Роковое сокровище - Джулия Гарвуд

И началась отчаянная скачка наперегонки со временем. Джиллиан сознавала, что если хочет спасти Моргана, то должна приехать в Даненшир задолго до праздника урожая. Больше всего она опасалась, что Йен, Бродик и Рамзи доберутся туда прежде нее, и тогда… да поможет им Господь. Как ни злилась она на мужа за обман, как ни была тверда в решении никогда не возвращаться к нему, все же боялась за Бродика. Он разбил ее сердце, но отречься от любви она не могла. Если горны попытаются взять штурмом крепость Элфорда, начнется настоящая война и все они погибнут.

Джиллиан была уверена, что Элфорд разделил свое войско и послал половину солдат в усадьбу дяди Моргана. Он хвастался, что в его распоряжении восемьсот человек, и пусть не каждый был безусловно предан барону, Джиллиан не сомневалась, что все смертельно его боятся. Он правил своими подданными железной рукой, и не было той жестокости, той пытки, которой он не задумался бы подвергнуть виновного, чтобы заодно преподать достойный урок и тем, кто вдруг посмеет ему противиться.

У Джиллиан кровь холодела в жилах при мысли о злобных выходках Элфорда, и она думала лишь о том, как защитить любимого человека.

До Даненшира оставались еще сутки езды, когда ей пришлось остановиться. Усталость взяла свое, и ее шатало от бессонницы и голода.

Простер, Кер, Алан и Бриджид все еще скакали рядом. Несколько раз она пыталась заставить их вернуться, но никто не желал и слышать об этом. Бриджид все твердила о каком-то плане, хотя отказывалась открыть его Джиллиан, невзирая на все просьбы и уговоры. Сколько бы Джиллиан ни приказывала ей вернуться, девушка упрямо мотала головой. Молодые воины были так же настойчивы. Простер снова и снова объяснял, что, поскольку она не собирается возвращаться в замок Синклеров, он и его друзья останутся с ней и будут защищать до последней капли крови.

Уже стемнело, когда Бриджид предложила остановиться на ночь. Джиллиан заметила поодаль черепичную крышу и настояла на том, чтобы получить разрешение у фермеров расположиться на ночлег. Невзирая на яростные протесты Простера, она спешилась и постучала в дверь.

В крохотном домике жила семья из пяти человек. Хозяин, сморщенный старик, с лицом, изборожденным глубокими морщинами, сначала подозрительно поглядывал на незваных гостей, особенно когда увидел, что горцы сжимают рукояти мечей, но как только Джиллиан представилась и попросила позволения провести ночь на его земле, он сразу смягчился и, низко поклонившись, изрек:

— Меня зовут Рэндалл, а ту, что прячется у меня за спиной, — Сара. Земля не моя, но вы уже, наверное, поняли это и все же просите моего согласия. Я обрабатываю эти угодья для моего сюзерена, барона Хардингтона, а он, разумеется, не будет возражать, если немного помнете его луг. Я знал вашего отца, миледи. Прекрасный был человек, и для меня большая честь принимать вас у себя. Прошу вас и ваших друзей поужинать с нами. Входите и согрейтесь у огня, пока мои мальчики присмотрят за вашими лошадьми.

И хотя на столе почти ничего не было, он уговорил Джиллиан и ее спутников разделить с ними скудную еду. Во время ужина Бриджид была непривычно молчалива и почти ничего не ела.

Перед уходом Сара дала им снятые с кровати одеяла.

— Очень уж холодно по ночам, — объяснила она. — Оставьте их на поле, когда уедете на рассвете, а Рэндалл позже принесет.

— Что мы еще можем сделать для вас? — осведомился Рэндалл. Джиллиан отвела его в сторону и тихо сказала: