересмотреть своё отношение к нему.

Эта девушка серьёзно встречается с английским принцем? Кстати, я узнала этого ублюдка с первого взгляда. Моника была влюблена в него уже много лет. Ха. И тут я подумала, что мой гарем попроще. Победа за тобой, Марни Рид.

Её улыбка мягкая, явно наполненная нежностью, но за ней скрывается что-то ещё, что заставляет меня задуматься, не прошла ли она через какое-нибудь дерьмо в последнее время.

— Ты тоже в группе Иеронимуса Мингуса? — спрашиваю я, и принц ухмыляется, вскидывая свой пластиковый меч к плечу.

— Кто-то должен остаться рядом и защитить будущую принцессу, — когда он это говорит, тоже не совсем похоже, что он шутит.

— Итак, — продолжает Миранда, когда группа начинает двигаться, и я встаю в очередь рядом с ней, — как это работает, если ты встречаешься с пятью парнями, а выходишь замуж только за одного? Я уже много лет пытаюсь уговорить мисс Марни сдаться и выйти замуж за моего брата.

Я пожимаю плечами.

— Не знаю. Я полагаю, мы как семья? Может, я и выхожу замуж за Черча, но мы всё равно планируем остаться вместе, — уголки моих губ приподнимаются. — Я не могу предсказать будущее,