Жара - Кейт Петти

Все время звучала живая музыка, но вдруг заиграли громче, и молодой человек с приятным низким голосом объявил, что танец лимбо вот-вот начнется. Джина вскочила одной из первых и пошла к нему. Она даже затушила и выбросила сигарету, а мундштук спрятала в сумочку. Конечно, они с Брайаном прекрасно танцевали, но, боже мой, как же ей нравилось подлезать в танце под планку! Я поняла почему. Это была действительно та еще задачка — и на несколько мгновений каждый участник приковывал внимание всех зрителей. Рэд направил на нас свою камеру.

Первый круг занял целую вечность. На барбекю пришло около сотни людей, и по крайней мере половина из них хотела станцевать лимбо, а заодно — позажигать под живую музыку. Жаль, что Рэд все время снимал и мы так и не станцевали. Но не беда — Джонти и крикетная команда в полном составе охотно меня приглашали. К сожалению, папа и Брайан Хайтер тоже. Планка опускалась все ниже. Я ее сбила и отошла постоять немного с Рэдом.

— Ты всех снимаешь?

— Нет! Только когда особенно интересно. Но я не хочу, чтобы люди думали, будто я обращаю на них особое внимание! Например, ты!

— Рэд!

— Ты так здорово танцуешь! И там тоже. Хорошо, что иногда приходится отвлекаться и снимать это!

Под планку сейчас подтанцовывала Джина. Надо сказать, у нее замечательно получалось. Мышцы живота у нее были просто стальные. Мы подошли к папе и Брайану. Тут еще одна пара приветствовала их.

— А эти люди, которые сейчас говорят с моим папой и Хайтерами, тоже были здесь в прошлом году, Рэд? — спросила я.

Он повернул камеру в их сторону.

— Да, и они жили в нашем отеле. Наверное, в этот раз остановились где-нибудь еще.

— Интересно, о чем это они с папой говорят?

— А я сейчас приближу, если хочешь, и попробую прочитать по губам. А хочешь сама?

— Давай.

Он показал мне, как пользоваться камерой, — это дало ему повод отвести мне волосы с лица, чтобы мне было удобно смотреть в глазок. И снова я захотела, чтобы все эти люди исчезли. Но я направила камеру на папу и его приятелей.

Читать по губам не пришлось — у женщины был оглушительный голос:

— Ричард! Ты на этот раз один?

Я ждала, что папа покачает головой и покажет на меня. Но нет. Он посмотрел в мою сторону, увидел, что я снимаю его на камеру, и повернулся ко мне спиной. И тут я услышала имя, которое уже звучало раньше.

— А когда приедет Фэй? — спросила женщина, но папиного ответа я не услышала.

— Интересно, — отчего-то я была потрясена. Я отдала камеру Рэду.

— Что?

— Они говорили о Фэй. Это случайно не печально известная мама Мэтти-Мэтта?

— Да. По-моему, в прошлом году эта мадам и Фэй отдыхали в одно время с нами, а твой папа, наверное, уехал еще до нашего появления.

— Это я понимаю. Меня просто терзает смутное сомнение, что папа приехал сюда не только ради меня. Знаешь, чем заканчивается, когда случайно подслушаешь разговоры родителей?

— Я давно оставил папу в покое. Хотя Линден до сих пор не сводит с него глаз, как ястреб. Забудь об этом. Надоело мне снимать, давай лучше потанцуем.

И я забыла о папе. Рэд оберегал меня от танцующей толпы. И наклонялся ко мне близко-близко во время разговора — так было лучше слышно. А какое блаженство было незаметно прижаться друг к другу! Флавия и Линден пожирали меня ревнивыми взглядами. Впрочем, у Линден была и другая забота: она пыталась умыкнуть Чарльза у бедняжки Дилли. Что-то, похоже, намечалось между Джонти и Холли. Всего три дня на каникулах, а мы все уже как одна семья…

* * *

Семейная часть барбекю закончилась. Крикетную команду увели. Флавия терзала Дилли, которая была на грани истерики, и Джонти, который с тоской во взоре смотрел вслед уходящей Холли:

— Джонти! Ну что «что»? — И она тыкала его в бок кулаком. — Ты слишком маленький, тебе еще рано интересоваться девушками.

Джина окутала папу кольцами дыма и смотрела на него сквозь эту завесу, а он не мог сбежать. Линден, благополучно испортив Дилли вечер, принялась утешать ее. А мы с Рэдом поплелись в хвосте толпы, которая тянулась вдоль пляжа к нашему отелю. Мы отстали от остальных, почти не заметив этого.

Когда нас точно не было видно — все наши зашли за поворот бухты, — Рэд остановился и прислонился к пальме. Волны, шипя, плескались о берег, и по воде тянулась лунная дорожка. Такая романтика — и не нужно слов.

— Иди сюда, Мэдди, — Рэд протянул ко мне руки. Я двинулась к нему. И тут одновременно у него зазвонил мобильник, а из-за поворота выскочил взъерошенный папа.

— Да, Линден, я уже иду, — сказал Рэд в телефон.

— Мадлен! — заорал папа. — Я думал, ты потерялась. Хватит плестись еле-еле, иди за мной сейчас же!