Мачеха для Золушки - Василиса Усова

– Вы так говорите о картине, что мне тоже захотелось поближе познакомиться с искусством. – купец задержал взгляд на полотне. – Но все, что я могу сказать, этот художник был знаком с жителями севера только с чужих слов.

– Действительно? И что же подтолкнуло вас к подобному выводу?

– Северяне изображены довольно стереотипно, и больше похожи на дикарей, чем на моряков. И в море они ходят на прекрасных кораблях, а не на древних утлых суднах.

– Автор этой картины, Аргевальд Скёрд. Половину жизни он провел путешествуя, по северным землям, знакомясь с обычаями и нравами жителей Эрланга и Витстанга. Именно ему мы должны быть благодарны за первые подробные карты севера, и за описание границ вековых гор. Он написал это полотно, более трех сотен лет назад…

– Надо же! – Теодорий оторвал взгляд от картины, и теперь с не меньшим интересом смотрел на Катрин, – Мне бы даже не пришло в голову, что это настоящая историческая ценность.

– Подлинник хранится у жителей Эрланга, здесь всего лишь копия. Она, несомненно, сделана качественно, но не представляет исторической ценности, ей явно не более десяти лет.

Купец смотрел на нее с таким восхищением, что женщина невольно смутилась. Она опустила глаза, и только сейчас осознала, что ее платье, увы, испорчено. Следы чая отстирать несложно, но не будет же она танцевать с пятном на груди.

Нужно поспешить покинуть зал, пока леди Дашес занята кем–то из гостей. Не хватало еще сегодня опять оправдываться, почему она и в этот раз пропустит танцы. У выхода ее нагнал купец.

– Леди Лерианс, я крайне сожалею, что испортил ваше платье. Возьмите мою куртку, и позвольте проводить вас.

– Благодарю, Теодорий, но это лишнее. – Катрин на миг замешкалась, – Меня все равно уже ждут дома, поэтому я воспользуюсь услугами извозчика.

Купец выглядел огорченным, но настаивать не стал. Он проводил Катрин до кареты, и долго стоял на площади, пока карета не скрылась в одном из переулков. Вернувшись в зал, он какое–то время постоял перед картиной, изображающей морское сражение, но теперь она уже не вызывала прежнего интереса.

– Леди Катрин опять покинула нас, – покачала головой леди Дашес. – Но то, что она уже дважды удостоила вечер своим присутствием, тоже достижение.

– Боюсь, это моя вина, – признался купец, – Я случайно облил ее чаем, поэтому она так скоро покинула нас.

– Жаль, очень жаль. Ей было бы полезно развеяться, и отвлечься от домашних забот.

– Яркая женщина, – бросил вскользь Теодорий, – Не встречал ее раньше.

Слова, словно оброненные случайно, возымели нужный эффект. Теперь, когда леди Лерианс отсутствовала, ничто не мешало присутствующим говорить о ней.

– Она живет в городе только три года, и полностью посвящает себя дочкам.

– Так она замужем? – поинтересовался купец, словно без особого внимания.

– Вдова. Оно и не удивительно, муж был старше нее на сорок лет.

– Говорят, она прибавила себе возраст, чтобы выйти замуж, вроде был целый скандал, когда открылась правда.

– Ее нельзя осуждать за такой поступок, – решительно вмешалась леди Дашес, и все примолкли, доверяя ее авторитетному мнению. – Девочка была сиротой, и воспитывалась у сестры отца. Тетка, имеющая репутацию желчной старой девы, вознамерилась выдать племянницу за некого графа, известного своей жестокостью. За десять лет, у него было четыре жены, и все они погибли при странном стечении обстоятельств. Пятую жену при такой репутации найти очень непросто.

Тетке был важен лишь титул жениха, и леди Катрин пришлось спасать свою судьбу самой. Она сбежала из дома, и прибавив себе три года, вышла замуж за пожилого вдовца. Когда правда раскрылась, большого скандала не вышло, ведь к этому времени, она была беременна старшей дочерью, и ее муж, своим именем замял дело. Хотя и выплатил огромный штраф в королевскую казну.

На какое-то время за столиком воцарилась тишина. Все осмысливали услышанное.

– На мой взгляд, у леди Катрин больше благородства, чем у так называемой аристократии! – теперь всеобщее внимание привлек один из молодых мужчин. – После смерти ее мужа, все состояние перешло к племяннику. Желая ее унизить, он назначил самое маленькое содержание, из возможных. Канцелярист пытался убедить леди, чтобы та подала прошение королю, но она с негодованием заявила, что не будет драться из-за денег, когда над могилой ее мужа еще свежа земля.

Я тогда только начинал службу учеником канцеляриста, и, как сказал мой наставник, когда дело доходит до денег, многие проявляют свою истинную натуру. Так вот, даже в этом вопросе, леди Лерианс повела себя безупречно.

– А ее познания о манерах и этикете! Преподаватели моей дочери до сих пор удивляются, как хорошо ее обучали манерам… – внесла свою лепту и леди Евсия. Для нее это была очень животрепещущая тема, которую она могла развивать до бесконечности. Разговор утих сам собой.

Теодорий хотел бы узнать больше, но продолжать расспросы, не вызывая подозрений, не было возможности. Но слух выцепил еще пару полезных фраз.

– Она гуляет в этом парке с дочками, каждую неделю. Ее старшая дочь – настоящий сорванец, а вот младшая – совершенный ангел, и как у этой леди получились настолько разные дети?

Дальнейший разговор ушел в обсуждение других детей и их матерей, но купцу этого было достаточно. Значит, городской парк, начало каждой недели. Через пару дней у него обязательно найдутся дела, в той части города.

***

– Леди Эйрика! Нет! Тебе не нужно знать глубину лужи! Палкой тоже нельзя! Камнем тем более!

Девочка надулась, и оставив свои попытки, чинно пошла рядом с матерью. Но ее добронравия хватило ненадолго.

– Агата, давай побежим наперегонки, до того дерева? – задорно предложила она сестре.

– Яся не любит бегать. – младшая девочка крепко держала мать за руку, вне дома, она чувствовала себя в безопасности только рядом с ней.

– Так она не побежит, а поедет! Как на лошадке!

– Эйрика, – пришлось вмешаться Катрин, – Как думаешь, мы встретим больше птиц по дороге к центру парка, или на обратном пути? – как ни странно, эта старая уловка все еще работала.

– Столько же! Птицы тут всегда одни и те же!

–