Во власти искушения - Кейт Харди

– Она? Я думала…

– Да, именно так.

– Нет-нет, я просто думала, что тебе будет неприятно раздеваться перед женщиной, которую ты впервые видишь.

Ник рассмеялся.

– Она несколько раз повторила, что видит во мне лишь модель, а не мужчину.

– Хорошо. – Мэнди явно было любопытно. – Она молодая или старая?

– Это не важно. И даже не думай о том, чтобы опять с кем-то меня свести.

Не стоит говорить сестре, что в воскресенье он обедает с тем самым фотографом, ведь это ничего не значит. Они просто погуляют по городу, будут говорить об архитектуре, затем пообедают и расстанутся на этот раз навсегда.

Однако на следующий день Ник понял, что вновь обрести здравомыслие очень непросто. Он шел на работу по Флит-стрит и невольно отмечал, что оглядывает здания глазами фотографа. Сэмми очень бы здесь понравилось. Он не смог преодолеть соблазн и отправил ей сообщение.

«У меня появилась идея, куда отправиться в воскресенье».

«И какая?» – получил он вскоре ответ.

«Главное, не забудьте камеру. На какой линии метро вы живете?»

«На северной».

«Встретимся на станции „Эмбанкмент“ в 9.30».

В ответ пришел смайлик и краткая фраза, показавшаяся немного дерзкой.

«Надеюсь, перерыв на кофе включен в ваш план?»

Ник усмехнулся и напечатал:

«Непременно».

В воскресенье Сэмми очень нервничала. Глупо, конечно, но все же это ее первое свидание за много месяцев, да еще с человеком, чей образ жизни так отличается от ее.

Ник Кеннеди очень ей нравился, ее влекло к нему. И это чувство определенно взаимно.

Как он отреагирует на ее признание в том, что в подростковом возрасте она перенесла остеогенную саркому?

Она не думала, что он убежит от нее без оглядки, испугавшись, ведь у его племянника тот же диагноз. Но будет ли он вести себя как ее семья, стараться опекать ее, делать огромную проблему из каждой мелочи? Если он близок с племянником, значит, он любит детей. Возможно, однажды ему захочется иметь своих. Это может стать серьезной проблемой. Перед началом лечения Сэм заморозила яйцеклетки, чтобы иметь возможность сделать в будущем ЭКО, но никто не даст гарантии, что ей удастся родить.

Сэм боялась заводить разговор на эту тему, и не потому, что трусила, это было следствием опыта прошлых отношений с мужчинами. С каждым разом, когда они бросали ее, в душе крепло чувство, что ее нельзя считать полноценной женщиной.

В душе она была рада встрече с Ником. Он занимался серьезным делом, производил впечатление человека, «застегнутого на все пуговицы», и все же решился раздеться для календаря. Это требовало внутренних усилий и наводило на мысль, что он личность неординарная.

Возможно, их знакомство станет началом чего-то хорошего в ее жизни. Надо отбросить все мысли и не терять веры, несмотря на все предыдущие отношения.

Ник Кеннеди отличается от всех ее знакомых мужчин.

Если бы она узнала его чуть лучше, то смогла бы предугадать реакцию, а пока она будет молчать о том, что у нее был рак и сейчас она в состоянии ремиссии.

Сердце забилось сильнее, когда он увидел Сэм на платформе станции метро. Она опять была вся в черном, хотя на этот раз футболка была без рукавов, что объяснялось не по-сентябрьски теплой погодой. На шее было красивое серебряное колье с зелеными шариками, а в ушах такие же серьги. Сэм выглядела потрясающе, но вела себя так, будто не замечала, как смотрят на нее мужчины. И это было еще одним качеством, которое нравилось ему в Сэмми Томпсон. Она всегда оставалась самой собой, и потому с ней было легко.

Ник поздоровался и поцеловал ее в щеку.

– Рад видеть загадочную женщину в черном, – усмехнулся он.

Она улыбнулась в ответ:

– Я как-то не задумывалась над этим, но вы правы, я предпочитаю черный. Простите. Должно быть, это пережиток еще из колледжа.

– Не извиняйтесь. Этот стиль вам очень идет. Мне нравятся ваши камни.

– Эти зелененькие? Малахит. Одна из моих подруг стала ювелиром. Я люблю работы Эми и цвета, которые она использует. Она делает украшения с разными полудрагоценными камнями.

– Моя сестра очень любит такие вещи. Скоро у нее день рождения, не могли бы вы дать мне телефон подруги, вдруг у нее найдется что-то для меня.

– Разумеется. Напомните мне, когда зайдем в кафе. Видите, я не забыла ваше обещание.

– Тогда пойдемте? – улыбнулся Ник.

Они вышли из метро и пошли по набережной Темзы.

– Куда же мы идем? – спросила Сэм, когда они свернули на одну из узких улочек.

– Здесь неподалеку расположен один из судебных иннов[1]– Иннер-Темпл[2].

– Вы там работаете?

Нику было приятно, что она догадалась.

– Да. Не пугайтесь, мы не пойдем непосредственно в мой офис, но мне кажется, вам понравится то, что я покажу.

Он привел ее на судный двор: темные здания, темные каменные стены с арочными окнами. В разных сторонах двора были каменные арочные входы, скамейки рядом с клумбами ярко-розовой герани.

– Невероятно красиво. Я могу сделать фотографии или на это требуется разрешение?

– Только в случае, если снимки будут использоваться в коммерческих целях, тогда надо прежде поговорить с представителями по связям с общественностью.

– Вы не возражаете. – Сэм достала камеру.

– Поступайте, как вам удобно. – Ник поднял руки.

Он смотрел, как она делает снимки, принимая разные позы, чтобы поймать лучший ракурс. Ему никогда не приходило в голову снимать один и тот же предмет под разным углом и на разном расстоянии. Видимо, в этом и заключается мастерство профессионального фотографа.

– Спасибо вам, Ник. Прекрасное место. Мне очень понравилось.

Он подумал, что мог бы показать ей гораздо больше.

– Пойдемте сюда, – сказал он, указывая на арку.

В следующем дворе была церковь, построенная из камня медового цвета. Она была круглая, с круглой же башенкой наверху.

– Это церковь крестоносцев. Одна из четырех, сохранившихся по всей Англии. Я привел вас сюда, чтобы вы смогли сфотографировать как можно больше интересного, прежде чем начнется воскресная служба.

– Я и не представляла, что нечто подобное существует. Значит, мы можем зайти даже внутрь?

Ник кивнул: