Кстати о любви - Марина Светлая

- И делаешь поверхностные выводы.

- Мне лучше заткнуться, или я могу продолжать?

- Не маленькая, сама разберешься, - Егор легко пожал плечами.

Происходящее на дороге его занимало больше, чем молчащая или разглагольствующая Росохай. Та, между тем, успокаиваться даже не думала. Настроение у нее было более чем оживленное, а стопкран почему-то выключился. При ходьбе росомаха наступает на всю ступню, поэтому

походка у нее такая же, как у медведя, косолапая, что, конечно, некоторым образом сказывается на восприятии ее особы окружающими.

- Ну, во-первых, ваше поведение на МедиаНе… Заметно, что вы привыкли к вниманию. И что оно вам нравится. Наверное, это заслуженно, хотя ваш журнал я как-то не имею привычки читать. Во-вторых, ваши регалии. Тоже, несомненно, заслуженные. Это статус, он обязывает. В-третьих, ваш офис… это… дорого. Не чересчур, но чувствуется… некая… степень превосходства над другими. Наличие шофера – весьма удачный штрих к портрету. Кстати, он мне нравится… портрет. Просто при всех составляющих предположительны телохранитель, экономка, кухарка и даже садовник, если у вас есть сад. Знаете, как картинка идеальной жизни.

- Ты про росомаху сама придумала или в детстве дразнили? – оставив без ответа ее тираду, спросил Лукин.

На мгновение Руслана зависла, повернув к нему в голову и вперившись в очень и очень привлекательный профиль. Потом улыбнулась и ответила:

- Вот сейчас слегка вышли из шаблона. Дразнили. У меня фамилия похожая… а уж после марвеловского блокбастера это стало даже солидно.

- Зря оставила…

- Мне тоже это приходило в голову, - рассмеялась Руся и повернулась к окошку. На губах ее остаток пути все еще оставалась тень смеха в виде легкой улыбки. Но если бы Лукин мог заглянуть в ее мысли, то, несомненно, был бы несколько удивлен тем, что в них в этот момент творилось. Он ее… смутил. Именно потому, что ей действительно приходило в голову, что ее прозвище – это какие-то остатки детства. И правда, как можно «росомаху» в клуб пустить?

Только когда они уже подъезжали к «Мандарину», она наконец нарушила молчание:

- Я думаю, нам лучше сразу к управляющему обратиться. Или кто у них там…

- Ты хотя бы в общих чертах представляешь, что тебе нужно? – Лукин припарковал машину недалеко от входа – им повезло, белый «Хаммер» с розовым плюшевым мишкой во весь капот выбрался из тесной берлоги и неуклюже втиснулся в поток проезжавших мимо машин.

- В идеале видео с камеры наблюдения, да кто мне его даст? Но если клиенты – VIP, должен быть какой-то… учет… или что там… карты какие-нибудь золотые-изумрудные… или хотя бы инфа, кто приходил накануне.

Меня интересует конкретная кабинка на втором этаже, я показать могу.

- Африка Гавилан, - фыркнул Егор и вышел из машины.

- Вы импровизировать умеете? – высунулась следом Росомаха.

- Я быстро учусь.

- Ну, я уже поняла, что вы не без способностей.

- Я полон сюрпризов, - усмехнулся Лукин и пропустил Руслану перед собой в двери, широко распахнутые услужливым швейцаром.

Та на удивление притихла.

- Мы к Семену Гедеоновичу, - кивнул Егор охраннику, вертевшемуся у гардероба, и со знанием дела свернул к боковой лестнице, которая уводила в сторону от входа в зал, откуда еще вчера он выводил нетвердо ступающую Росомаху.

Они поднялись на второй этаж, прошли по ярко освещенному коридору, два раза повернули и почему-то спустились на несколько ступеней вниз. Егор толкнул огромную, оранжевого цвета дверь, и они оказались в самой обыкновенной приемной. За огромным компьютерным столом сидела девица неопределенного возраста, в белоснежной блузке и бордовом атласном жилете. Она подняла на вошедших глаза, расплылась в приветственной улыбке и промурлыкала:

- Егоооор, не верю своим глазам. Где пропадал? Мы с Сенечкой беспокоились.

- Можете больше не беспокоиться, - улыбнулся в ответ Лукин. – Мы к Сене.

У нас дело.

- Вечная песня, - вздохнула девица. – Проходи, все равно тебя по назначению не используешь…

- Забудь, - коротко хохотнул Егор, и через полминуты Руслана сидела в глубоком мягком и до безобразия удобном кресле в кабинете управляющего клуба «Мандарин», озираясь по сторонам – день оказался чрезвычайно щедрым на впечатления и новые места. Этот кабинет, как и

Лукинский, впечатление производил…. Нет, не то, чтобы Росомаха была дикой и кабинетов не видела. Видела. И не такие, если подумать. Но мир шикарных кабинетов всегда был ей чужд.

Семен Гедеонович несомненно предпочитал оттенки красного на белом.

Потому что в его обители все было бело-красным. И это так не вязалось с кругленьким и маленьким мужиком, подскочившим им навстречу, едва они вошли, что даже удивляло.

- Лукин! Какими судьбами! – между тем, громыхал Сенечка.

- Разными, - уклончиво отозвался Егор. – Поможешь нуждающимся?

- Кто нуждается?

- Я нуждаюсь! – подала голос Руслана с самой обаятельной улыбкой, на какую была способна.

Сеня некоторое время озадаченно рассматривал барышню перед собой, потом перевел взгляд на Егора и хмыкнул:

- Ну, оно заметно, конечно… Кто это?

- Это? – Лукин не менее озадаченно помолчал и пояснил: – Юное дарование, наступающее мне на пятки. Так поможешь?

- Наступать на пятки?

- Вообще-то, кое в чем я вас уже обскакала!

- С этим, Сеня, как видишь, она успешно справляется без тебя.

- Ясно, - рассмеялся господин Либерман, уселся за свой стол, сложил ладони домиком на столешнице и, воззрившись на юное дарование, проговорил: - Ну-с?

- Руслана Росохай! – протянула она ему руку для приветствия. И тон ее резко изменился, сделавшись из задиристого деловым и увлеченным.

Следующие десять минут кабинет был заполнен звуками ее голоса, поведывающего о том, как здесь, в ночном клубе «Мандарин», был последний раз замечен друг ее семьи, некий господин Загнитко. Дескать, в последний раз видели его на втором этаже, в VIP-зале, с очаровательной особой, чьего имени Руслана не знала.

- А у него жена, трое детей! – возмущалась Росомаха, размахивая руками.

– Но видите ли, в чем штука… Он чиновник. Я не исключаю того, что все это имеет несколько иную подоплеку, чем ту, которая очевидна. Мне просто необходимо выяснить, с кем он встречался в тот день в клубе… Вы же должны… как-то… фиксировать? Кроме него и этой дамы, было еще два человека. Я могу показать кабинку, в которой они находились, если это необходимо… Кто резервировал, хотелось бы знать тоже.

- А губа не треснет? – усмехнулся Сеня в ответ на ее запальчивость.

- Да нет, - мотнула она головой, – в самый раз. В котором часу они разошлись, мне засечь не удалось. Пришлось покинуть ваше заведение несколько… хм… раньше. Но если бы вы… посодействовали… это бы очень мне помогло.