Старые грехи - Руби Адамс

Шерил, наверное, не выдала бы своего парня, если бы ее не отвезли в больницу и не показали мертвенно-бледного полицейского, лежащего под капельницей и едва дышащего с помощью кислородной маски. Она рассказала все, что знала, подробно ответила на вопросы коллег потерпевшего.

У Шерил открылись глаза на жизнь, которую она вела, и которая предстояла ей в будущем. В полиции ее заверили, что она легко отделается, поскольку это ее первое преступление. С ней обращались достаточно хорошо, но содержали под стражей до начала суда.

Крис, узнав о ее показаниях, понял, что у него не осталось никакой надежды. Шерил никогда не забудет, с какой ненавистью он посмотрел тогда на нее. Крис отомстил, сделав все возможное, чтобы впутать ее в это дело. Показал, что она всегда знала про его пистолет, что помогала ему во всех грабежах. Шерил твердила, что не виновата, но присяжные заседатели поверили наветам. А может быть, у судьи просто было скверное настроение. В общем, девушку приговорили к трем годам тюрьмы. Крис, получивший пятнадцать лет, рассмеялся, услышав это, и продолжал смеяться, когда его уводили в камеру.

Адвокат Шерил настаивал, чтобы подзащитная обжаловала приговор, но она была так ошеломлена несправедливостью, что ничего не предприняла.

В тюрьме Шерил еще больше замкнулась в себе. Она жила в каком-то оцепенении. Почти неосознанно делала то, что ей говорили, ну просто как зомби. Но потом появилась Джилл Мэтьюс, которую назначили тюремным инспектором. Постепенно все изменилось к лучшему, и Шерил вышла на тот путь, который, в конце концов, привел ее к встрече с Брендоном.

Мудрая тетушка Джилл, повидавшая на своем веку запутавшихся людей, уговаривала Шерил посвятить Гари в тайну прошлого, но та отнекивалась, боясь, что это может разрушить счастливый семейный очаг. Кроме того, откровенность могла нанести вред профессиональной деятельности адвоката Брендона, поскольку он был весьма щепетилен в вопросах этики. Поэтому Шерил решила молча нести свой крест и ничего не рассказывать мужу.

Должна ли я теперь признаться Гари во всем? — размышляла она. Но как, как это сделать?! Ведь он всегда думал, что у нас нет тайн друг от друга. Как он воспримет мою откровенность, что подумает, узнав, что я его обманывала?

Она беспокойно ворочалась в постели, то решаясь рассказать мужу обо всем, то в следующую секунду отказываясь от этой мысли. Пусть я ни в чем не виновна, но пятно на моей биографии останется навсегда. И какое страшное будет открытие, что жена известного адвоката Гари Брендона сидела в тюрьме, что мать его сына — бывшая заключенная…

— Ты спишь? — тихо спросил Гари.

Шерил не нашла в себе мужества ответить даже на простой вопрос. Раздевшись, он скользнул в постель и потянулся к жене. Она открыла было рот, чтобы покаяться, но почувствовала, что Гари чем-то взволнован.

— Милый, что с тобой?

— У меня состоялась беседа в местной штаб-квартире правящей партии. Некий престарелый член Верховного суда собирается уйти в отставку по состоянию здоровья. Партии необходимо подобрать кандидата ему на замену, чтобы рекомендовать президенту. Меня спросили, не соглашусь ли я занять его место. А я давно об этом подумывал…

Шерил резко села и включила лампу на прикроватной тумбочке. Глаза Гари пылали от возбуждения.

— И ты ответил…

— Что должен подумать и обсудить их предложение с тобой.

— Но ты же хочешь этого? — То был не вопрос, а скорее утверждение.

Гари, не колеблясь, кивнул:

— Да. Это начало, Шерил. Королевский подарок судьбы. Подумай, какой захватывающей станет наша жизнь!

— Но ведь ты можешь и не пройти… — неуверенно сказала она.

— Конечно, — усмехнулся он, беря ее за руку. — Но я бы хотел попробовать свои силы. Однако все полностью зависит от тебя. Ты должна хотеть этого так же, как и я. Ведь о кандидатах будут судить не только по их личным достоинствам, но и по их женам. Ты же знаешь пунктик избирателей по поводу настоящей здоровой американской семьи.

— А что, если я беременна? Мы ведь так мечтали еще об одном ребенке! — Вот и все, что могла невпопад спросить Шерил.

— Даже членам Верховного суда, — рассмеялся Гари, — не возбраняется иметь детей. Если тебе нужно доказательство… — Он потянулся к ней, но впервые с тех пор, как они стали мужем и женой, Шерил оттолкнула его.

— Ты действительно хочешь работать в Верховном суде?

— Да, очень. А что скажешь ты?

— Я подумаю, — ответила она, выключая свет, чтобы муж не заметил беспокойства в ее глазах.

Вскоре он заснул, а Шерил еще долго ворочалась с боку на бок.

Господи, Гари так редко просил меня о чем-нибудь. Наоборот, именно он давал все, что я хотела! Впервые он нуждается в поддержке, а я… Кто захочет голосовать за него, если станет известно, что его жена сидела в тюрьме? Если рассказать ему все завтра утром, он немедленно откажется от выгодного предложения. И второго шанса оказаться на вершине американского юридического Олимпа уже не представится!

Шерил, как могла, тянула с ответом. Гари был весьма терпелив, а функционеры местного отделения партии — нет. Брендон оказался единственным подходящим кандидатом, других у них не было. И она согласилась, что муж должен действовать и добиваться исполнения своей мечты.

Вскоре после того, как кандидатуру Гари одобрили, в доме раздался телефонный звонок.

— Миссис Брендон? — осведомился грубый прокуренный мужской голос.

— Да. Кто говорит?

Голос изменился, стал вкрадчивым.

— Как, Шерил, дорогая, ты уже не узнаешь меня?

Проклятие, Крис Белладжо все-таки нашел ее!