Ангел-мечтатель - Ирина Буря

Ну?

Через несколько показавшихся мне бесконечными мгновений я почувствовала его руки у себя на плечах.

— Ну, не злись! — просительно пробормотала я. — Пожалуйста.

Наконец он обнял меня по-настоящему — так, что кости хрустнули.

И хорошо, что хрустнули — он не услышал и, главное, не почувствовал, как я вытащила из заднего кармана его джинсов телефон.

Глава 3. Марина о земной тактике

Ничего хуже этого года в моей жизни не было. И в предыдущей — судя по обрывочным воспоминаниям той мокрицы, которой я в ней оказалась. Раньше ничего не помню — наверно, к счастью.

Эта начиналась тоже непросто — решившему работать студенту многое терпеть приходится. В турагенстве, куда меня взяли, мне сразу объяснили, что клиент всегда прав. Причем правыми всегда оказывались самые отпетые самодуры, заказывающие индивидуальные туры и выжимающие из сопровождающих все соки. Я в то время научилась носить улыбку поверх крепко сжатых зубов и видеть истинное лицо людей за фасадом социального статуса.

Очень мне эти знания пригодились, когда я до руководителя своей фирмы доросла. Особо кичливые фанфароны с пол-пинка отправлялись у меня на поиски экстремальных подводных камней в туристическом бизнесе, а нормальным клиентам мы всегда старались предложить новые туры, не имеющие аналогов на рынке. Нашим девизом тогда стало: «Остановка в развитии равна деградации».

А потом этот девиз вторгся в мою личную жизнь. Которая уже много лет состояла из двух моих подруг — Татьяны и Светки. Светка к тому времени уже в семье состоялась — как я в работе — а Татьяна все еще в облаках витала. Вот с этих облаков меня и послали в мое собственное экстремальное путешествие.

У Татьяны появился ухажер, который оказался ангелом. Догадалась я об этом не сразу — какому нормальному человеку такое объяснение в голову придет? Но уже много лет проработав с людьми, я просто чуяла, что с ним что-то не так. К тому же моменту, когда у меня пропали последние сомнения, ангелов вокруг Татьяны расплодилось, как микробов в благоприятной среде.

Управляться с ними оказалось не намного сложнее, чем с моими человеческими клиентами. По крайней мере, с теми, которые на земле постоянно — или почти — находились. У меня тогда уже вообще возникло стойкое ощущение, что ангелы делятся на небесных и земных, так сказать. Первые меня просто до исступления доводили своим заносчивым отношением к людям и полной невозможностью преподать им пару уроков. Во вторых же явно просматривалось благотворное влияние человечества, с его собранностью и стойкостью.

Во всех, кроме Татьяниного Анатолия. Это был абсолютно безнадежный случай, которого даже земля оказалась не в состоянии обтесать. Авантюрист до мозга костей — истерил всякий раз, когда любой человек в его окружении решался на малейший риск. Незамолкающий болтун о свободе выбора людей — стремящийся с маниакальный упорством контролировать каждый их шаг. Вечный источник хаоса во всех ангельских начинаниях — доказывающий с пеной у рта их благость и безошибочность.

Стоит отметить, что даже его соплеменники в один голос соглашались с таким о нем мнением. Причем, самые разные их представители: хоть Тоша, его коллега-хранитель, хоть Стас, один из их руководящего звена, хоть Макс, его темный противник, условно говоря.

Кстати, последние двое всегда были для меня ярчайшим примером узколобости и нетерпимости в ангельской среде. Стас — светлый, Макс — темный, но ведь одно же дело делают — выискивают пороки у людей — так зачем враждовать с незапамятных времен?

В моем с ними сотрудничестве этот вопрос был сразу поставлен ребром. Так и родился мой летучий отряд возмездия за уголовно ненаказуемую человеческую подлость. И оказался весьма успешным.

Мне, впрочем, тоже пришлось свою цену за его создание заплатить. Как только мне предоставили неоспоримые доказательства существования ангелов, эти милосердные существа поспешили сообщить мне, что в прошлой жизни у меня был свой хранитель. Который со своей задачей не справился. Его реабилитация в нынешней и была условием моего участия в деятельности их экспертов по низменным сторонам человеческой натуры.

Меня прямо от смеха распирало, когда я представляла себе их самодовольство — нашли они, понимаешь, слабое место у недалекого человечка, затронули в нем струнку сочувствия, чтобы не остался их разгильдяй без пресловутого второго шанса.

Я же с этим хранителем, Кисой, сразу все точки над ё расставила, предоставив ему право только совещательного голоса — и то, полушепотом и наедине. И соглашалась на его присутствие рядом с собой, поскольку оно давало мне в будущем довольно высокую гарантию доступа в недостижимые иначе сливки ангельского общества. Где я смогу, наконец, преподать им уроки смирения и адекватной самооценки.

Одним словом, после выхода на новый уровень моя жизнь снова организовалась и вошла в обычную четкую колею.

Потом у Татьяны с Анатолием родился сын.

А у Макса дочь. А потом — и у Тоши.

И оказалось, что все они — как любые полукровки — чрезвычайно талантливы буквально во всем.

Что чванливые небожители пережить не смогли и приставили к каждому мелкому наблюдателя — для сбора досье, на основании которого их можно будет — ни много, ни мало — уничтожить.

Наши земные ангелы оказались на грани бунта, мой летучий отряд — на грани распада.

Взрыв произошел, когда Анатолий попытался физически устранить наблюдателя своего Игоря. В результате его несдержанности всех ангельских папаш арестовали, а мелкие узнали о своей природе.

На суде наблюдатели попытались использовать выходку Анатолия для окончательного решения вопроса мелких — Стасу пришлось задействовать все свое влияние, чтобы замять это дело.

А вот Игорь с Дарой, дочерью Макса, обвинили — со всем юношеским максимализмом — родителей в многолетней лжи и бросились искать себе подобных, отвернувшись и от людей, и от ангелов.

Уязвленные поражением небожители не могли, конечно, упустить такой шанс для реванша. И сделали они с такой подлостью, которая людям даже в кошмарах не снилась.

Не сумев ликвидировать всех мелких, они приняли решение устранить для начала Игоря и Дару — под формальным предлогом угрозы раскрытия ими небесных тайн своим новым знакомым.

А поручили это устранение Стасу — вне всякого сомнения, в отместку за его выступление на суде в пользу мелких. Одновременно ему запретили любые контакты как с мелкими, так и с их родителями.

Он все же нашел выход — связался со мной. Вот так наша жизнь вышла на очередной крутой вираж. Тогда еще только вышла —