Прикосновение теней - Карен Мари Монинг

Я вышла из душа и заметила свое отражение в зеркале. Жуть.

За время пребывания в Дублине, несмотря на все ужасы, я ни разу не видела у себя такого выражения лица.

Я казалась одержимой. Загнанной.

И чувствовала себя такой же.

Я приехала сюда ради мести. Опершись ладонями на раковину, я наклонилась к зеркалу, изучая себя.

Кто там, за моим лицом? Король, готовый не задумываясь убить четырнадцатилетнюю девочку, которую я люблю? Любила. Теперь ненавижу. Она завела мою сестру на аллею к монстрам, которые ее уничтожили.

А я не могла даже понять почему. И это было не важно. Она это сделала. Res ipsa loquitur, как сказал бы мой папа. Дело говорит само за себя.

У меня не было сил сушить волосы и наносить макияж. Я оделась, сползла вниз и рухнула на диван. В свинцовом небе загрохотал гром. День был дождливым, и даже полдень казался ночью. Сверкнула молния.

Я слишком много потеряла. И мало обрела.

Дэни я считала находкой.

Осознание того, кто убил мою сестру, вернуло всю остроту боли. Я слишком ярко все представляла. Раньше я убеждала себя, что Алина умерла сразу и, что бы с ней ни делали, это было уже после ее смерти. Теперь я знала наверняка: чудовища медленно осушали ее, а моя сестра выцарапывала мне записку. Я сидела и мучила себя мыслями о ее страданиях, словно пыталась найти в этом что-то, кроме боли.

Остатки торта на столике словно насмехались надо мной. Нераскрытые подарки лежали рядом. Я испекла торт для убийцы своей сестры. Я заворачивала для нее подарки. Красила ей ногти. Что я за монстр? Как можно быть настолько слепой? Какие улики я проглядела? Дэни хоть раз оступилась? Выдала себя каким-то замечанием об Алине, а я просто не заметила?

Я уронила голову на руки, сжала виски, дернула себя за волосы.

Страницы из дневника!

— У Дэни дневник Алины, — удивленно сказала я.

Страницы, которые появлялись, не имели смысла. Они появлялись ни с того ни с сего. Например, когда Дэни приносила мне почту. В толстом конверте, который могла бы использовать корпорация Ровены.

Но зачем Дэни подбрасывала их мне? Там шла речь о...

— О том, как Алина меня любила. — Слезы жгли мне глаза.

Звякнул колокольчик.

Мои мускулы и так были напряжены, но живот сжало от предвкушения. Я откинулась на спинку.

Такую реакцию вызывал у меня только Иерихон Бэрронс.

Я потерялась в горе и боли, я ненавидела жизнь. И все равно хотела встать, раздеться и заняться с ним сексом прямо на полу. Вот и весь смысл моего существования? «Я мыслю, следовательно, я существую» было мне недоступно. У меня было: «Я существую, следовательно, хочу трахаться с Иерихоном Бэрронсом».

— Вы намусорили у черного хода, мисс Лейн.

Не так сильно, как хотелось бы. Я с радостью оживила бы этих Невидимых уродов и убила бы их снова. Как мне теперь сделать то, что я должна?

Может, просто привести Дэни на аллею и скормить ее каким-то монстрам? Ее сложно поймать, но мое темное озеро бурлило, шептало, предлагало помощь, и я знала, что сил мне хватит. На все, что я захочу. Во мне было нечто холодное. Всегда было. И теперь я радовалась ему. Я хотела проморозить эмоции до такой степени, чтобы во мне вообще ничего не осталось.

— Дождь все смоет.

— Мне не нравится мусор на моем...

— Иерихон! — Это был плач, мольба, молитва.

Он резко замолчал. Возник у крайнего шкафа и уставился на меня.

— Можешь произносить это слово в любой момент, Мак. Особенно когда ты обнажена, а я сверху.

Я чувствовала, как скользит по мне его взгляд, как он пытается! понять, что случилось.

Я не понимала себя. Я просто умоляла его не трогать меня сейчас. Сарказм меня уничтожил бы. Я молила разделить мою боль, потому что знала: Бэрронсу известно, что такое боль. Он словно стал для меня божеством. Я подняла глаза. Он был с моей предполагаемой матерью в аббатстве, сбежал с ней в ночь исчезновения Книги. И не сказал мне об этом. Как я могу его боготворить? Но у меня не было сил ему противостоять. Известие о том, что Алину убила Дэни, проткнуло меня, как игла — воздушный шарик.