Между Севером и Югом - Дениза Уайт

— Это еще что такое? — грозно осведомился он. — Кто вы такой и что здесь делаете?

— А в чем дело? — холодно спросил Джордж, с трудом сдерживая ярость.

— Сеньорита Долорес сегодня ужинает с нами, — сердито заявил майор. — Поэтому господин гринго может отправляться восвояси.

— Я не гринго и не сдвинусь с места!

— Вы слышали, что вам сказал сеньор Педро Альваро Карриего? — воинственно воскликнул самый молодой из них, с погонами лейтенанта.

— Я не собираюсь никуда уходить, пока не повидаюсь с сеньоритой Долорес, — с вызовом заявил Джордж, мысленно готовясь к очередной драке. Судя по всему, в этой чертовой Аргентине всегда готовы махать кулаками! — А вы, уважаемые сеньоры, поберегите свою воинственность для других целей. За кулисами кабаре она выглядит опереточно-смешной.

— Что вы сказали? — фальцетом завопил лейтенант.

Но Джордж не счел нужным повторять, ограничившись ироничной улыбкой. Он не отступится и его не запугать этим бесцеремонным воякам!

— Оставьте его, лейтенант, — неожиданно вмешался третий из офицеров. — Не будем обращать на него внимания, тем более что, и я абсолютно в этом уверен, сеньорита Долорес сделает то же самое.

Джордж невозмутимо пожал плечами, давая понять, что находит подобное заявление вполне разумным компромиссом. После чего в коридоре воцарилось напряженное молчание.

На его счастье, «абсолютная уверенность» капитана оказалась ни на чем не основанной.

Как только Долорес появилась в дверях, офицеры, дружно оттеснив Джорджа, стали наперебой щелкать каблуками, склонять головы и бурно выражать свое восхищение ее «бесподобным голосом и очарованием».

Звезда кабаре была одета в бежевую юбку до колен, элегантные белые сапожки, тонкий голубой джемпер и короткую белую куртку со стоячим воротником и засученными до локтей рукавами. Одним словом, выглядела очень элегантно. Она слушала их с благосклонной улыбкой, но стоило ей заметить Джорджа, как все изменилось.

— Прошу прощения, господа, — ласково пропела Долорес, ловко выбираясь из мужского окружения, — что не могу принять ваше любезное приглашение, однако на сегодняшний вечер я уже занята.

Майор стоял прямо перед ней, и именно ему пришлось отступить в сторону.

Долорес подошла к Джорджу и с нежной улыбкой взяла его под руку, отчею молодой человек вздернул подбородок и гордо выпятил грудь. Затем они направились к выходу, оставив за спиной недовольно фыркающих офицеров.

— Надеюсь, вы не успели с ними поссориться? — спросила Долорес.

— Нет, хотя они на это очень напрашивались. Это ваши знакомые?

— Что вы! Обычные ловеласы с местной базы, которые толпами сбегаются на каждое мое выступление. Впрочем, признаюсь, с майором я одно время слегка флиртовала…

— Я так и понял. А что за ресторан «Прадо», куда они вас собрались пригласить?

— О, это очень приличное, хотя и довольно дорогое заведение. Хотите поехать туда?

— Почему бы и нет?

Стоило им выйти на улицу, как Джордж поднял руку.

— Что вы делаете? — удивилась Долорес.

— Ловлю такси. А что?

— За углом стоит моя машина.

Действительно, стоило им пройти несколько шагов, как Джордж увидел новенький голубой «понтиак».

— Ловите ключи! — раскрывая сумочку и бросая ему связку, крикнула Долорес. — Я уже знаю, что вы умеете управлять вертолетом, поэтому теперь мне интересно посмотреть, как лихо вы водите машину!

— Ничего интересного, — пробормотал польщенный молодой человек, отпирая дверцу. — Я делаю это, как и все нормальные люди.

— А есть что-то, что вам сделать не удается? — задорно поинтересовалась девушка, садясь рядом с ним.

— О да!

— И что же это?

— Жениться, — со вздохом признался Джордж, вспоминая заветную мечту своей матушки.

Ресторан «Прадо» располагался в историческом центре города, на втором этаже старинного особняка.

Прежде чем они оказались в зале, им пришлось подняться по широкой мраморной лестнице и миновать анфиладу гостиных, увешанных картинами, представляющими несомненную музейную ценность. К особенностям интерьера самого зала, заполненного сейчас до отказа, относились столики на двоих вдоль мраморной балюстрады, мозаичный пол, фонтанчик в центре, множество пальм в кадках и обилие цветов, в том числе и в виде гирлянд на стенах.

— Любопытное местечко, — пробормотал Джордж, стоило им усесться друг против друга.

Улыбнувшись, Долорес пожала плечами.

— Надеюсь, вам здесь понравится.

— Мне уже нравится, — ответил он, подзывая смуглого пожилого метрдотеля, стоящего чуть поодаль в окружении двух официантов.

Тот подошел к ним и, вежливо поклонившись, так быстро заговорил по-испански, что Джордж воспринимал его речь с большим трудом:

— Сегодня мы можем предложить уважаемым гостям отведать оленину с черникой, печень в кисло-сладком соусе, утиную грудку с ветчиной, фаршированные кишки молодого барашка, равиоли с морской рыбой и соусом из икры, спаржу с трюфелями…

Джордж так усиленно морщил лоб, пытаясь все это запомнить, что Долорес фыркнула со смеху.

— …телятину с шалфеем и сыром, — как ни в чем не бывало продолжал метрдотель, — ризотто с грибами, приправленное белым вином и чесноком, слегка обжаренные креветки и кальмары…

— Пожалуйста, принесите мне последнее блюдо, — прервала его Долорес.

— Прекрасно, — обрадовался метрдотель. — Я вижу, сеньорита предпочитает морскую кухню. В таком случае позвольте предложить вам прекрасное белое вино с запахом букета фиалок.

— Отлично.

— А что будет сеньор?

— Ту самую телятину с шалфеем, о которой вы упоминали чуть раньше.

— Благодарю за заказ. Сейчас будет готово. А пока позвольте предложить вам закуски. — Метрдотель сделал знак ближайшему официанту с подносом.

— Прекрасно, — обрадовался Джордж, потирая руки. — В таком случае, давайте пока заморим червячка, чем Бог послал. — И он указал на холодные блюда, которые появились на их столе одно за другим.

— При чем тут Бог? — неожиданно заинтересовалась Долорес. — Это такой оборот речи или вы действительно в него верите?

— В Бога нет, а вот в ангелов верю, — проникновенно глядя ей в глаза, ответил Джордж.

— Как такое возможно?

— Ну, Бога я никогда не видел, а вот в обществе ангела чувствую себя на седьмом небе от счастья. — Его взгляд был много красноречивее и без того откровенных слов.

Однако Долорес неожиданно строго произнесла:

— Не шутите такими вещами! Да будет вам известно, что я ревностная католичка.