Мажор по соседству. Сердце на куски - Даша Коэн

О, да! Прямо кайф же, ну!

Секунда и она ринулась в мою сторону, а я только подмигнул Баринову и заржал.

— Чё, Сечин, сейчас кино будет?

— Ага…

Глава 11 - Весеннее обострение

Ляля

В горле клокочет обида, а в сердце стремительно закручивается огненный смерч ослепляющей ненависти. Вижу этого мажористого гада и в голове взрываются петарды. Ах, как же хочется взять что-нибудь потяжелее и отмудохать засранца до потери памяти, но...

Вылетаю на площадку VIP-зон и тут же притормаживаю, встречаясь со смеющимися глазами своего соседа и мучителя. На секунду прикрываю глаза и призываю себя к спокойствию, а затем открываю их и… улыбаюсь. Улыбаюсь, черт возьми, своей самой сногсшибательной улыбкой.

Мой враг тут же хмыкает, взгляд от неожиданности плывет в сторону.

— Егор! Какая встреча! — вскидываю я руками. — А я думаю ты или нет.

И медленно, чуть ведя руками по бедрам, начинаю двигаться в его сторону.

— Я, — хмурится он и стреляет глазами в сторону зоны, за которой сидит какой-то парень. Видимо, еще один отбитый на всю голову придурок.

Пофиг! Пусть смотрит, как я раскатаю его дружка.

— Какими судьбами?

— Это клуб моего друга, — кивает он все на того же мажора, вольготно развалившегося на диванчике.

— М-м, хорошее заведение, — прикусываю губу, — и конкурсы интересные, а поздравления так вообще пушка.

— Я рад, что тебе понравилось, — усмехается сосед и окидывает меня странным взглядом.

Очень странным.

Делаю шаг ближе, и Егор сглатывает. Так медленно, будто бы ему плохо. Никаких «будто бы», сейчас будет! Уж это я ему устрою!

Между нами всего один шаг. И я продолжаю ему улыбаться, а потом как закричу.

— Муха!

И со всей дури бью его ладонью по наглой, противной роже. Бам! Смачно припечатала. Вскрикиваю от боли, но тут же разворачиваюсь и бегу прочь. И смеюсь, словно сумасшедшая, пока Акси таращится на меня во все глаза, крутя пальцем у виска.

Да! Возможно, у меня не все дома, но зато я хоть пар выпустила.

Вот только не успеваю я преодолеть и пары метров, как ноги мои отрываются от земли и я понимаю, что чертов сосед перехватил меня поперек тела, пытаясь призвать к ответу за мою выходку. Да, ага, щас!

— Пусти!

— Ах, ты стерва! — рычит Егор.

— Пусти, тролль потыканный! — поднимаю ноги и с размаху луплю ему острой шпилькой по голень.

Шипит и на секунду теряет хватку, но мне и того достаточно. Вырываюсь из его рук, а в следующее мгновение хватаю со столика графин с какой-то красной жижей и опрокидываю его на мажора.

— Остынь, придурок!

— Ах..., — только и вырывается из парня, пока он стоит и обтекает под липкими каплями.

— Как водичка, Егорушка? Горяченькая пошла?

Глаза его наливаются красным, выдыхает рывками и делает угрожающий шаг в мою сторону, но я тут же хватаю со стола два стакана с какими-то напитками и предупреждающе поднимаю их кверху.

— Что, не пошла, нет? Ну так давай добавлю, мерзкий ты таракан! — ору я во всю глотку, а потом не выдерживаю всех своих обид и все таки выплескиваю жидкость в лицо этого перекачанного гоблина!

И все это под музыку и аккомпанемент заливистого смеха его друга, что уже хватался за живот от веселья, смотря на наше сражение.

— Ну все, Ляля...

— Да, соглашусь, — отряхнула я руки, — пожалуй, все! И да, мы квиты! Понял?

Указала на его испорченный наряд, развернулась и двинула прочь, да только мне не дали и шага ступить. Резко дернули за руку и развернули.

И в этот момент начался настоящий ад. Почему? Да потому что я словно дикая кошка вцепилась в волосы соседа, пытаясь залупить этому чудовищу везде, где придется. Почти попала между ног, но только почти. Рассмеялась, словно безумная и снова принялась осыпать его градом ударов.

А тот меня скручивает, злобно цедя на ухо:

— Капец тебе, ведьма!

И я уж было хотела испугаться, но в следующее мгновение ошалело перевела глаза на свою подругу, которая лупасила своей маленькой сумочкой моего соседа, выговаривая ему следующее:

— Пусти ее, идиот! Кому говорю, пусти! Дубина! Да разожми же ты уже свои мерзкие клешни!

— Макс! — рявкнул Егор своему другу и парень тут же, все еще ухахатываясь, встал и в одно непринужденное движение отлепил от нас хрупкое тело Акси.

Она тут же перекинулась на него, пока, к моему ужасу, меня поволокли вниз. А потом и на выход.

И никто, слышите, никто не соизволил помочь мне. Я кричала охранникам, просила помощи, но тщетно. Сосед лишь скалился и рычал каждому, что я его душевнобольная девушка, у которой с некоторым опозданием пришло весеннее обострение.

Козел!

— Он врет! — в панике хрипела я, — Да посмотрите же на этого ушлепка! Какая дурочка согласиться стать парой этому упырю?

В ответ же мне летели только понимающие ухмылки и улюлюканье. Ужас, короче! Сущий кошмар!

И вот мы наконец-то на улице. Я все еще брыкаюсь, пытаясь изловчиться и укусить мажора за ухо. Но увы. Он же непринужденно вышагивает в сторону парковки и злобно шипит, вытирая с лица липкие капли.

Короткое «пик-пик» и он снимает свою гробовозку с сигнализации, а потом открывает заднее сидение и с силой закидывает меня в салон.

Хлоп – и дверца перед моим лицом закрылась.

Всего пара секунд и противный сосед сел за руль.

— Выпусти меня! — ударила я его кулаком в плечо, но тот только фыркнул и завел двигатель.

А уже в следующее мгновение тронулся с места и буквально припечатал меня одной единственной фразой.

— Ну всё, Ляля, молись!

Мамочки!

Глава 12 - Тахикардия

Егор

Обтекаю. Буквально.

Меня никогда не били. Прописью – никогда! Даже, когда я пешком под стол ходил. Только холили, лелеяли, да усердно гладили по головке.

Почему? Потому что я няшка и, как говорит моя бабушка, сладкий пирожок. А моя бабушка никогда не врёт и зрит точно в корень. Она дама с двумя вышками и докторской за спиной. Не верить ей – себя