Дочь стеклодува - Петра Дурст-Беннинг

– У тебя еще остался атлас, который подарил тебе Петер в позапрошлом году на Рождество?

Иоганна удивленно кивнула:

– Да, лежит наверху. А что?

– Если хочешь знать мое мнение, то Петер подарил тебе не просто книгу. – Рут рассмеялась. – Хотя в то Рождество я смотрела только на свою новую щетку, я до сих пор помню его слова. «Ты сама должна решить, где твой дом!» – так он тебе тогда сказал.

На губах Иоганны промелькнула слабая улыбка:

– И ты еще помнишь!

– Иногда сказанное понимаешь только по прошествии какого-то времени, – задумчиво отозвалась Рут. – Тебе кажется, будто ты знаешь, что хорошо, а что плохо, а в конце концов оказывается, что все обстоит совсем иначе! Ты посмотри на меня: я думала, что, став госпожой Хаймер, я буду счастлива, а этот брак оказался сплошным разочарованием. Ты же, напротив, была уверена, что найдешь свое предназначение в мире большой коммерции. И даже не представляла себе, что это может произойти в Лауше, ведь так? А это значит, что счастье не всегда можно найти там, где тебе поначалу кажется! Иногда ты вынужден идти в обход… – Она умолкла. – И порой оказывается, что счастье ждет тебя совсем в другом месте.

Иоганна поглядела на нее с недоверием:

– Ты говоришь мудро, это даже как-то непривычно. И у меня лишь один вопрос: какое отношение все это имеет к Петеру?

«Искать счастье в другом месте… Надо заканчивать, а то я проговорюсь», – подумала Рут. Если бы она знала название парохода, который на следующей неделе повезет ее за океан, то в этом приступе откровенности она могла бы выболтать его Иоганне.

– Тем своим подарком Петер хотел сказать, что он готов ждать тебя, – поспешно добавила она. – И я не знаю, почему бы он вдруг передумал. Однако, если ты считаешь, что он будет без конца признаваться тебе в любви, ты ошибаешься. В конце концов, у него ведь тоже есть гордость. Как бы тебе ни хотелось обратного, теперь твоя очередь!

– Неужели это действительно так? – робко поинтересовалась Иоганна.

Рут закивала головой:

– В конце концов, он ведь не может заглянуть тебе в душу, так что ты должна сказать ему о своих чувствах или показать, как обстоят дела.

Иоганна все еще выглядела расстроенной.

– Не знаю, смогу ли я! Такое… мне не по душе, и ты прекрасно об этом знаешь.

Рут улыбнулась. Тут Иоганна права, ничего не скажешь. И все же она ободряюще кивнула сестре:

– Поверь мне, все не так уж сложно. Нужно просто выбрать подходящую возможность, ухватить свое счастье обеими руками и больше никогда его не отпускать!

32

Была суббота, около девяти часов утра.

Вообще-то Петер давно должен был встать и сидеть за своим рабочим столом. После того как на прошлой неделе Ванда сбросила со стола его палитру, ему срочно нужно было делать новую – не мог же он показывать своим пациентам осколки, чтобы подобрать цвет. «Пять минут меня не спасут», – решил он и снова прилег. В конце концов, у него еще целый день впереди. И, надо надеяться, он будет спокойным. Было слышно, как в соседнем доме гремят кастрюли, льется вода, – наверное, Мари ставила воду для кофе. С тех пор как внизу не стало стены, у себя дома он слышал все, что происходило у сестер. Плакала ли Ванда, ссорились ли женщины, кто-то стоял у двери или Мари ругалась, словно сапожник, сидя над эскизами, – если он не заставлял себя не обращать внимания, то различал каждый звук. В то утро его разбудила Рут – да что там, была еще глубокая ночь! В любом случае даже птицы не пели. Еще чуть-чуть, и он встал бы и задал ей трепку! Нет чтобы тихонько собрать корзину, взять Ванду и выйти из дома! Вместо этого она несколько раз поднялась и спустилась по лестнице, распахнула и захлопнула каждую дверь – можно было подумать, что в доме расквартирована целая армия! Если он не ошибся, она даже к нему на минутку заглянула. «Что, ради всего святого, она здесь забыла?» – подумал Петер и натянул одеяло на голову.

Он поправил под головой подушку. Женщины!

Но, впрочем, в беспокойной беготне Рут не было ничего необычного, учитывая суматоху последней недели. Однако не хотелось бы ему, чтобы по соседству всегда царила подобная суета! Даже Мари ею заразилась, подходила к нему каждые полчаса: «Мне дать Рут с собой эти шары или другие? Как думаешь, может быть, положить к ним свои эскизы?» И нет чтобы удовольствоваться его ответом! Всякий раз после этого она шла к Магнусу и задавала тот же самый вопрос.

И все это – только из-за сегодняшней встречи с представителем Вулворта. При этом крупный заказ у них давно в кармане, нужно только уточнить детали! Если вообще в этом есть необходимость… Может быть, Рут и ее американский возлюбленный просто хотят снова увидеться. Он, Петер, был немало удивлен, когда Иоганна рассказала ему об этом. Рут? Пишет письма? С другой стороны, а что ей еще делать? В соседнем доме громко хлопнула дверь.

Петер вспомнил, что Мари собиралась отправиться в лес вместе с Магнусом, чтобы поискать ракушки улиток в надежде на то, что те дадут ей идеи для новых форм. Петер поморщился. Еще одна из многочисленных невыполненных задач! В минуту слабости он пообещал Мари расспросить формовщика Штруппа за бокалом пива о специальных примесях, которые тот добавлял в состав форм, хотя Петер прекрасно знал, что эта идея обречена на провал. Не может Эммануэль Штрупп так напиться, чтобы выдать свой тайный рецепт! А пока его нет, придется, видимо, смириться с тем, что их формочки через какое-то время перестают выдерживать пламя и лопаются. Ракушки улиток! Петер усмехнулся. Понравится ли это американцам? Ему всегда было интересно, откуда Мари берет свои идеи.

И вот он услышал, как по лестнице вновь кто-то затопал. Иоганна спускалась по ней босиком. С тех пор как дела в мастерской пошли в гору, ее жажда деятельности стала неутомимой. Иногда было бы проще, если бы она позволила себе и всем остальным немного отдохнуть. Например сейчас. Если она начнет хлопотать по дому, то об утренней тишине придется забыть!

В следующее мгновение до его ушей донесся звук разбитого стекла, а затем возглас Иоганны. Вздохнув, он поставил ноги на пол – видимо, этим утром поспать ему уже не удастся. Он решил на минутку заглянуть к Иоганне. После того как сестры Штайнманн лишили его заслуженного субботнего отдыха, они обязаны угостить его хотя бы чашечкой кофе!

Еще с порога Петер увидел на полу посреди кухни разбитую стеклянную миску. Удивительно, что Иоганна не подмела осколки сразу!

Она сидела за столом, спиной к двери, и спина эта была очень прямой, словно она проглотила палку.

Стоя в дверях, он, стараясь не напугать девушку, крикнул:

– Доброе утро!

Но та даже не обернулась к нему. Ни приветствия, ни объяснения того, что здесь происходит.

Петер поднял брови. Ее обычные утренние капризы?

– Ты уже выглядывала в окно? Видела лужайку? Сегодня зацвели деревья. Куда ни глянь, повсюду белые цветы! Можно подумать, будто пошел снег!